Оба почти не сопротивлялись, потому что находились на грани истощения и голодной смерти: ничего съедобного по Д-комплексу после введения спецрежима не ходило, а биохимическая живность дайсонианской техники пришлась хищникам не по вкусу.
В посту координации тревожных сил УАСС и погранслужбы, оборудованном в кабинете директора исследовательского центра, командовал Косачевский.
Пинаеву определили горизонты, не охваченные поисковыми группами отдела безопасности, он разбил отряд на тройки, раздал выделенную Косачевским аппаратуру, и пограничники двинулись к своим секторам, давно научившись пользоваться транспортными средствами Д-комплекса типа «вепрь» и «прыг-скок».
Ждан и сам собирался заняться поиском МК-генераторов, но судьба распорядилась иначе.
Не успел он отправить последнюю группу, как вдруг в пост, на три четверти занятый пультом монитора координации, ввалился Никита Пересвет, озабоченно-спокойный и неулыбчивый, впрочем, как всегда.
– Хорошо, что здесь все, кто нужен. Чем занят?
– Приказ Калашникова – прочесать станцию и найти украденные МК-генераторы.
– Обойдутся без тебя. Где сам Калашников?
– Погиб, – сказал Косачевский, оглядываясь. – Как вы здесь оказались?
– Долго рассказывать. Немедленно пошлите опергруппу на второй Дайсон, координаты укажу. Я обнаружил базу Чужих… Подождите… Савва… Вы сказали, погиб Савва?! Как?!
– Пошел на захват Салиха, но… тот оказался роботом, биокопией, отвлекающей удар на себя. Как и Суннимур Кхеммат. Группы захвата сработали хорошо, но им достались живые мины, а не разведчики Чужих.
– Разве расчетчики операции не учли этого варианта? И почему на захват пошел сам Калашников?
– Он не рисковал, так получилось. Псевдо-Салих и псевдо-Кхеммат, конечно, взорвались, но обошлось без жертв, хотя трое оперативников пострадали серьезно. А Савва… – Косачевский поморщился. – С ним сложней. Он в это время был вызван Захаровым в сектор административных служб базы – операция захвата Салиха проходила на второй базе археонавтов, а Кхеммата – на территории орбитального лифта, и у метро базы его перехватили…
Пинаев, пораженный новостью, молча ждал продолжения. Известие о гибели начальника отдела безопасности, с которым он разговаривал всего полчаса назад, не укладывалось в голове! Никита мельком взглянул на него, потом на часы.
– Факты?
– Нет. Это я так думаю, что его перехватили, – продолжал Косачевский, – но свидетелей нет, потому что спустя шесть минут после исчезновения Саввы была предпринята попытка взорвать базу. Все было подготовлено на совесть, но в последний момент Захаров успел нейтрализовать цепь управления главным зарядом.
– МК-генератор?
– Разряд произошел, но пострадало только метро базы.
– Но если все обстоит так… зачем Чужим похищать Савву? Вы ведь пришли к такому выводу?
– Чужие стремятся всеми правдами и неправдами выдворить нас из Сферы, и смерть Саввы в этом аспекте им невыгодна. Эмиссар Чужих умен и расчетлив, он подготовил нам немало сюрпризов и меняет тактику столь быстро, что наши прогнозисты не успевают отрабатывать изменения ситуации. А главное – он способен на все! Захват Калашникова он может использовать гораздо выгоднее, чем его смерть.
– Вы правы, он попытается выведать у Саввы все, что тот знает, возможен шантаж и многое другое.
Косачевский отвернулся и вполголоса распорядился послать группу на модулях по указанным Пересветом координатам.
– Так Калашников и в самом деле… погиб? – хрипло спросил Пинаев, обретя дар речи. – Как же так? Я только что с ним разговаривал…
Косачевский угрюмо посмотрел на него, но обратился к Пересвету:
– Что вы советуете делать в сложившейся ситуации?
Никита задумался, поглядел на пульт, отражавший положение отрядов погранслужбы отдела безопасности, наблюдателей и зондов-автоматов. В комнату то и дело входили люди, по двое, по трое, получали задания от заместителей Калашникова, исчезали и снова появлялись. Непривычный легкий гул переговоров поглощался стенами не до конца и мешал размышлять спокойно.
В помещение заглянул высокий, светловолосый, атлетически сложенный парень в сером костюме спасателя. Косачевский поманил его рукой:
– Зайдите, Ивар, вы мне нужны. – Директор УАСС кивнул на Пинаева. – Знакомьтесь, начальник погранотряда Ждан Пинаев. Никита Пересвет. Командир группы «АА» Ивар Строминьш.
Пинаев был в достаточной степени ошеломлен сменой событий, но быстро пришел в себя, протянул руку.
– Я предполагал нечто в этом роде, потому что пытался установить за вами слежку.
– Знаю, – кивнул Строминьш без улыбки и повернулся к Пересвету. – А с вами мы знакомы, не так ли?
– Спасибо за подстраховку, я сразу-то не сообразил. Опоздай вы на пять-шесть секунд…
– Мы едва успели. – Командир группы порозовел. – А потом потеряли из виду…
– Я не стал разбираться, кто свой, кто чужой, и ушел вторым темплом. Знаком термин? Итак, что делать? Думаю, сначала надо эвакуировать всех оставшихся исследователей с планет Сферы на Землю.
– Если бы знать, куда они упрятали Савву?..
– Еще надо доказать, что он похищен. Да и что бы это изменило? Нужна база Чужих – это главное. А где она находится, знают лишь живые Салих и Кхеммат и сам резидент, конечно.
– Знать координаты базы – еще далеко не все. Вы знакомы с вариантами контакта, рассчитанными отделом Дориашвили? Жаль. В одном из них отчетливо прослеживается стремление Чужих спровоцировать нас на открытое выступление против нынешних обитателей Сферы. В результате подразумевается, что, кроме нас и, разумеется, Чужих, в Сфере незримо присутствуют ее хозяева. И вот их-то Чужие пытаются расшевелить, чтобы те вмешались и вышвырнули нас из своих владений.
– Но вы же знаете, гипотетические решения уравнений этики еще надо доказывать. Давайте думать, как найти Савву, если он жив, вернее, без всякого «если», и заставить раскрыться эмиссара Чужих. Он сделал ход, и теперь наша очередь. – Пересвет вдруг со вздохом погладил себя по животу. – Есть хочу… извините. Где тут можно подзаправиться?
– Рядом, – кивнул Косачевский на стену слева, не удивляясь желанию инспектора. – Даю десять минут, потом начнем свертывать операцию. Если Чужие хотят, чтобы мы ушли, мы уйдем.
Никита, прищурясь, оглядел лицо Косачевского, но ничего не сказал. У порога оглянулся.
– Кстати, вы не знаете, где сейчас находится психоэтик Флоренс Дженнифер?
– А вы разве… не знаете? Она… входит в круг подозреваемых и находится где-то на втором Дайсоне. Сведений о точном местонахождении нет.
Пересвет вышел.
Пинаев, подсознательно задержавший дыхание во время этого разговора, вдохнул полной грудью, поймал жест Строминьша. Они отошли в угол комнаты, где было свободней. Косачевский надел эмкан «спрута», на который сводились все каналы связи служб и отрядов, участвующих в операции, вызвал Захарова.
Строминьш поправил «родинку» рации на горле. У Пинаева была такая же «родинка» под нижней губой.
– Подождем, – тихо ответил Пинаев.
Никита вернулся через семь минут, сосредоточенный и задумчивый.
– Что надумали?
Строминьш посмотрел на Ждана, тот покачал головой:
– У меня нет достаточной оперативной информации, чтобы предложить варианты поиска Салиха и Кхеммата. Зато я, кажется, знаю, где искать МК-генераторы: в посту управления Д-комплексом.
– Идея неплохая, осталось только определить, где находится этот самый пост. Эксперты поговаривали, что его вообще не существует.
– Я вспомнил разговор с Костей Мальцевым, киберне… бывшим кибернетиком. Гриффит не разрешал им вести исследования донных горизонтов начиная с двести сорок первого, а они добились разрешения у Даваа и наткнулись в центре станции на помещение, к которому сходятся все выявленные цепи управления… Если бы не ввод особого положения, кибернетики уже открыли бы туда вход.
– Это меняет дело. Что у тебя?
Строминьш снова поправил рацию.
– След Кхеммата всплыл на ТРБ-1, а оттуда он может уйти в пространство на любом модуле. Салих, похоже, должен вот-вот объявиться на станции.
