Сами же тренеры неохотно говорят на эту тему, считая, что в вопросах профессиональной подготовки мало кто понимает. Тем больше наше желание проникнуть в святая–святых — в хоккейную «кухню».
Сколько раз спрашивал я Эпштейна, какие тактические построения он применял в играх «Химика», по каким схемам играла команда под его водительством. Николай Семёнович в ответ на эти мои вопросы только удивленно вскидывал брови и недоуменно пожимал плечами. Вгоняя иной раз меня в краску: дескать, что за несуразицу ты спрашиваешь. Я настаивал, утверждая, что есть какие–то общие принципы игры, есть и нюансы, особенности, есть и тактика. Недаром же в конце концов в шестидесятых годах на страницах газет велась оживленная полемика между Эпштейном и Тарасовым по поводу принципов игры «Химика». Нападающей стороной тут был азартный и вспыльчивый наставник ЦСКА, упрекавший старшего тренера «Химика» в отступничестве от принципов наступательного советского стиля игры. Та полемика втянула в свой водоворот многих видных специалистов и, берусь утверждать, была весьма полезна нашему отечественному хоккею.
— Ну, Николай Семёнович, — иной раз канючил я, как самый обыкновенный пацан, — ну расскажите же. Что вы, в самом деле…
— Да что, что тебе рассказать–то, что?! — взрывался Эпштейн.
— Ну, как вы игру ставили, какие схемы использовали, какие давали установки на игру?
— Ха, схемы, — язвительно подсмеивался Николай Семёнович, — схеееемы!!! Я тебе так скажу: когда мы с ЦСКА играли, то я ребятам никаких и слов–то не говорил. Для них самих ЦСКА таким был раздражителем, что их ни в чем убеждать не надо было. Сами, бывало, обо всем договорятся и понукать никого не надо. За счет этого и удавалось играть на равных с ЦСКА…
— …Однажды, — вспоминал с улыбкой Семёныч, — подходит ко мне перед игрой Тарасов, обнимает за плечо и ласково так говорит: «Колюня, а у тебя защита–то слабая. Надо тебе в атаку пускать людей, чаще нападать». Ну, думаю, гусь ты, Анатолий Владимирович. Хитер–монтер. Я в атаку брошусь, а ты меня со своими орлами разнесешь в пух и прах. Кто же устоит перед такими армейскими нападающими, у пего ж там вся сборная, по сути, играет? Нет, — соображаю про себя, — я в атаку–то пойду, но только когда в тылах будет порядок. И не иначе.
Сейчас, в начале нового века, та полемика воспринимается по меньшей мере странно. Слыхивал я от многих хоккейных спецов, от самих бывших хоккеистов, что игра «Химика» начала — середины 60‑х годов была во благо отечественному хоккею, ибо именно на неуступчивой подмосковной команде могли наши лучшие клубы того времени — ЦСКА, «Спартак», «Динамо» — учиться взламывать оборонительные редуты, воздвигавшиеся у своих ворот шведами и чехами. Говорили мне умудренные хоккейные личности, что Эпштейн со своим «Химиком» опередил в тактическом плане и шведов, и чехов, а уж игроков–то хороших в Воскресенске, где каждый мальчишка спал и видел себя в форме «Химика», можно было найти под его тактические «задумки». Да и то сказать, ведь обыгрывал «Химик» на выезде, участвуя в различных предновогодних европейских турнирах, лучшие шведские и чешские клубы, и кубки брал. Полярный кубок, Кубок Ахерна.
Стало быть, думал, крепко думал Николай Семёнович, работая с командой, следил за развитием хоккея, наблюдал, читал специальную литературу, оценивал, сопоставлял, делал выводы. И «лепил» свой «Химик» таким, каким он ему виделся.
И все же никак не мог я расположить тренера на откровенный разговор по поводу премудростей хоккейной «кухни». Но попался мне как–то в руки среди тренерских старых бумаг, к коим был я допущен любезно самим Эпштейном, один неказистого вида темно–зеленый блокнотик с пометками и записями, сделанными тренерской рукой на отдельных листочках. Кое–что мне эти заметки приоткрыли в тренерской работе. Тем более, что носили они не характер размышлений па отвлеченные темы, а делались по итогам игр «Химика» с другими командами и являли собой некие мини–отчеты. И даже содержали сентенции, достойные того, чтобы стать своего рода хоккейными «заповедями».
Ну, например, вот такая мысль: «Нельзя делать ставку на людей равнодушных или слабых духом. Только целеустремленные и по–хорошему честолюбивые спортсмены нужны нашей команде, потому что для них никакой труд не в тягость, потому что они не считают, что приносят непосильные жертвы, усердно тренируясь и соблюдая режим».
Разве хоть один тренер, да что там тренер — хоть один здравомыслящий человек — не подпишется под этими святыми словами?! Записал их Семёныч на листочке 7 мая 1972 года в Ташкенте, где в то время на сборах находилась подмосковная команда.
С удовольствием читал я эти эпштейновские листки–памятки, на которых не гнушался тренер фиксировать мысли и других выдающихся спортивных личностей. Мысли, которые совпадали с его собственным мироощущением и пониманием сути дела.
«Ничто не заменит тяжелой работы. Играйте и тренируйтесь, играйте и работайте. Тренируйтесь в любую свободную минуту».
Как, читатель, имел право на такую сентенцию Гордон Бенкс, знаменитый голкипер знаменитой сборной Англии 60–70‑х годов? Безусловно имел, ибо поражал Бенкс всех любителей футбола своей внешне неброской, но чрезвычайно надежной игрой в воротах. И отыграл за национальную сборную Англии множество матчей, что явилось наглядным свидетельством спортивного долголетия знаменитого англичанина. Теперь–то, после знакомства с этой цитатой, понятно, на чем оно зиждилось!
«Через постоянные усилия я обострил свою реакцию, ускорил свои рефлексы. Никакие беседы самого великого тренера не помогут вам стать вратарем, а только постоянные изнуряющие тренировки» — это тоже Бенкс. И чем не подходит такая формула для хоккейного вратаря? Не говоря уж о следующей:
«Не 90 минут физических усилий выматывают вратаря, а колоссальная трата нервной энергии, иначе вратари не знали бы усталости».
И наконец, фраза, в которой выражена вся спортивная, а быть может, и жизненная философия великого английского голкипера:
«Главное — безопасность и надежность.».
Вот с помощью каких мудрых мыслей поднимал боевой дух своих воспитанников Семёныч. И ведь действовало, судя по результатам, доходило. Ну а как может не дойти до сердца такая фраза знаменитого венгра Ласло Паппа, трехкратного олимпийского чемпиона по боксу:
«Победе надо отдавать все силы и на тренировке, и на ринге. Отдавать неделями, месяцами. Перед каждым турниром». Или:
«Нужно быть предельно сосредоточенным, чтобы выбрать удобный момент для атаки. Нужно настойчиво искать этот момент и стараться найти его прежде, чем найдет его противник».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
