Грейс пожала худенькими плечами:
— Я была занята.
Цезарь покачал головой:
— Не понимаю, почему вы решили работать у меня, если ваша специализация явно позволяет вам занять место получше.
Грейс подняла брови:
— Честно?
— Стоит ли изменять вашему правилу, мисс Блейк?
— Я пыталась, но не смогла получить работу ни в отеле, ни в ресторане после восьми месяцев вынужденного отдыха. Моя сестра, Бет, зарабатывает недостаточно, чтобы содержать нас обеих и оплачивать все расходы, которые… Нам нужны деньги, — уточнила Грейс.
Благодаря документам Мэддока Цезарь знал о болезни ее матери, в результате которой, скорее всего, и произошло накопление неоплаченных счетов, о которых сейчас упомянула девушка.
— Полное имя вашей сестры Элизабет?
— Как вы… Ах да, проверка службы безопасности. — Грейс криво усмехнулась. — Тогда вам известны причины, по которым я вынуждена была долго не работать. Но мы всегда звали мою сестру Бет, а не Элизабет.
— Сочувствую вашей потере, — произнес Цезарь. Он также знал, что приемный отец Грейс умер четыре года назад, и единственной семьей девушки была ее сводная сестра Элизабет.
— Мы с Бет живем вдвоем, — сообщила Грейс. — Мы часто сводили друг друга с ума, когда были моложе, однако сейчас стали очень близки. Но у вас есть младшая сестра, так что вы примерно представляете, о чем я говорю.
Странно, но ее слова оказали совсем не тот эффект, на который она рассчитывала. Цезарь Наварро напрягся, на виске его вздулась жилка, а в черных глазах появилось предупреждение.
Что она опять не так сказала? Грейс вздохнула. Неужели не стоило говорить о его сестре?
— Справедливо, что я тоже узнала кое-что о вас и вашей семье, — защищаясь, произнесла она.
— Ваши сведения устарели, — отрывисто проговорил Цезарь.
— Прошу прощения? — Грейс ничего не понимала.
— Мою сестру звали Габриэла. Мы потеряли ее, когда ей было два года, мисс Блейк, — резко ответил он. — Теперь, если вы меня извините…
— О нет, — простонала Грейс, быстро подходя к Цезарю. — Мне так жаль. — Она положила руку ему на плечо. Почувствовав, как напряглось его тело, девушка отдернула руку. — С моей стороны это было бестактно. Я не имела представления… — Грейс спрятала руку за спину.
Цезарь высокомерно взглянул на нее:
— Я так и понял.
Грейс передернуло от его тона. Она не стала бы возражать, если бы земля разверзлась у нее под ногами и поглотила ее. Все что угодно, лишь бы не видеть презрения и холода, появившихся в его темных глазах.
— На будущее, мисс Блейк. Если вы захотите получить какую-либо информацию о моей семье, предлагаю обратиться непосредственно ко мне, а не искать ее на сайтах с устаревшими сведениями, — холодно посоветовал он.
Грейс кивнула с покаянным видом:
— Мне действительно очень жаль.
Девушка выглядела искренне расстроенной, и напряжение немного отпустило Цезаря. Но только немного. Напоминание о Габриэле оставалось болезненной темой, о которой избегали говорить как его родные, так и друзья.
Он был старше Габриэлы на десять лет, но с первых дней обожал свою светловолосую сестренку-егозу. Ее потеря стала для семьи большим ударом, от которого окончательно никто так и не оправился. Брак родителей в итоге продержался лишь до восемнадцатилетия Цезаря. Потом его мать вернулась в Америку, а отец остался в Аргентине. Они не разводились, и, насколько знал Цезарь, в их жизни не было любовников. Просто для них стало невозможным жить вместе после трагической потери дочери.
Цезарь сделал глубокий вдох и отошел от Грейс:
— Извините. Мне надо принять душ и переодеться к ужину.
— Конечно. — Лицо Грейс было бледным.
Цезарь немного смягчился:
— Ваза с фруктами смотрится в холле гораздо лучше, чем цветы, — скупо похвалил ее он.
— Если вы так считаете… — Девушка неуверенно улыбнулась. — И… вы не возражаете, если я воспользуюсь этой спальней?
— Не поздновато ли об этом спрашивать, раз уж вы фактически здесь поселились? — Цезарь показал на развешанную в шкафу одежду, на гору книг, высившуюся на прикроватном столике, на полупустой чемодан возле кровати.
— Я попыталась быть вежливой.
— Как я уже сказал, не поздновато ли? — Он вздернул темную бровь.
Лицо Грейс покраснело.
— Не понимаю почему, но в вашем присутствии мой язык становится как помело.
Цезарь также не понимал, почему он продолжает терпеть этот весьма серьезный недостаток мисс Блейк. Может, потому, что подобное поведение идет вразрез с беспрекословным выполнением его требований на протяжении уже бог знает скольких лет?
Правда, упоминание о Габриэле никак нельзя назвать приятным.
— Может, в будущем вы постараетесь держать язык за зубами? — предложил он.
— Конечно, — чувствуя себя неуютно, согласилась Грейс.
— Оставляю вас. Распаковывайте свои вещи, — кивнул Цезарь Наварро и вышел, направляясь в собственные апартаменты.
Грейс видела эти огромные комнаты, так как вчера Кевин распорядился привести их в порядок. Гостиная была обставлена элегантной мебелью. Ванная комната — доказательство благосостояния владельца. Там стояли огромная ванна и душевая кабина. В спальне доминирующее положение занимала кровать. Как легко ей было представить мускулистое мужское тело на этой кровати! Грейс смутилась, радуясь тому, что Цезарь не видит, как она покраснела.
Ее руку еще покалывало от прикосновения к его плечу. Девушка сжала кулак и оглядела свою куда меньшую по размерам гостевую спальню, которую она выбрала. Да уж, как неосторожно она заговорила о его сестре. Но ведь она не знала! С другой стороны, это ее не извиняет. Какая, должно быть, потеря для всей семьи! Грейс вздохнула. На том сайте, где Грейс нашла сведения о семье Цезаря, не было ни слова о смерти девочки. Возможно, потому, что ему принадлежат многие средства массовой информации. Он упомянул об этом вчера. Наверное, именно по этой причине остается закрытой информация и о его сестре, и о его личной жизни.
Как бы то ни было, заговорив о Габриэле, она в очередной раз раздосадовала мистера Наварро.
Она его постоянно раздражает, и это скоро закончится увольнением. Грейс вздохнула.
Что в общем-то не так уж плохо, принимая во внимание то, какой отклик в ее теле вызвало всего одно мимолетное прикосновение к Цезарю…
— Мистер Наварро распорядился, чтобы вы пришли в столовую, — сообщил Рафаэль, когда Грейс заканчивала готовить кофе.
Узнав, что Рафаэль является руководителем службы безопасности Цезаря, девушка сделала все возможное, чтобы растопить лед между ними, игнорируя его недовольство, болтая о том о сем в перерывах между сменой блюд. Ни одного внятного ответа она не получила, и все же Рафаэль как будто немного подобрел по сравнению с вчерашним днем.
