Читаем без скачивания Полярная станция - Мэтью Рейли

По внутренней связи Шофилда раздался голос Гант.

— Сэр, это Лиса. Здесь что-то не так. Пищевые контейнеры не в порядке.

Шофилд обернулся и увидел, как Либби Гант вышла из столовой. Она быстро шла к нему, держа в руках пищевую банку с открытой крышкой.

Позади нее, в столовой, Шофилд заметил Петара, который поднялся на цыпочки и наблюдал за Гант и самим Шофилдом.

Их глаза встретились.

На секунду, но этого было достаточно. Они оба все поняли.

Гант оказалась на пересечении взглядов Шофилда и Петара. Она открыла банку и что-то достала из нее. То, что она извлекла оттуда, было небольшого размера, черного цвета, похожее на маленькое распятие, с той только разницей, что более короткая горизонтальная перекладина была изогнута, образуя полукруг.

Глаза Шофилда округлились, когда он его увидел, рот открылся, чтобы закричать, но было уже поздно.

В столовой Петар бросился к двум белым контейнерам, равно как и Латисье — которого не обыскали, так как он уже был на станции, когда приехали морские пехотинцы — распахнул свою куртку, обнажив короткоствольную французскую штурмовую винтовку FA-MAS. В тот же момент тот, кто назвался Кювье, вытащил обе руки из карманов, доставая два арбалета — Гант уже держала в руках такой же. Кювье немедленно выстрелил в нее, и Шофилд увидел, как ее голову сильно отбросило назад, когда она упала на землю.

Оглушающая стрельба разорвала тишину — Латисье давил пальцем на курок своего автомата, обдавая столовую волной уничтожающего огня. Его автомат рассекал воздух, словно коса, Августина Лау разорвало практически пополам.

Латисье стрелял еще целых десять секунд, непрерывная автоматная очередь заставила всех лечь на пол.

Полярная станция Уилкс превратилась в настоящее поле боя.

Все полетело к чертям.

ВТОРОЕ ВТОРЖЕНИЕ

— Это Страшила! Это Страшила! — орал Шофилд в микрофон на шлеме, ныряя в дверной проем под оглушительный рев автоматных очереден.

— Я насчитал восемь противников! Повторяю, восемь противников! Шесть военных и двое гражданских. Гражданские, возможно, скрывают оружие для использования десантниками. Морские пехотинцы, не давайте им спуску!

Лед градом сыпался вокруг него — пули Латисье попадали в ледяную стену над ним.

Это была разновидность арбалета.

Все элитные военные подразделения в мире имеют свое характерное оружие. У сил специального назначения ВМС США, специализирующихся на ближнем бое, это пулемет двенадцатого калибра, обладающий распыляющим действием, у британской специальной авиадесантной службы — знаменитой САС — фирменным почерком является заряд азота. Американские военно-морские разведподразделения — элита ВМС США — используют Armalite MH-12 Maghook (Мэгхук), оснащенный сильным магнитом для сцепления с вертикальными металлическими поверхностями.

Но арбалеты, как известно, используются только в одном единственном элитном военном формировании. Premier Regiment Parachutiste d'Infanterie de Marine — первоклассный французский десантный отряд, именуемый первым парашютным полком морской пехоты и соответствующий британской САС или спецназу ВМС США.

Необходимо отметить, что это не обычное военное подразделение, как, например, морская пехота. Это более высокий уровень. Это наступательное подразделение, штурмовая команда, элитные подпольные силы, используемые с одной единственной целью: первыми начинать стремительную атаку и уничтожать все, что попадет в их поле зрения.

Вот по какой причине, когда Шофилд увидел, как Гант достала маленький портативный арбалет из пищевой банки, он понял, что эти люди не исследователи с Дюрвиля. Это солдаты, Солдаты элитного подразделения.

Они оказались предусмотрительными и предугадали, что Шофилду будут известны имена всех ученых в Дюрвиле, и присвоили себе их имена. Для большего правдоподобия они привезли с собой двух настоящих ученых с французской исследовательской станции — Люка Шампьона и Генри Ри — людей, которых в Уилкс знали лично.

Последний штрих превзошел, пожалуй, и это: они позволил Люку Шампьону, одному из гражданских, сыграть главную роль, когда морские пехотинцы прибыли на полярную станцию Уилкс, поддерживая иллюзию того, что все они всего лишь исследователи, подчиняющиеся своему руководителю.

То обстоятельство, что французы вывезли на вездеходе пятерых служащих полярной станции Уилкс — невинное гражданское население — под предлогом того, что они окажутся в безопасности, а затем казнили их посреди заснеженных равнин, привело Шофилда в бешенство. Он вообразил себе возможную картину происходившего: американские ученые, мужчины и женщины, рыдающие, умоляющие сохранить им жизнь, в то время, как французские солдаты проходят мимо них, и, приставляя оружие к их головам, разбрызгивают их мозги по всему вездеходу.

Еще больше Шофилда разозлило то, что, по меньшей мере, двое французских ученых — Шампьон и Ри — сопровождали французских десантников. Что такого им могли наобещать, что заставило их участвовать в убийстве невинных исследователей?

К сожалению, ответ был очень прост.

Им будет предоставлена возможность первыми исследовать космический корабль, когда французы доберутся до него.

Яростные крики раздавались по внутренней связи Шофилда

— … ответный огонь!

— … Чисто!

— … Самурай ранен! Лиса ранена!

— … черт, заело …

Шофилд выглянул из-за дверного проема и увидел, что Гант лежит на спине где-то посередине между столовой и площадкой, ведущей к главному входу. Она не двигалась.

Его взгляд упал на Августина Лау, который лежал на площадке в дверном проеме столовой. Глаза Лау были широко раскрыты, лицо забрызгано кровью из его собственного живота — град пуль, выпущенных Латисье, настиг его практически в упор.

Недалеко от Шофилда, в пролете, ведущем к главному входу станции, Бак Райли, подавшись вперед, открыл ответный огонь своим немецким МР-5, заглушая резкий металлический звук французской FA-MAS глубоким разрывающим ревом. Рядом с ним Голливуд делал то же самое.

Шофилд резко обернулся в поисках Монтаны, зажатого около входа в западный туннель.

— Монтана, ты в порядке?

Когда несколько мгновений назад Латисье открыл огонь, Монтана и Лау к нему были ближе всего, находясь в дверях столовой. В тот момент, когда Латисье стал стрелять, Монтане удалось резко нырнуть в дверной проем. Лау не успел.

И пока Лау исполнял то, что пехотинцы называют dansemacabre — пляска смерти, Монтана под смертельным градом пуль Латисье пробрался вдоль площадки к ближайшему безопасному месту, западному туннелю.

Шофилд увидел, что в пятидесяти футах от него Монтана говорит в микрофон. Шофилд услышал в наушнике его скрипучий голос.

— Страшила, прием. Меня изрядно потрепало, но я в порядке.

— Хорошо.

В ледяную стену над Шофилдом попало еще несколько пуль. Шофилд нырнул в дверной проем. Затем быстро выглянул. Но на этот раз он услышал странный свист.

Четырехдюймовая стрела с резким звуком вонзилась в лед буквально в пяти сантиметрах от правого глаза Шофилда.

Шофилд поднял глаза и увидел в столовой Петара с поднятым арбалетом. Не успел Петар выстрелить, как Люк Шампьон бросил ему короткоствольный автомат, и Петар возобновил бой новым залпом шквального огня.

Выглянув из-за дверного проема, Шофилд снова быстро посмотрел на Гант. Она все еще лежала без движения между столовой и туннелем главного входа.

И вдруг ее рука шевельнулась.

Должно быть, это был какой-то рефлекс, она медленно приходила в сознание.

Шофилд тотчас это заметил и стал говорить в микрофон.

— Это Страшила, это Страшила. Лиса все еще жива. Повторяю, Лиса все еще жива. Но она в области открытого огня. Мне необходимо прикрытие, чтобы я смог вытащить ее оттуда. Подтвердите.

Голоса зазвучали, словно на перекличке

— Голливуд, понял вас.

— Рикошет, понял вас.

— Монтана, понял вас.

— Умник, понял вас, — сказал Бак Райли. — Все чисто, Страшила. Пошел!

— Отлично, сейчас! — закричал Шофилд, выбегая на площадку.

Удивительно синхронно, морские пехотинцы выскочили из укрытия и, окружив его, открыли ответный огонь по столовой. Оглушительный шум. Ледяные стены столовой взорвались тысячей осколков. Мощная атака сразу целой группы заставила Латисье и Петара на минуту прекратить огонь и уйти в укрытие.

На площадке Шофилд упал на колени рядом с Гант.

Он осмотрел ее голову. Стрела из арбалета Кювье вонзилась в ее защитный кевларовый шлем в районе лба, и тонкая струйка крови текла со лба вниз по носу.

Увидев кровь, Шофилд наклонился ближе и заметил, что сила выстрела была настолько велика, что стрела прошла сквозь шлем Гант. Она пронзила кевларовый слой почти на целый дюйм, так что ее блестящее серебристое острие едва касалось ее лба.