Молли снова не поверила ей, но ничего не сказала.
– Родители были счастливы?
– Конечно. – Разумеется, покуда она заботилась о папе так, как того хотела мама.
– А ты?
– Да. – Но помимо ее воли глаза Грейс наполнились слезами. Мудрая змея-психиатр задавала вопросы, от которых становилось так больно. – Я была очень счастлива. Я любила родителей.
– Настолько, что теперь лжешь? Защищаешь их? Любила так сильно, что не хочешь рассказать, за что застрелила отца?
– Мне нечего рассказывать.
– О'кей. – Молли поднялась со стула. – Кстати, о птичках. Нынче же отправлю тебя в больницу.
– Зачем? – Грейс внезапно ужаснулась, что весьма заинтересовало Молли. – Зачем вы делаете это?
– Всего лишь пустая формальность. Надо убедиться, что ты здорова. Это не так уж и серьезно.
– Я не хочу в больницу. – Девочка запаниковала, и это не укрылось от пристального взора Молли.
– Почему бы нет?
– С какой стати?
– Боюсь, тебе не приходится выбирать, Грейс. Ты угодила в переделку. Ты под следствием. А кто твой адвокат?
Грейс смотрела на Молли пустыми глазами. Да, кто-то недавно уже говорил об адвокате, но ей не к кому обратиться – вот разве что к Фрэнку Уиллсу, компаньону отца. Но ей этого не хотелось. А что могла она сказать ему? Нет, проще было вовсе к Фрэнку не обращаться.
– У меня нет адвоката.
– Разве у отца не было связей?
– Да… но… было бы дико обращаться к ним… к нему… у него есть деловой партнер.
– Думаю, ты должна сделать это, Грейс, – твердо сказала Молли. – Тебе необходим юрист. Ты вправе потребовать общественного защитника. И лучше, если это будет кто-то, кто хорошо тебя знает. – Это был мудрый совет.
– Да, наверное… – Грейс кивнула с выражением безмерной усталости. Так много всего произошло. Все было так сложно. Ну почему они просто не пристрелят ее, не повесят? Почему вытаскивают на Божий свет всю эту грязь? Почему заставляют идти в какую-то больницу? Она в ужас приходила от мысли о том, что там обнаружится.
– Увидимся позже, завтра, – ласково сказала Молли. Девочка внушала ей симпатию и сочувствие. Ей многое пришлось пережить, и, хотя она явно сделала не то, что следовало, совершенно очевидно, что побудило, ее к этому нечто страшное. И Молли собиралась во что бы то ни стало выяснить, что именно.
Она оставила Грейс в камере для допросов и вышла поговорить со Стэном Дули – офицером, ведущим следствие. Это был детектив-ветеран, и мало что могло удивить этого зубра, но происшедшее даже его поразило. В течение многих лет он общался с Джоном Адамсом и лучшего парня просто представить себе не мог. Известие, что он застрелен родной дочерью, буквально сшибло его с ног.
– Она придурошная или наркоманка? – спросил у Молли детектив Дули, когда она появилась у него в кабинете в девять утра. Она целый час провела в обществе Грейс, но, по ее мнению, не узнала ровным счетом ничего. Грейс явно вознамерилась не раскрываться. Но было кое-что такое, что Молли во что бы то ни стало хотела знать – и узнает, захочет того девочка или нет.
– Ни то ни другое. Она испугана и потрясена, но голова у нее в совершенном порядке. Я хочу сегодня отправить ее в больницу на обследование, на сей раз серьезное. – Молли не хотелось затягивать с этим.
– А на какой предмет? Обследовать на следы наркотика в крови?
– Пусть даже так. Но не думаю, что тут дело в этом. Меня больше интересует мнение гинеколога.
– Чего? – Дули изумился. – К чему ты клонишь? – Он прекрасно знал Молли – она всегда была очень разумна, но все же порой увлекалась и забиралась в дебри, заинтригованная историей того или иного пациента.
У меня есть несколько предположений. Я хочу знать, вправду ли девочка оборонялась. Как-никак семнадцатилетние девушки не стреляют в отцов каждый день. И уж тем более девочки из таких семейств…
– Это бред, Йорк, – ты сама это знаешь. – В голосе его прозвучали циничные нотки. – А как насчет четырнадцатилетней соплюшки, с которой мы возились в прошлом году? Она истребила всю свою семейку, включая бабулю и четырех младших сестренок! Хочешь сказать, что и это была самозащита?
– Это совсем другое, Стэн. Я читала все материалы по делу Грейс. Джон Адамс был совершенно наг, и она тоже. А на простынях – явные следы спермы. Не станешь же ты отрицать, что есть вероятность…
–. Стану! Кто угодно, только не этот парень! Я его знаю. Прост как правда, к тому же второго такого обаяшки во всем городе не сыскать! Ты сама положила бы на него глаз.
Дули кинул на Молли многозначительный взгляд, который та проигнорировала. Он обожал поддразнивать ее. Молли была очень хороша собой, к тому же из весьма «экстравагантного» чикагского семейства. Дули нравилось в шутку обзывать Молли «мартовской кисой». Но она никогда не заводила служебных романов. К тому же Дули было известно, что у нее есть постоянный и близкий друг, тоже врач по профессии. Но он никогда не упускал возможности слегка ее «покусать». Она не обижалась, и вообще с ней приятно было работать. У Молли была к тому же очень светлая голова, и Дули уважал ее за это.
– Слушай сюда, доктор. Этот парень ни за что не стал бы трахать дочь. Это невозможно – и все тут. Поверь мне. Может, он онанизмом занимался… Ну откуда я знаю?
– Но ведь не за это же она его застрелила? – холодно спросила Молли.
– А может, он отказался дать ей ключи от машины? Мои отпрыски в таких случаях просто звереют. Может быть, он терпеть не мог ее парня. Верь мне, тут вовсе не то, о чем ты думаешь. Это не была самозащита. Она напала на него и убила.
– Поживем – увидим, Стэн. Посмотрим… А теперь сделай одолжение, отвези ее в больницу в течение часа. Я выпишу ордер.
– Ты невыносима! Ну ладно, будет твоя девка в больнице. О'кей? Ты счастлива?
– Я на седьмом небе. Ты просто душка. – Она улыбнулась.
– Скажи об этом шефу, – хмыкнул Дули. Нет, Молли ему и вправду была очень симпатична, но он ни в грош не ставил ее теорию о самозащите Грейс. Молли просто хваталась за соломинку. Нет, Джон Адамс был не таков. Ни одна душа в Ватсеке не поверила бы в такую дичь – и не важно, что думает Молли и что скажут в больнице.
Чуть позднее в камеру к Грейс вошли две женщины-полицейских, снова надели ей наручники и препроводили в больницу в маленьком автомобильчике с зарешеченными окошками. Они ни слова ей не сказали за всю дорогу. Просто трещали без умолку про заключенных, которых они перевозили вчера, вовсю обсуждали фильм, который собирались смотреть нынче вечером, да обдумывали отпуск, который одна из них собиралась провести в Колорадо. Впрочем, Грейс была вполне довольна. Ведь ей все равно нечего было бы им сказать. Она просто думала о том, что с ней будут делать в больнице. Охранницы доставили ее в больницу, где оставили с врачом и его ассистенткой. А те, не стесняясь в выражениях, растолковали Грейс, что если она будет плохо себя вести, то ее свяжут и позовут охрану.
