сидят на простых стульчиках у двери. Возмутиться никто из них не успел: бодигарды в отключке после двух прямых в челюсть, а управляющий прижат хлебалом к столешнице.
— Ты, мудила, хоть понимаешь, на кого наехал? — промямлил он.
— Понимаю. В отличие от тебя, очень хорошо понимаю. Деньги у Артурчика были чужие и даже не мои. Надо вернуть с процентами, а то придут другие люди и спалят тебя вместе с этой хижиной.
— А… Так ты и есть этот спортсмен.
— Спорт — это хобби, — приврал я. — Основную мою работу ты видишь.
— Не знал. Ладно. Забирай своё, но без процентов.
— Сам решу сколько. Где ключи от сейфа?
Подкрепил свою просьбу лёгким ударом кулака.
— Не горячись… Не горячись, спортсмен… В ящике стола.
Дальше не стал вести разговоры и отправил управляющего в нокаут. Внутри объёмного сейфа совсем не пусто — деньгами забит почти доверху. Прибыльно живёт товарищ, но жадность погубила. Хотел вначале полностью обнести его, но потом рассудил, что из-за таких деньжищ меня всю жизнь искать будут. Не наглея, выцепил десять лямов, аккуратно закрыл сейф и положил ключ на место. Ушел также через окно. Пробежал несколько кварталов и поймал частника, который за хорошую мзду согласился прокатиться до соседнего города. Купил билет на ближайший поезд до Брянска, и уже на следующие сутки атаковал все агентства недвижимости на предмет покупки домика в медвежьем углу.То ли мне повезло, то ли этого товара как грязи, но через три дня стал законным обладателем небольшого ухоженного сруба в нескольких десятках километров от одного районного центра. Тихое место, хорошее. Нормальных дорог по лесу нет, и гостей часто ждать не приходится. В деревне всего с десяток-другой стариков проживает. То, что мне нужно! Теперь осталось пчёл завести, картошку посадить, уазик прикупить и с местными контакты наладить.
Глава 5
— Внешний периметр прорван! — доложил витязь Храбр, отвечающий за охрану загородного дома. — Связь до сих пор не восстановлена.
— Королевства или кто-то из недовольных Родов? — поинтересовался Глава Рода.
— Не понимаю. Ни на западников, ни на бояр непохоже. Тут смесь боевой магии, которой по определению быть не может. Важно сейчас не это. Мы не сможем вырваться из окружения. Потрепыхаемся несколько часов, портя им нервы, только на большее рассчитывать не стоит.
Злата стояла у окна, глядя на вспышки от заклинаний. Магические взрывы перемешивались с автоматными очередями, и в голове это не укладывалось. Обычное посещение загородного особняка на Онежском озере обернулось настоящей войной. Она вместе с отцом — Главой Рода боярином Славутой Луганским, просто хотели отдохнуть, приехав в гости к бабушке. С раннего утра прервалась как магическая, так и техническая связь. Потом группы безликих, вооружённых до зубов ратников с основательной магической поддержкой попытались прорвать периметр. С наскока не получилось. Это не остановило нападавших.
День клонился к закату, а мясорубка только набирала обороты. Её, дочь Главы Рода, с детства готовили к подобному. Уже было несколько покушений, и она уже считала себя достаточно обстрелянным воином, но смотреть на рушащиеся стены, которые знала и любила с детства, было неимоверно тяжело. И где? Где подобное происходит?! В безопасных землях Славянского Княжества! В родной Луганской вотчине! Не сейчас, не здесь и не так должны были гибнуть родовые ратники, честно выполняющие свой долг.
Боярышня Злата тихо выругалась, поминая тёмных богов, поправила ремень автомата, переброшенного через плечо и посмотрела на отца.
— Сложная обстановка, дочка, — понял правильно её взгляд Славута. — Раз так обнаглели конкуренты, значит, уверены в своём успехе. Пока всех не угробят, не успокоятся.
— Что предлагаешь?
— Уходить тебе надо. Местных вариантов нет: не пробьёшься. Другой мир не мёд сахарный, но там есть возможность выжить.
— Одна? А ты? Тоже ведь имеешь руну Прокола Миров.
— Пойдут по следу. Сама слышала: людишки странные, значит, очень опасные. Всё продумали, псы! Точечно бить Даром по ним, прячущимися среди строений, это всё тут спалить. Они же двадцать витязей охраны сейчас в труху перемалывают. Поэтому как только почувствуют их колдуны, что нас обоих тут нет, то сразу бросятся в погоню. Уверен, такой вариант предусмотрели. Настройки собьём, примем последний бой, а потом тебя княже обязательно разыщет. Князь Борис вассальским договором дорожит. Ты — единственная наследница. Вернёшься — Род возглавишь.
— А ты?
— А я не первый боярин, что голову сложит. Запомни, дочь! Люди смертны, но семья вечна, пока есть у неё Глава! Поэтому активируй руну и уходи по её дороге.
— Я могу пригодиться здесь! Дар Первородного Огня может…
— Не может! — рявкнул Славута. — Там витязи умирают, а их боевые навыки не чета твоим! Не доросла ещё! А раз не доросла, то делай, как Глава Рода приказывает!
— Свершилось: бандиты уже окружают саму резиденцию. Дворовые и те за ножи схватились, но толку от них мало. Против нас одни боевые маги уровня витязей или паладинов западных, — принёс очередную неутешительную новость коренной дворянин Лаврентий Келлер.
Этот лощёный, педантичный старичок с отточенными до совершенства манерами сейчас мало напоминал себя самого. Камуфляж, порванный в нескольких местах, обмотанная кровавой тряпкой голова, кажется, обрывком скатерти, и, главное, звериный оскал, который никогда не был присущ этому всегда добродушному аристократу, говорили о том, что не только одними церемониями была насыщена жизнь Лавра.
— Фугасы готовы, — продолжил он. — Можем активировать в любой момент. На силу Дара сейчас надежды никакой.
— Подожди, Лавруша. Тебе бы только повзрывать, — осадил его Глава Рода. — Ты сделал то, что я просил?
— Да, боярин. Малая подводная ладья отчалила без приключений. Экипаж — два человека. Людишки верные, но им нужно часа три.
— Сможем продержаться? — повернулся боярин Славута к начальнику охраны.
— Нет, — отрицательно помотал головой Храбр. — Раньше костьми ляжем.
— Значит, так тому и быть. Злата уходит, мы замыливаем её след и бьёмся, надеясь на помощь богов. У князя есть настройки, поэтому дочку выцепит, в какой бы жопе мира она ни находилась.
— Я отказываюсь! — попыталась было возмутиться Злата.
— Ну и дура. Не путай доблесть с глупостью. Пока я жив, ты выполняешь приказы. Кончится моё время, сама начнёшь верховодить. Только для этого выжить нужно.
— Я не уйду, отец!
— Тогда пристрелю тебя сам. За ослушание в боевых условиях… Быстро активируй
