«Нет, Такер, — сказал он себе, — поостерегись, если ты не хочешь, чтобы она втянула тебя в свои загадочные делишки. Погляди, что она уже заставила тебя сделать! Ты забрался в это гиблое болото, куда поклялся никогда не возвращаться, вскрыл старые раны, которые решил не трогать — пусть себе гноятся потихоньку». Неудивительно, что, открыв глаза там, в постели Лилы, и увидев Джуди с ружьем в руках, он сразу понял, что надо ждать беды.
И тут Такер услышал позади себя какой-то странный звук.
Выругавшись, он натянул поводья. Хорош профессионал — так размечтался, что совсем забыл об осторожности. Он прислушался. Жужжание насекомых, тихий шорох в тростниках. Да нет, это был просто порыв ветра. Ничего страшного.
Однако не мешало подумать о собственной безопасности. Он пустил лошадь шагом, постоянно прислушиваясь и сосредоточившись на предстоящей ему задаче. Нечего забивать себе голову чужими делами или девчонкой, от которой надо держаться подальше.
Его собственные дела не больно-то хороши, не хватает ему еще чужих забот. А Джуди Макклауд — или как там ее на самом деле зовут — пусть заботится о себе сама.
* * *
Джуди считала, что это у нее не так уж плохо получается. Она пригнулась к земле в своем укрытии среди камышей и дала знак Кристоферу не шевелиться и не издавать ни звука. Стоило столько времени красться за Буном, чтобы он их поймал на этом в последнюю минуту.
Кристофер скорчил презрительную гримасу. Джуди и сама знала, что он не очень высокого мнения о способностях Буна. Если бы Бун чего-нибудь стоил, он давно бы уже обнаружил их присутствие. И Кристофер вновь стал твердить, что для розысков Рафа им надо найти другого человека.
Но Кристофер не понимает, что им выгодна некоторая растерянность Буна. Они сами провели детство, прячась в болотах Луизианы, и чувствовали себя здесь как дома. Поэтому она и решила следовать за Буном пешком. Верхом им было бы труднее пробираться в тростниковых зарослях и переплывать через протоки. И, как и Буну, им было бы нелегко ориентироваться.
От внимания Джуди не укрылось, что Бун с трудом находит дорогу в болоте и что он не любит эти места. Она заметила на его лице то же выражение недоверия и настороженности, которое в первые недели было на лице Гинни, когда она с братьями неохотно показывала своей новой матери потайные красоты поймы.
Вспомнив те дни, Джуди потрогала медальон, висевший у нее на шее. Это была семейная реликвия Макклаудов, которая передавалась из поколения в поколение. Гинни называет ее символом, залогом любви между мужчиной и женщиной, над которой не властна разлука.
Джуди не всегда разделяла взгляды Гинни. Она с содроганием вспоминала своего родного отца и годы, проведенные с ним под одной крышей. Жак Морто был страшным человеком и бессердечным отцом. Он оставил по себе недобрую память. Джуди до могилы будет помнить роль, которую ей пришлось сыграть в этой драме, но, поверни время вспять, она, не задумываясь, поступила бы точно так же.
Собственно, она потому и оказалась в тростниковых зарослях, что хочет защитить свою семью. Стиснув в кулаке медальон, Джуди думала, что Гинни ее поняла. Что с того, что она девушка? Джуди все равно лучший следопыт в их семье, лучший стрелок и прекрасно разбирается в людях.
И она лучше всех понимала, почему им необходимо найти дядю Рафа. Не только для того, чтобы выручить его — хотя все они изнывали от страха за Рафа, — но и для того, чтобы сберечь его мечту. Если к концу лета они не уплатят налоги за плантацию, весь труд и все жертвы Рафа окажутся напрасными.
От разорения их могло спасти лишь солидное наследство, которое им оставила добрейшая Элеонора Тиббс. Но беда была в том, что наследство может получить только Раф: миссис Тиббс не думала не гадала, что он может оказаться неведомо где. Грустно покачивая седыми головами, адвокаты объясняли, что до тех пор, пока пропавший Раф не найдется или не будет официально объявлен мертвым, никто не получит из наследства ни цента.
Джуди решила найти Рафа. Если выяснится, что она обманулась в Буне, тогда ее семья окажется в очень трудном положении.
Услышав, что Бун тронулся дальше, Джуди отпустила медальон и огляделась с недоумением только что проснувшегося человека. Пока она сидела задумавшись, в окрестностях произошла какая-то неуловимая перемена. У Джуди возникло предчувствие опасности.
Джуди махнула брату, чтобы он следовал за ней, и осторожно двинулась вперед. То, что Кристофер повиновался без малейшего протеста, еще усилило ее беспокойство.
И тут она услышала заунывное уханье совы и застыла на месте. Как известно, ни одна уважающая себя сова не вылетит на охоту среди бела дня. Так что ухал, по-видимому, человек, и это не предвещало ничего хорошего.
Джуди дала Кристоферу знак ждать ее на месте и поползла к дубу, что одиноко возвышался неподалеку. Сначала она взобралась на низко нависшую над землей ветвь, потом перелезла повыше, откуда ей было видно тропу, по которой ехал Бун.
Она чуть не вскрикнула, когда на пути Буна возник долговязый человек с волосами цвета прелой соломы и с винтовкой в руках, направленной в грудь Буна.
— Смотрите-ка, кто к нам пожаловал! — сказал он людям, выступившим вслед за ним из зарослей. Их было человек шесть, у них были новенькие винтовки и злые, изможденные лица. Все говорило, что Буна не ожидает теплый прием.
Джуди оглянулась, взвешивая, успеет ли она сбегать за ружьем и будет ли в этом прок. Но Кристофер, по своему обыкновению, пренебрег ее приказом оставаться на месте. Он уже лез по дереву вслед за ней, и через плечо у него висело ружье.
Джуди взяла у Кристофера ружье, устроилась на ветке поудобнее — чтобы можно было его вскинуть и прицелиться — и стала ждать дальнейшего развития событий. Ей было слышно, как вожак банды тихонько хохотнул и сказал:
— Ребята, да никак это наш старый приятель Джесс Холланд.
Джуди встревоженно посмотрела на брата и без труда догадалась, о чем он думает: «Что я тебе говорил! Они назвали его Джесс Холланд, а вовсе не Такер Бун. Так-то ты разбираешься в людях! Даже имя у него вымышленное!»
Возможно, Кристофер прав. Этот человек с первой минуты внес путаницу в ее мысли. Даже сейчас ей хотелось броситься ему на помощь и потребовать, чтобы эти головорезы опустили винтовки и уползли назад в свою нору.
— Привет, Билли, — спокойно ответил Бун. — Как видно, годы тебя не смягчили.
Человек, которого он назвал Билли, опять хохотнул, глядя на Буна прямо-таки с лаской в глазах.
— Давно мы с тобой не препирались, я аж соскучился. И как это мы оказались врагами?
Бун покачал головой:
— Я тебе не враг, Билли. Мне просто надо тебя кое о чем спросить. Выслушай меня, и я уеду.
