слышал, что виконт Бронский преследует вас! И более того, недавно я стал свидетелем его пари на вас! Виконт бесчестный человек! Вам нужна защита, мисс Гвенилоппа! Могу я быть вашим рыцарем?
Ещё один рыцарь! Третий за день, явный перебор. И вот зачем я выбрала этот образ? Прав был некромант, он просто магнит для неприятностей.
– Не переживайте, мастер Нарт, я смогу за себя постоять. В конце концов, я же взрослая женщина, – судя по виду студента, мои слова его не убедили, тогда я продолжила ещё мягче, – но буду вам крайне признательна за защиту и… своевременное предупреждение о планах моих недоброжелателей.
Я присела в реверансе и поднявшись, одарила юношу улыбкой. Тот засиял и, наконец, исчез из поля моего зрения.
Раздались аплодисменты. Обернувшись, я увидела ехидно улыбающегося магистра Тара.
– Браво, мисс Соврикас! У меня теперь появился спортивный интерес на подсчёт ваших поклонников.
– Рада за вас, – холодно ответила я и скрылась в оранжерее, подальше от глаз этого… некроманта.
ГЛАВА 6. ДРАКИ, ПОКЛОННИКИ И КЛУБ ВЫШИВАЛЬЩИЦ
Проработав в оранжерее почти весь день, до ужина, и весьма довольная результатами, я шла в университетскую столовую. Очень хотелось кушать, а сегодня там должны были подавать суп из белых грибов на сливках, а какие дивные тосты делает местный повар!
Замечтавшись об ужине, я не заметила, как меня окружили. Виконт Бронский и его шайка. Уже шестёрка парней (как звучит: шестёрка из шестёрок) перекрыли мне все пути к отступлению и похабно ухмыляясь, надвигались на меня. Так и вижу эту картину: стая хищников окружила жертву. Главное, не сорваться, парни даже не знают, как рискуют, встав между ведьмой и её ужином.
Я остановилась и спокойно спросила:
– И что? Вот тут в коридоре на меня нападёте? И все вместе будете гнусно домогаться или по очереди?
Шестёрки остановились, жертва явно вела себя не по регламенту.
– Более простого способа вылететь из университета не придумали?
– Да что ты нам сделаешь! Простушка!
– А вы думаете, вас по головке погладят за массовое, да ещё публичное нападение на девушку? Если бы вы хотя бы скрывались, маски там, к примеру, надели… Так что теперь даже ваши отцы не смогут помочь.
Бронский решил выступить, видя замешательство в своих рядах:
– Что это вы, мисс Гвенилоппа, так о нас плохо думаете! Мы лишь вышли поприветствовать вас и напомнить о безопасности.
Он вышел из круга соратников и подошёл ближе ко мне.
– Неужели? – тут я улыбнулась. – Тогда, – шаг и я оказалась рядом с ним, парень замер.
– Встретимся после ужина в аудитории травологии, – на ушко сказала я Бронскому и моё дыхание опалило его лицо, – приходи один.
Шестёрки, хотя и не слышали ничего, застыли от этой сцены. И я спокойно упорхнула к своей главной цели: ужину.
Парнишка неуверенно стоял в дальнем конце аудитории. Было видно, как он волнуется, но при этом старается казаться надменным. Мне на секунду даже стало его жаль. Но я тут же одёрнула себя. А если бы на моём месте действительно была бы юная ассистентка? Как бы она смогла противостоять таким нападкам? У некоторых влюбленность начинает выражаться подобным антагонистичным образом, это ещё называют детским, незрелым поведением. Но на мой взгляд, это просто оправдание бесчестного поведения. Их жертве всё равно будет больно и страшно. И не важно сколько лет человеку, три или тридцать. Разница лишь в том, что того, кому три ещё можно научить достойному поведению.
Бронскому, очевидно, нравилась мисс Соврикас, но он также осознавал, что скромная ассистентка не достойна его высокого положения. Даже его простой влюблённости без дальнейших обязательств, она с её статусом не заслуживает. При этом ему было ясно, что на роль постельной игрушки благородная леди не согласится. Но за его неразделённые чувства должен был кто-то ответить, и это, конечно, мисс Соврикас. Не он же! Вот и начались преследования и оскорбления.
Я хлопнула дверью, и виконт обернулся. Его растерянный взгляд по мере моего плавного приближения постепенно обретал уверенность, а когда я подошла совсем близко, стал понимающим. Бронский, очевидно, решил, что его титул перевесил понятия о скромности и чести. Неудивительно, скорее всего весь его опыт кричал об этом.
Ну, что ж, придётся научить его чему-то новому.
Улыбнувшись, и глядя прямо в глаза молодому мужчине, я подняла руку и провела ею по его волосам, он замер, заворожённый мною. Бросок через голову мог, наверное, отрезвить его, если бы при этом я не сдавила горло виконта. Однако расширившиеся зрачки сообщили мне, что парень всё ещё в сознании.
– Ваша светлость, я попросила вас встретиться наедине, дабы не унижать вас ещё больше при всех. И не надейтесь, это вовсе не из уважения к вам, кое полностью отсутствует благодаря вашему возмутительному поведению. А исключительно из желания сохранить спокойствие в этом храме знаний. Но, если вы продолжите свои оскорбительные ухаживания, то наказание вас постигнет немедленно. Вы поняли? Если да, то кивните. Отлично, теперь-то вы поняли. И, уверяю вас, мне абсолютно всё равно на ваш титул, вашего отца и ваши деньги. Наймите хоть армию прихлебателей, наказаны будете именно вы. Вы поняли?
Виконт хрипел, но кивал. Недостаток воздуха, как это ни странно, явно стимулировал его на мыслительный процесс. Я отпустила хватку и поднялась, чисто «случайно» наступив на кисть руки «поклонника».
– И помните, виконт, если женщина живет одна, это вовсе не означает, что она беззащитна. Всё может быть совсем наоборот.
Я вышла, аккуратно прикрыв дверь аудитории. Пусть приходит в себя. Интересно, он понял, что не мог применять магию? Навряд ли, скорее спишет это на шок неожиданности. И к лучшему. Пару дней он не сможет применять магию, это его должно напугать ещё больше.
– Что вы делали в этой аудитории, мисс Соврикас? – раздался голос некроманта.
О, тёмные боги, он что, следит за мной? Только бы не зашёл туда.
– Это аудитория травологии, магистр Тар, – реверанс, – я проверяла всё ли в порядке.
