боковое стекло.
– Садись, довезем, – первым крикнул Витя, за что я ему благодарен. Вблизи она еще прекрасней.
Она с минуту о чем-то думала, а потом кивнув собственным мыслям, начала идти к машине с чемоданами.
Делать нечего, вышел и, забрав багаж, пошел складывать его в багажник. Да, увесисто, однако. И как-то горько, что она легко к нам села. Неужели одна из… Луна, во что я ввязался?
– Ты настолько отчаянная или глупая, что села в машину к незнакомцам? – устало спросил ее и на прекрасном личике отобразилось недоумение. Ошибся, похоже, иногда мозги у нее работают.
– Нет, просто могу логически мыслить, – невинно пожала плечами, а мне захотелось порвать на ней куртку и поцеловать их. – Хотите сказать, что интуиция меня подвела и вы маньяки, которые охотятся на молодых девушек? – этот наивно припечатывающий к стенке тон в купе с осторожностью сняли глупое наваждение. Да что же со мной не так?
– Ахахах, она мне нравится, – друг искренне засмеялся, сбивая градус напряжения между нами. – Меня Виктор зовут, а этого серьезного молодого человека, который забыл, как надо улыбаться, – Егор.
– Аня, очень приятно познакомиться, – и мило улыбнулась, зачем-то стараясь расположить его к себе.
Мне же сильно захотелось приложить друга о приборную панель, чтобы так ей не улыбался. Почему это именно у них взаимно? Ничего, что я ее решил подвести в итоге? Мог бы к чертям и дальше проехать.
– Маленькая ты еще, чтобы логически мыслить, – грубо прервал их, чтобы она наконец посмотрела на меня. Как же хочется рычать на друга, чтобы отвалил. Но он явно понял все и без этого.
– Да, и почему же? Разве вы не так же, как и я, оказались заложниками погоды? Нет? Не права? Идем дальше. Сейчас вы едете в гостиницу, не в аэропорту же ночевать и встречать Новый год? – продолжила загибать свои аккуратные пальчики, словно я нерадивый малыш, которому надо все на пальцах показывать. – Ваша одежда говорит сама за себя, к тому же. Маньяки, убийцы и так далее не столь презентабельны. Плюс у них совершенно иной взгляд, – мы встретились глазами в зеркале заднего вида, буквально на секунду я увидел в них страх. Но она стойкая, быстро взяла себя в руки и не отступила. – За пирожные спасибо, не ожидала. Если вы пожалели о своем решении подвести меня, пожалуйста, я выйду. Уже не маленькая, сама доберусь.
Все. Финиш. Завершающий аккорд. Сложила обиженно руки на груди. Снимаю шляпу. Однако ее следующее действие выбило весь воздух из легких.
– Успокойся, – рыкнул на нее, когда начала открывать дверь в гонимой на скорости машине, пусть и небольшой скорости. – Ненормальная, – как только этот кошмар закончился, заблокировал к чертям двери.
Второго раза могу не выдержать. Осталось только понять, с чего вдруг такая реакция.
Глава 6
Аня
Спустя несколько минут после моей глупой и порывистой выходки, обстановку разрядил все тот же весельчак Виктор.
– Анечка, – обратился ко мне Виктор, и его друг предупреждающе рыкнул.
Предпочла сделать вид, что не заметила этого, ведь все было слишком тихо, чтобы услышал простой человек. Это я особенная, блин.
– Ань, а как ты тут оказалась? Ты извини, что на «ты».
– Все нормально. Просто приехала на распродажу текстиля. За что и поплатилась, – грустно вздохнула и уставилась в окно.
– Очередная модница-пустышка, которая только в тряпках разбирается, – пробурчал под нос грубиян-водитель.
– Вы ошибаетесь. Я не за платьями приехала, а за текстильной продукцией, которой так славится этот город, – устало произношу в пустоту, словно говорю не для них, а для самой себя.
– А в чем разница? – спустя минуту все же услышала ответ.
– Для понимания. Я учусь на дизайнера-модельера мягких игрушек. Последний курс, и так, к слову, иду на красный диплом, – не знаю почему, но очень сильно захотелось показать ему, что я не пустышка. – Плюс закончила курсы переводчиков, знаю три языка. Были экономические курсы, юридические и маркетинга. Все закончила с отличием. Весной у меня защита диплома по основной профессии, и поэтому я здесь. Для моих игрушек я хочу использовать лучшие материалы. А кружева и ткани для костюмчиков надо брать тут, чтобы было не поддельное производство.
В салоне повисла тишина. Никто не пытался ее нарушить, и тут черт меня дернул продолжить.
– Не верите, ну и шут с вами. Вы же явно не совсем творческий человек. Не юрист, не программист. Что-то более фундаментальное. Возможно, строитель. Может быть, проектировщик, вряд ли архитектор, но не берусь исключать и этот вариант. Ну, и явно управленец. Угадала?
– Угадала. И архитектор, и проектировщик. И ты не права, я верю, что ты не пустышка. Слишком реалистично обиделась. Извини.
– Все нормально, – устало буркнула ему.
Путь был долгий, но больше разговоров никто не заводил. Егор то и дело водил носом, словно принюхиваясь, а потом фыркал, злясь. Ребята так делали, когда не могли выделить конкретный запах из целого скопа. Но в машине было мало запахов. Ни на одном из нас не было духов, машина была чистой, без ароматизаторов и запаха свежего салона. Странный он. Тишину разрушил мой телефон.
– Да, Макс. Как ты? – невероятная усталость накатила на меня, когда я решила отпустить ситуацию и отдаться воле Луны.
– Я-то нормально, ты как? Голос уставший, – как же приятно, когда о тебе заботятся.
– Все хорошо, просто устала эмоционально. Я так хотела к вам, домой. Чтобы снова праздник у камина. Папа разобьет очередную вазу пробкой от шампанского, мама на него начнет рычать, а мы бы дружно с них смеялись. Я даже новую вазу купила. Сказали, что из ударопрочного стекла, – немного рассмеялась.
– Ты думаешь, это спасет ее в следующем году? – на том конце раздался такой родной и любимый бархатистый смех, что вся усталость прошла.
– Нет, но надежда умирает последней. Ну и согласись, каждый год знаешь, что ваза будет актуальна. Ладно, это все мелочи. Мама сильно расстроилась? – нервно закусила губу.
– Да мы как бы все в одинаковом состоянии. Вишенка, ты там аккуратнее, хорошо? Все же сегодня опасная ночь, дома мы бы не боялись, а так. Мало ли. Обещай мне, что будешь в отеле. Сидеть в номере не прошу, это слишком жестоко, но не броди по территории, – обеспокоенно просит о том, что я и так бы сделала.
Я немного замедлилась с ответом, погрузившись в приятное чувство участия к жизни. Совсем немного потерпеть и я буду окутана любовью семьи. Идеально. На том конце начали обеспокоенно порыкивать.
– Все-все, заботливый мой, я, честное слово,
