— Смотрите, сейчас кинут! — прервал мои размышления Бахут.
И правда, все приготовления закончены, и сейчас вожаку не поздоровится. От высших оторвалось серое облачко и неспешно полетело к монстру, медленно набирая скорость. Зверь, тоже заметивший необычное явление, прекратил метаться и обстреливать верткие мишени, уставившись на летящее к нему заклинание, после чего на пробу плюнул. Струя, достигнув цели, просто исчезла, а облачко продолжило свой полет. Осознав грозящую ему опасность, монстр отбежал в сторону, пытаясь просто уйти с направления движения заклинания, но с перемещением цели изменилась и сама линия полета облачка. Тогда вожак прекратил метания и остановился, при этом широко открыв пасть. С нашей стороны было хорошо видно, как в глубине огромной пасти стал образовываться ком темноты, очень похожий на темный покров, прикрывавший стаю, когда они только появились. Достигнув размера пасти, темный ком был выплюнут навстречу «праху смерти». Очевидно, эта субстанция блокировала магические потоки и создавала зону безмагии, делая невозможным поражение цели слабомощными атаками. Правда, это не помогло против «кольца искажения». Так же получилось и в этот раз — заклинание, наткнувшись на комок, задержалось всего на пару мгновений, после чего продолжило свои неторопливый полет к монстру. Зверь между тем не терял времени зря. Предыдущее действие было всего лишь попыткой выиграть время на создание собственной защиты — изо рта вожака клубами повалила тьма, окутывая всего его плотным коконом и создавая непроницаемое облако, в котором уже нельзя было различить даже контуры тела.
Судя по всему, вначале на то, чтобы укрыть всю стаю, у вожака просто не хватало энергии, и он растягивал защиту на всех, в ущерб ее качеству, сейчас же все силы брошены на собственную защиту, которая, вполне возможно, сможет посоперничать с «прахом смерти», почти настигшим жертву. На расстоянии нескольких шагов от кокона тьмы, серое облачко резко увеличилось в размерах и буквально заглотило его целиком.
Мы, как и все окружающие, напряженно застыли в ожидании. По серому облаку пробегали волны, показывающие, что зверь активно сопротивляется смертоносному заклинанию. Спустя несколько секунд воздух разорвал полный отчаяния и обреченности, жуткий вой, постепенно переходящий в визг. Заклинание начало медленно сжиматься, и терзающий наш слух звук, истончившись, почти сразу пропал, а спустя минуту на том месте, где был вожак, осталась только голая земля с большим черным пятном.
— Фух, я уж думал, что и это не сработает, — выдохнул Бахут, пошевелившись.
— Тоже мне — ты думал! С той силищей, которую закачали в заклинание высшие, можно было прикончить десяток таких гадов, а ты тут волнуешься насчет одного, — укоризненно протянул Лан.
— Ну, положим, с десятком ты загнул, но что пару таких завалит, это точно, — отозвался Равлис, оглядывая поле боя с валявшимися на нем тушами.
— Раз все закончилось, то давайте пойдем к нашему монстру, хоть рога у него спилим, что ли, — предложил я, — они просто светятся от силы, в них вложенной.
— Я тоже это заметил, — присоединился ко мне Харус, — причем больше всего силы в самом маленьком из них, который между двумя большими.
Мы развернулись и пошли к туше монстра, лежащей неподалеку от нас. И в самом деле, Харус правильно заметил, на голове было всего пять рогов, два самых больших находились на лбу (если это вообще можно назвать лбом) и были направлены прямо вперед, два поменьше торчали немного вбок и были расположены повыше, а самый маленький пристроился между этими четырьмя и излучал больше магии, чем другие.
— Артазэль, попробуй срубить рога своим оружием, — предложил Равлис, — может, с помощью духа это будет легче, а то мы тут застрянем надолго.
Я пожал плечами и достал из ножен кинжал, мгновенно преобразовал его в секиру и направился к голове. Пожалуй, я сначала срублю верхние рога по одному, а затем и все остальные. Хорошо размахнувшись, я опустил оружие на основание ближайшего рога и чуть не упал от неожиданности — секира прошла сквозь кость, не ощутив ни малейшего сопротивления, а на месте рога оказался идеально ровный срез.
— Смотри-ка, либо дух обладает огромной силой, либо после смерти зверя кость теряет свои свойства, — предположил Лан.
— Да нет, не похоже, чтоб потерялись, — сказал Бахут, пытаясь точно так же отсечь другой рог, — я так не могу, может, это потому, что дух в оружии рубит собственную плоть?
— Очень может быть, — задумчиво проговорил Лан, глядя на мою секиру, — ладно, давай отсекай все и пошли к вратам.
Это не заняло много времени, и вскоре у нас оказалось пять отрубленных рогов.
— Ну, самый лучший рог получает Артазэль, заваливший этого гада, — предложил Лан, обводя нашу четверку взглядом, на что все кивнули, а я лишь пожал плечами. — Тогда решено, а остальные берут оставшиеся.
С этими словами он кинул мне рог, длиной с мою руку, а другие разобрали напарники, и мы, не торопясь, направились в сторону врат, куда стягивались все ангелы, кто с трофеем, а кто и без.
Пока мы шли, обсуждали, что можно сделать с рогами, обладающими огромным запасом силы.
— Во-первых, это не обычная кость, а кость создания, не принадлежащего нашему миру, — взялся просвещать нас Лан, как наиболее сведущий в создании артефактов. — Во-вторых, резерв магических вещей, сделанных из этой кости, будет больше, чем таких же, но из кости существ этого мира, пусть даже и драконов. В-третьих, создавать артефакты легче в высшей сфере, чем в срединном мире, так как сама материя здесь не подчиняется строгим законам, а процесс создания намного легче и не требует таких уж огромных затрат маны. В-четвертых, концентрация магических потоков в Городе гораздо выше, чем в других местах за счет купола, препятствующего рассеиванию маны, а это тоже влияет на уровень могущества создаваемого предмета. Ну и последнее — у Артазэля есть дух, который намного легче поместить в его собственное мертвое тело, чем пытаться поглотить при столь неравных силах. Все это вместе дает возможность создать наполовину разумный артефакт, подчиняющийся и защищающий только своего создателя.
— Неплохо, у нас как раз скоро должны быть занятия по созданию магических предметов, — обрадовался Бахут.
Подойдя к вратам, мы направились к нашему командиру, который о чем-то разговаривал с силами. Заметив нас, он попрощался с собеседниками и подлетел к нашей группе.
— Ну, молодцы! — похвалил Нирамис нас. — Не ожидал, что кто-то сможет прикончить монстра без единой потери, вы единственные такие!
— Нам просто повезло, что Артазэль попал в жизненно важную точку монстра, — сказал Лан, — иначе нам бы не поздоровилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
