Я сидел, прислонившись спиной к изрубленной в хлам стене, с которой, как и с меня временами капали куски слизи и облетал пепел с подпалин и даже не пытаясь остановить льющиеся потоком слезы и сопли. Правда один глаз, рассеченный каким-то уродом, не функционировал, но и второго было достаточно, чтобы среди подсыхающей крови и ошметков тел, натекла их целая лужа. Я еще раз попытался осмотреть себя затуманенным слезами взглядом, но и взгляда на одни только руки хватало, чтобы понять, что бывает и в гроб краше кладут. Правой не было по локоть, сломанные кости предплечья остались в глазнице последней, все еще конвульсивно подрагивающей твари. Левая превратилась в месиво раздробленных костей и размозженного в кашу мяса. Остальные части организма, пострадали не на много меньше, и, если бы не все еще частично работающий эликсир, дающий блокировку болевых ощущений, я бы уже скопытился, отправившись на перерождение.
— Греметь мне вечность якорями! Вот это побоище! Босс, а ты, не смотря на свой неказистый вид, невероятно крут, ты и с кракеном бы, наверное, в одиночку смог бы справиться!
— Кракен за мной на поводочке ползает, — с трудом разлепив не двигающиеся губы, невнятно пробормотал я, — Рэк, кажется у нас проблемы.
— Проблемы? Неужто сок сахарного тростника перестал сбраживаться, превращаясь в нектар богов и нам предстоит умереть от жажды, подобно каким-нибудь сухопутным крысам?
Что-то коснулось моих разбитых губ, и в глотку потекла огненная жидкость, буквально растворяя мои внутренности, но даря при этом приятное тепло. Жидкость заставила меня засипеть и закашляться, при этом слегка отогнав накатывающуюся на меня черноту.
— Э-э? Нет… вот — не в силах ничего объяснять, я поднял две своих культи.
— А, это что ли, так это просто царапина, сейчас подправим. Эй, Кимушка, подь сюда, босса подлатать надо.
В дверь влетел облаченный в мешковину полосатый красно-оранжевый шар, и не останавливаясь заскакал по всему залу, ловко перескакивая то с трупа на труп, то с потолка на груду изрубленных картин:
— Большой босс, чтосделатькогоубить?
— Убить? А это очень хорошая идея, надо в лаборатории найти двух прыщавых подростков и засунуть их дурные головы в чан с кислотой, до полного растворения.
Вряд ли последнюю фразу я высказал вслух, ибо был занят заваливанием на бок и погружением в чернильную тьму, из которой на меня смотрело изуродованное женское лицо, однако последнее у меня не получилось. Подергивающаяся недобитая тварь в последний раз вздрогнула и затихла, а меня окатила ласковая, теплая волна полного излечения.
Внимание! Вы прошли личное испытание ареной!
Пройдено максимальное количество волн — 10.
Награда: усиление всех боевых качеств членов клана на (5 %*10) 50 % в пределах 300 метров от центра галеона «Голова мертвой королевы».
Поздравляем! Вы прошли пятое испытание.
Полнота прохождения: 1000 %.
Открытый потенциал галеона «Голова мертвой королевы» 62 % (базовое за пятое испытание — 3 %).
Внимание! Опыт в этом испытании делится только на участников испытания.
Получен новый уровень (12).
Уровень 209.
Вы полностью вылечены.
Вы достигли двухсотого уровня.
Все показатели вашего персонажа увеличиваются в 1,5 раза.
Проводится обработка информации.
Хорошо, что я в этот момент уже лежал, а то не избежать мне шишки на лбу, такая слабость на меня накатила в этот момент. Длилась она недолго и прекратилась с рождением очередной простыни логов.
Внимание! Был проанализирован ваш игровой путь.
Получено:
Снижение болевых ощущений во время боя на 86 %.
Защита от воздействия:
Кислот — 99,9 %.
Магии холода — 24,6 %.
Магии огня — 16 %.
Магии воздуха — 15,4 %.
Магии земли — 15,2 %.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ядов — 11,2 %.
Ментальной магии — 47 %.
Атака феромонами — 14 %.
Сопротивление физическому урону — 26 %…
Список продолжался и продолжался, перечисляя те резисты, полученные мной за эти почти два года, полтора из которых я провел не спеша перевариваясь в желудке мирового червя, а я задержался на первой строчке, повествующей о том, что постоянная пытка полных болевых ощущений, когда каждый удар или укус сопровождается едва терпимой болью, наконец, закончена.
Я хрипло выдохнул, поднимаясь на ноги.
— Рэквет, Кимуш, идите сюда, у нас впереди еще много дел.
Глава 6
Я стоял около выбитой двери, в раздумье поглядывая то в один коридор, то в другой. Не зная на что решиться, подстегнул вялую мыслительную деятельность, почесав голову острием глефы. Пучок срезанных с затылка волос, упавший рядом со мной на пол, заставил меня выйти из временного паралича и недовольно скривиться: хотя поверженные мной противники и исчезли без следа, но запашок от глефы явно напоминал, где еще недавно она находилась. А может мне это просто кажется? После окончания действия чудовищного эликсира я был жутко заторможенным, да и с органами чувств творилась какая-то ерунда: то один из них временно отключался, то включался вновь, работая с удесятеренной силой. Я еще раз вздохнул, и в какой уже раз посмотрел во все стороны, будто ожидал, что мне явится какой-нибудь знак и я пойму, что мне делать дальше. Как ни странно, это сработало, знак явился. Выглядел он как выкатившаяся из-за угла оторванная голова какой-то рогатой скотины, за которой, жутко завывая и вопя, показалась свора пузатых боевых гоблинов. Вообще-то, как я узнал от Рэквета, это были багбиры, более злобная версия гоблинов, приспособленная к морским переходам. Несясь по полу, отскакивая от стен и потолков, они мчались за оторванной головой, явно намереваясь сыграть ею в футбол. Никакого желания становиться вратарем у меня не было, поэтому пришлось собрать все силы и грозно рявкнуть:
— Стоять! Стройсь!
Сомневаюсь, что скомандовал правильно, однако это сработало. Чокнутая команда перестала гнаться за головой и, суетясь и запинаясь друг об друга, начала выстраиваться у стенки в одну линию. Некоторые построились лицом к стене, что ясно поведало мне об умственных способностях команды, однако командовать идиотами мне не привыкать, зато у этих было столько энергии, что ни одному зайцу с вставленной батарейкой энерджайзера и не снилось. Они прямо-таки дрожали от разрывающей их дурной энергии, и ее надо было пустить в нужное русло. Этому должен поспособствовать боцман, который, не смотря на свою деревянную ногу, как-то умудрялся не отставать от этой бешенной своры, направляя вектор ее движения в нужную сторону.
— Боцман! Постройте свою банду и донесите до них мою команду, а команда будет такой… — я опять задумался, вознамерившись почесать голову глефой, но там и так уже была довольно заметная проплешина и я передумал, — команда будет, найти и привести сюда двоих охреневших торчков: Старски и Хатча.
— Босс… тут такое дело… я слышал ты их того, головой в кислоту хочешь…
Рэквет доковылял до меня, глотнул из поясной фляжки и протянул ее мне.
— Не надо их того, этого… не знаю, что они тебе сделали, но они наши создатели, мы не можем их убить.
— Во-первых, это я вас создал…
— Да, конечно, но это были пустые оболочки, а сутью наполнили нас они.
— А, во-вторых, — будто не слыша слов боцмана, продолжил я, — убивать я их уже передумал, на данный момент ограничимся принудительной кастрацией, а там посмотрим.
Рэквет резко побледнел, замахав на меня руками:
— Не, не, не, тогда уж лучше смерть, только уж ты тогда сам, своей рукой их того, только не мучай сильно.
