Читаем без скачивания Освобожденная - Дженнифер Арментроут

Девушка юркнула в проход между двумя многоквартирными домами. Удостоверившись, что никто ее не видит, Лили присела и подпрыгнула, ухватившись за пожарную лестницу на седьмом этаже. Оттуда с легкостью перепрыгнула на другое здание. Взбираясь по старым металлическим ступеням, быстро оказалась наверху.

Перемахнув с одной крыши на другую, погруженную в тень, она перевела дух. Лили любила со свистом рассекать воздух, любила неопределенность падения, любила, когда ночь окутывает ее. Находясь в состоянии полу-полета, девушка была в своей стихии. Наверняка это и чувствуют истинные ангелы – невесомость и свободу.

Здесь Лили не думала об Анне, не беспокоилась за Натаниэля или Люка. Когда она перелетала с одного здания на другое, не думала о Майкле и о том, как туго ему придется. Сейчас она была сама по себе.

Прыгая с крыши на крышу, Лили добралась до места за пятнадцать минут, затем спустилась по пожарной лестнице и вышла к клубу, который частенько посещали нефилимы. Поправив юбку, обогнула двухэтажное кирпичное здание и дерзко улыбнулась, взглянув на вывеску «Дикая банда». Бруно – возможно, это его ненастоящее имя – отцепил веревку, пропуская ее вперед недовольной очереди клиентов.

Ее тут же захватил тяжелый ритм техно, и кровь забурлила еще сильнее. Люди облепили сцену в форме латинской буквы S. Их танцы отдаленно напоминали оргию, только в одежде. На самой сцене полураздетые девушки заводили своими движениями толпу. Однако больше всего Лили зачаровывали те, что танцевали в клетках, свисавших со сводчатого потолка. Как им удавалось делать это на двадцатисантиметровых каблуках?

Протиснувшись к барной стойке, она заняла первый попавшийся свободный стул. К ней сразу же подошел Сэмми, бармен. Он узнал девушку даже в тусклом свете. Ей и правда пора найти себе какое-нибудь интересное занятие. Или хобби.

– Как обычно? – спросил бармен, перекинув белое полотенце через плечо. Его руку сплошь покрывали татуировки. Черт, эти татуировки украшали все его тело, в том числе и лицо.

– Да. Тяжелая выдалась ночь.

Она положила локти на стойку, Сэмми взглянул на нее с сомнением и улыбнулся. Его улыбка выглядела забавно из-за дракона, наколотого на щеке.

– Да не может быть все так плохо, милая.

– Увы, так всегда.

Такими словами они обменивались всякий раз, когда она сюда приходила. Сэмми никогда не спрашивал, что у нее происходит по ночам и почему все так плохо. Возможно, думал, что она проститутка. Забавно, но Лили сомневалась, что он расстроился бы, узнай вдруг правду.

Она наблюдала за людьми, пока не вернулся Сэмми. Среди посетителей клуба по большей части были крепко подпившие студенты колледжа, желающие найти себе подружку или друга на ночь. В каком-то смысле Лили пришла за тем же. Она оглядывала молодежь, размышляя, сколько из них сумеет сегодня доползти до дома. И скольких она встретит в ближайшем будущем, чтобы вонзить в них кинжал. Черт. Такие мысли вгоняли в тоску.

– Ну вот, – объявил Сэмми.

Лили повернулась к нему, сцепила руки.

– Ты лучше всех, ты это знаешь?

Он подвинул ей порцию мороженого «Бен и Джерри» и диетическую колу. У нефилимов имелась особенность: сколько алкоголя ни выпей – не опьянеешь. Вот косячок действительно помогал расслабиться, но быстро возникало привыкание. Да и от Натаниэля влетело бы по первое число, застукай он ее снова… Сэмми провел рукой по бритой голове и посмотрел в зал.

– Вон один из твоих дружков пришел. Постарайтесь на этот раз не разнести прачечную.

Горячий румянец вспыхнул на щеках Лили. Она открыла крышку и зачерпнула мороженое, ожидая, когда возникнет знакомое покалывание в позвоночнике – так всегда бывает в присутствии другого нефилима.

«Одним из ее дружков» на самом деле оказался Гэйб. И они в прошлый раз не разнесли прачечную. То есть не совсем разнесли.

Мороженое с шоколадной крошкой как раз почти закончилось, когда Гэйб решил к ней подойти. Все складывалось как нельзя лучше. Если они оба были здесь, это могло означать лишь одно.

Гэйб остановился за спиной сидящего рядом с ней парня, который уже изрядно набрался. Один сердитый взгляд – и парень кубарем слетел со стула. Гэйб уселся на его место без малейшего зазрения совести. На полных губах заиграла шаловливая, понимающая улыбка.

У него имелся брат-близнец. Высокий, мускулистый, с копной темных вьющихся волос, Гэйб всегда был расслабленным пофигистом, тогда как Дэймон всегда выглядел угрюмым и по большей части отмалчивался. Оба брата тоже входили в Круг.

– Привет, – поздоровалась Лили и, опустив ложечку в пустой картонный стаканчик, повернулась к нему. Их колени соприкоснулись. – Что случилось?

– Ничего, – он наклонился, медленно раздвинув коленом ее ноги. – Так и думал, что ты придешь сюда после такой ночки.

Лили вздохнула. Выходит, все нефилимы уже прознали о том копе. Такое ощущение, что где-то существовала тайная доска объявлений, о которой она одна была не в курсе.

– Если бы я знала, кто он, я бы его не вырубила.

– Да вырубила бы, – улыбнулся Гэйб. – Я встретил Реми. Он сказал, что вы показали этому парню… ночную жизнь. Но это его все равно не убедило.

– Он просто напуган. – Лили потягивала колу, ей нравилось, как пузырьки газа щекочут язык. – Ну а как иначе? Парень понятия не имел, кто он такой. Будем учить его основам.

– Не могу поверить, что Нат возьмется его учить. – Гэйб положил руку ей на колено, лениво поглаживая пальцем нежную кожу. – Это будет пустая трата времени.

– Причем пустая трата моего времени, – поправила она. – Это же мне придется его учить.

Лили не без удовольствия отметила, как на вечно скучающем лице Гэйба вспыхнуло удивление.

– Ты шутишь?

– Боюсь, что нет.

– Ты так хочешь добить его, – засмеялся он.

– Или прикончить по случайности, посмотрим. – Девушка положила ладонь поверх его руки и потянула ее вверх по бедру. Допив последний глоток колы, Лили встала. Их пальцы переплелись.

Гэйб наклонился к ее уху и тихо, с хрипотцой спросил:

– Займемся этим прямо сейчас?

Внутри все сжалось, стало горячо. Она наклонилась к Гэйбу, прижавшись к нему всем телом.

– А у тебя с этим проблемы?

– Это самое последнее, с чем у меня могут быть проблемы, любовь моя.

– Вот и хорошо.

Девушка повернулась и повела его мимо барной стойки. Сэмми закатил глаза и ушел мыть стаканы.

Они молча обошли бар и направились к двери с табличкой «Служебное помещение». Оказавшись в узком коридоре, Лили остановилась, чтобы дать глазам привыкнуть к темноте, и почувствовала, как Гэйб уперся ей в спину всем своим естеством. Таким твердым. Да уж, он определенно не возражал заняться этим прямо сейчас.

Они быстро нашли прачечную и сразу же приступили к делу, не дожидаясь даже, когда за ними захлопнется дверь. Лили дернула за металлическую струну электровыключателя, висевшую посреди комнаты, и все погрузилось во тьму. В ту же секунду Гэйб обнял ее за талию и притянул к себе, заставив подняться на носки. Его руки скользнули вверх под безрукавку, обхватили грудь, дразня через атласную ткань соски. Лили выгнулась в его объятьях, сдерживая стон. Она никогда не издаст ни звука. Никогда.

У Гэйба вырвался тихий рык, когда он прижался к ней пахом. Горячая волна затопила ее, и Лили тоже прильнула к нему. Парень отнял одну руку от груди и стал гладить по изгибу талии. Затем скользнул под юбку, лаская бедра. Коснувшись ее уже влажных трусиков, он снова зарычал.

Их разделяла лишь одежда. Гэйб потрогал девушку между ног через трусики, погладил пальцем клитор, так что та начала извиваться под его рукой. Ее охватило безумие, и она едва сдерживала крик. Хотелось одного: полностью раствориться в ощущениях, пусть даже на несколько мгновений.

И тут неожиданно перед мысленным взором возник образ Джулиана. Что за черт? Она не хотела думать о нем в такой момент. Лили попыталась сосредоточиться на красавчике Гейбе, но ничего не вышло. Тогда попробовала представить себе другого мужчину, но в мыслях настойчиво всплывал лишь Джулиан, порождая запретные фантазии. Это он обнимал ее со спины. Он держал в своих сильных руках. Его пальцы, не щадя, дразнили ее. Сердце мчалось галопом, она вцепилась в руки Гэйба, чувствуя, как внизу живота наливается горячий шар. Гэйб отступил, развернул ее к себе. Затем чуть приподнял и усадил на стиральную машинку, широко раздвинув ее бедра. Они смотрелись со стороны точно двое любовников в момент соития. Но существовали строгие правила, определенные границы, которые никогда не пресекались. Никаких поцелуев. Никаких, совсем никаких проникновений.

Гэйб никогда не нарушал это правило, никогда не заговаривал об этом и никогда ни на что не жаловался, когда все было кончено. А еще он держал происходящее втайне ото всех. Лили знала – Гэйб прекрасно понимал, что Люк яйца ему оторвет, если хотя бы заподозрит, как они тут развлекаются. Так что эти проделки были их общей маленькой тайной.