– А ты не можешь совмещать оба занятия? Я полагаю, что наблюдения дают лучший результат, если находишься в гуще событий. Ты собираешься ставить эксперименты на других. А почему бы тебе не поэкспериментировать с собственными чувствами? С Ратаном, например?
Эта мысль понравилась Фрэнсис, хотя она не хотела этого признавать. По крайней мере, вслух.
– Я занимаюсь психологией и к тому же преподаю в университете, – строго сказала она, – и мне необходимо придерживаться определенных стандартов в поведении.
– Тогда возвращайся в свой университет, – прервала ее речь Белинда. – А здесь ты молодая и красивая женщина. Почему бы тебе не принимать жизнь во всем ее замечательном многообразии? Я понимаю, что тебе, привыкшей к определенным нормам, установленным твоим отцом, это будет нелегко. Но поверь, что отец гордился бы тобой.
– И я горжусь папой и очень его люблю!
– Я знаю, – сказала как можно нежнее Белинда. – Но теперь у тебя есть возможность жить собственной жизнью. Я внимательно читала все письма, которые ты присылала мне. И всегда между строчек проходила мысль, что ты не готова продолжить исследование, начатое твоим отцом.
– О чем ты говоришь? – удивленно спросила Фрэнсис.
– Как ты можешь проводить исследование об отношениях между мужчиной и женщиной, если у тебя самой нет никакого практического опыта? – то ли спросила, то ли ответила Белинда на свой же вопрос.
– Это не так. Я встречалась несколько раз с одним парнем.
– Под пристальным наблюдением всех студентов твоего отца. Поверь мне, что жизнь в закрытом студенческом городке очень отличается от обычной жизни в огромном городе. Ты была изолирована от полнокровной жизни. – Белинда быстро встала с кресла и начала ходить по комнате. – Теперь у тебя появилась возможность сбросить этот кокон и полететь. И не бояться нового чувства.
– Я не боюсь, но я не знаю, в каком направлении лететь.
– Не важно, куда лететь, важен сам процесс. Прыжок в неизвестность.
– Другими словами, ты хочешь сказать, что мне необходимо романтическое увлечение этим летом, пока я здесь, в Лондоне.
– Именно так.
– Я совершенно не против, но прежде всего мне надо сконцентрировать все свое внимание на работе. У меня должны остаться две недели в конце лета после того, как я закончу исследование. Возможно, тогда я подумаю о романе с молодым и красивым и, что имеет не последнее значение, умным молодым человеком. – Фрэнсис подумала о Ратане, и эта мысль ей очень понравилась.
Белинда со вздохом подсела к Фрэнсис.
– Девочка моя! Невозможно выделить в еженедельнике дни только для работы и только для встреч с любимым человеком. Жизнь прекрасна в своем многообразии. Сделай первый шаг!
– Навстречу кому? Если ты имеешь в виду Ратана, забудь!
– Почему бы и нет? Звучит заманчиво!
Фрэнсис вздохнула:
– Он не в моем вкусе.
– Тогда зачем ты целовалась с ним?
– Потому что на мне было надето магическое платье. Если бы не оно, Ратан даже не обратил бы на меня внимание.
Глаза Белинды засверкали от предвкушения услышать что-то необычное.
– Именно благодаря этому платью Сандре удалось убедить Джонни сдать квартиру нам. Предполагается, что через все платье проходит нить, изготовленная из волокна редкого корня, произрастающего где-то в Африке. И эта нить притягивает мужчин словно магнит. В тот вечер я надела это платье, чтобы найти мужчин, желающих участвовать в моем исследовании. И, представь себе, платье помогло мне. Вокруг меня были мужчины всех возрастов, просто жаждущие пообщаться со мной. А этот тип выставил меня из бара.
– Может, он просто приревновал тебя ко всем другим мужчинам, – предположила Белинда.
Фрэнсис даже не хотела об этом думать, настолько она была сердита на Ратана.
– Мужчины – очень сложные существа, – начала Белинда, – именно поэтому я очень люблю проводить как можно больше времени с ними. И, конечно, секс. Без него я просто не мыслю свою жизнь. – Белинда никогда не откровенничала о том, что касалось ее личной жизни. Лишь случайно Фрэнсис узнала, что последним увлечением Белинды был тридцатисемилетний мастер по ремонту пылесосов.
– Не грусти, ангел мой. Все будет хорошо. Может, я чем-нибудь могу тебе помочь? – участливо сказала Белинда.
– Я должна найти способ снова попасть в бар, – ответила Фрэнсис. – У меня есть несколько желающих участвовать в моем исследовании. Я должна снова с ними встретиться, пока они не потеряли интерес.
– И в чем проблема?
– Ратан Пател. Он сказал, чтобы я больше не появлялась даже на пороге бара.
– Он поставил тебе ультиматум! В таком случае ты просто обязана пойти туда еще раз. Он будет тебя ждать.
Фрэнсис ухмыльнулась в ответ.
– Дорогая моя, поверь моему опыту. Я делаю скульптуры голых мужчин и этим зарабатываю себе на жизнь. И знаю их намного лучше, чем ты.
– Голых мужчин? – Фрэнсис решила, что ее крестная шутит. – С каких это пор?
– Я начала заниматься этим пять месяцев назад и, представь себе, мне это очень нравится. В мужском теле есть какая-то завораживающая сила. Ты не находишь?
К сожалению, у Фрэнсис не было опыта в этой области, чтобы выразить свое мнение. Возможно, Белинда права. Ей давно пора прибавить немного знаний о мужчинах, увлечься кем-нибудь. Всего лишь на мгновение она представила Ратана раздетым, и волна возбуждения пробежала по ее телу.
– Ты считаешь, что я должна пойти в бар и вести себя так, как будто ничего не произошло?
– Совершенно верно. Что он сможет тебе сделать?
– Выкинуть меня снова.
– Я уверена, что он будет просто восхищен женщиной, которая посмела бросить ему вызов.
Фрэнсис сомневалась. Правда, если оставить платье дома на этот раз, то мужчины не будут виться вокруг нее, а Ратан даже и не заметит ее, как это было раньше. Но хотела ли она этого?
– Так или иначе, я пойду в бар сегодня вечером, – громко объявила Фрэнсис, стараясь выкинуть из головы мысли о Ратане.
Белинда захлопала в ладоши:
– Смело ступай навстречу жизни!
Ратан внимательно осмотрел зал, настраивая себя на еще один напряженный субботний вечер. Играла музыка, посетителей становилось все больше.
Владелец бара, Ричард Блюм, стоял за стойкой бара. Он, по-прежнему, был в зоне пристального внимания Ратана. Тот все еще надеялся, что Блюм каким-то образом выдаст себя. Ратан нервничал. Он не мог объяснить причину. Может, оттого, что не было никаких новых результатов в расследовании, а может быть, он все-таки хотел снова увидеть Фрэнсис. Ему казалось, что он раздваивается. Ратан очень хотел увидеть Фрэнсис еще раз, но он чувствовал, что может влюбиться в нее, а это помешает его работе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
