Тем временем, пришел доклад от "Лепестков", подтвердив мою догадку. В воздухе была шестерка наших истребителей И-16. Не долетая до наших позиций где-то с километр они разделились на две тройки и начали преследовать уцелевшие самолеты,
которые успели уйти от нашего огня. Теперь точно зная, что в воздухе наши самолеты, я дал команду всем "Шилкам":
- "Шилка", я "Овод" прием! В ответ все "Шилки" от первой до шестой доложили, что слышат меня "отлично".
- "Шилка", я "Овод" перейти на наведение через ракурсные кольца, в воздухе шестерка наших истребителей! Как поняли прием!
Все поняли отлично. Честно говоря, трудно было ожидать плохого качества связи через полевой телефон ТА-57м и полевой кабель, но когда обсуждали детали предстоящего боя, подполковник Амбросимов настоял на развертывании именно телефонной связи, объяснив что её х...... засечешь, а в "Штирлице" все видели у фрицев были магнитофоны, и х...... их знает пишут они сейчас эфир или нет. А береженого бог бережет, а дураков конвой стережет!
На индикаторе была видна вся картина воздушного боя. Последние два штафеля бомбардировщиков перестроились в оборонительный круг в трех с половиной километрах от позиций "Шилок". Вот наши самолеты, сначала догнали подбитые нами бомбардировщики и добавили им, а потом расстреляли остальных кто уцелел из пятой и шестой волн. Тут я вспомнил о двух самолетах из четвертой волны, посмотрел вниз экрана, он был пуст, ни каких отметок
целей не было. Я связался с "Лепестками" так как воздушная обстановка из моей машины, через аппаратуру АСПДУ передавалась им на ИКО. Ответ меня черезвычайно обрадовал, немцы поняв что их встретили огнем с земли решили уйти на высоту, и проморгали шестерку наших самолетов, видно не заметили их в лучах восходящего солнца. Дав залп каждой тройкой по одному самолету,
наши истребители не потеряли ни одной секунды. Итак через шесть минут боя, можно подвести некоторые итоги. Они пока только радовали. Общими усилиями было сбито 54 самолета противника, к сожалению оставшиеся 18 самолетов были вне зоны поражения "Шилок" и уверенно отбивались от наших истребителей.
Очень хотелось выйти из тесного и душного отсека бронированной машины, но выключить РЛС было нельзя и я продолжал наблюдать за боем, глядя на экран индикатора. Так прошло несколько минут, в динамиках шлемофона зазвучал голос капитана Профатилова:
- "Овод" я "Шилка-3" как слышите меня? Прием!
- "Шилка-3" я "Овод" слышу Вас "Отлично"!
- Капитан! Есть предложение выдвинуть две ближайшие ЗСУ на три километра на восток и пока наши ястребки гоняют их сверху, мы пощиплем их снизу!
- А чем с земли прикрыть твоих орлов?
- Возьми два своих БТРа поставь на фланги!
- Добро!
Я еще решил подстраховаться и связался с Амбросимовым, доложил свое решение и попросил выдвинуть комбатовскую КШМку в тыл позиции выдвигаемых "Шилок" с целью прикрытия арт.огнем если мои БТРы не смогут справиться с ситуацией. Получив согласие, я связался с командиром второй батареи капитаном Кравцовым, обеими "Шилками" и командиром первого зенитно-ракетного взвода лейтенантом Осташевым, поставив всем задачу, я продолжил следить за воздушной обстановкой. Сосчитав засечки, я понял, что ситуация несколько изменилась, больших засечек стало 16 а маленьких пять. Это значило, что пока я разговаривал с подполковником Амбросимовым, капитана-ми Профатиловым и Кравцовым а также с лейтенантом Осташевым , наши пилоты успели сбить два немецких самолета, немцы смогли подбить один наш. Я связался с "Лепестком" и спросил, что с нашим летчиком? Мне сразу доложили, что летчик вывел самолет из боя и сразу выпрыгнул с парашютом, буквально минуту назад. Его наблюдали через ТЗК.
Я сразу же приказал отправить на поиски нашего летчика третий БТР из взвода Осташева. Пока я выяснял эти данные, "Шилки" пройдя на максимальной скорости около трех километров, выскочили на подходящие холмики, которые были немного в стороне от воздушного боя и принялись как на учениях ссаживать немецкие самолеты на землю. Наведение, очередь из нижних двух стволов, наведение очередь из верхних двух стволов. Среди немецких экипажей по моему возникла паника, их машины начали хаотично ломать почти идеальный круг, и тут наши истребители не растерялись, они почти одновременно спикировали на бомбардировщики и каждый из них добился победы. От всей эскадры осталось около десятка самолетов, которые как тараканы разбегались в разные стороны.
Я уже думал, что бой закончился как увидел на экране ИКО, что с юго-запада к месту боя приближаютя двенадцать самолетов. Судя по всему это тоже были истребители. скорость у них была явно выше, чем у наших, и что мне совсем не понравилось, что они приближались с набором высоты. Я с раздражением подумал:
- Эх-х!!! Если бы у них были запросчики "свой-чужой", все бы уже было ясно! Что же придумать? Тут я заметил что тройка наших истребителей кружит над парой наших "Шилок", а оставшаяся пара набрала высоту и видно прикрывает эту тройку. Схватив ПУ радиостанции, я вызвал "Шилку-1" и сообщив о новых гостях приказал дать очередь в направлении гостей. Хотя в ленте автомата, только каждый четвертый снаряд был бронебойно-зажигательный, ведущий тройки быстро понял, что ему грозит и среагировал совсем нестандартно, вместо того чтобы уклониться от боя с превосходящим противником он стал еще больше прижиматься к земле, летя практически на бреющем полёте вокруг "Шилок". Между тем, гости разделились, четверка продолжала сближаться с набором высоты, а восемь самолетов начинали пикировать на нижнюю тройку наших истребителей. Понимая что очередь немецкого истребителя может вывести из строя машины, я хотел дать приказ всем вернуться назад в капониры, но вовремя сообразил, что движение сейчас только демаскирует технику. Вызвав на связь все машины, я уточнил все ли они замаскированы и получив положительный ответ, приказал замереть и не двигаться. Лейтенант Осташев доложив о том, что замаскировался, замер и все понял, добавил, что летчика нашли, он висел на дереве и был без сознания. Его аккуратно сняли, и после того как его осмотрел дивизионный фельдшер уложили в БТРе. Фельдшер не нашел ни чего страшного, видно ударился о дерево когда приземлялся и потерял сознание. Сейчас его приводят в себя. Во избежание экцессов летчика разоружили. В кармане гимнастерки нашли документы на имя ...
- Стоп! Стоп!! Стоп!!! Лейтенант!
- Парашют сняли, чтобы не отсвечивал, БТР загнали под деревья.
- Все?
- Да!
- До связи.
За то время, что я разговаривал с лейтенантом, воздушная обстановка опять изменилась. Немецких истребителей стало на два меньше. Понимая, что зенитчиков выдвинутых ЗСУшек отвлекать нельзя, я связался с комбатом-2 капитаном Кравцовым и попросил рассказать, что он видел. Он ответил что видел все прекрасно. Восьмерка немецких истребителей парами с небольшим разрывом по времени пикировала на звено наших самолетов. Пока последняя пара пикирует, первая, вторая и третья пары успевают набрать высоту и снова начанают пикировать. Так вот твои орлы умудрились сбить последнюю пару так, что остальные этого не заметили, сейчас немцы осматриваются, видно хотят понять откуда к ним прилетело. Теперь я понял как все произошло. С верхней парой наоборот, не все было благополучно, там произошел размен один на один. Наш летчик остался один против трех, и он крутился как мог. Бой постепенно смещался на восток ближе к позициям второго взвода. Парашюты сбитых летчиков плавно спускались к земле. Нижняя шестерка не обнаружив, кто сбил их товарищей снова начала выгадывать момент для нападения. Выбрав удобный момент они уже вшестером начали пикировать на тройку наших самолетов, которая продолжала стричь винтами траву, что бы был хоть какой-то шанс выжить. Но в этот раз немцы решили выходить из пике не вверх, а в стороны, причем каждая пара в свою, не подозревая что выскакивают прямо под скорострельные автоматы "Шилок". Меньше чем за минуту с нижней шестеркой было покончено. Тройка И-16 сразу кинулась вверх на помощь своему летчику. Немцы поняв, что остались одни, дав форсаж, набрали высоту и ушли в сторону Польши. Наши сделав круг над полем боя тоже развернулись и пошли на свой аэродром.
