Сильные руки обхватывают меня и сжимают в стальных страстных тисках. Дэймон впечатывает меня в захлопнувшуюся дверь, его губы находят мои, каждое его движение исполнено диким напором. Руки скользят по моей обнаженной спине, пальцы ласкают горящую кожу. Мне его мало! Я хочу большего! Безрассудство это или нет, все потом. Вся жизнь и весь остальной мир — потом. Мы должны насытиться друг другом сполна! Прямо сейчас!
Слова не нужны. Быстрым порывистым движением он спускает верх моего платья вниз. Пока его грубые поцелуи касаются моих плеч, ключиц, руки пытаются разделаться с молнией. К черту все! Подаюсь ему навстречу, выгибая поясницу. Дэймон рычит в ответ, и я слышу треск рвущегося атласа. Платье волнами падает вниз. На секунду окунаюсь в его черные глаза, настолько глубокие и затуманенные слепым желанием, что не могу различить зрачков. Пока он торопливо снимает свою рубашку, я вожусь с его ремнем на брюках. Пальцы дрожат и не слушаются, так сильно я спешу заполучить его. Наконец, бляшка звякает, и штаны тоже летят вниз. Наши губы не отрываются друг от друга, воздуха не хватает, но лучше задохнуться, чем хоть на мгновение оторваться.
— Моя! — рычит Дэймон, или мне это просто кажется. Он подхватывает меня под зад и сажает себе на пояс. Чувствую его член, упирающийся мне в промежность. Секунда — и мы на кровати. Дэймон вдавливает меня в матрас всем своим весом. Мои пальцы повторяют контуры его рельефных мышц, когда я обнимаю его широкую спину. У нас нет ни терпения, ни желания предаваться ласкам, я ощущаю почти физическую боль от потребности в нем. Двигаю бедрами навстречу, заставляя Дэймона ускориться. Он знает, что я уже готова, борется с собой, но его терпение тоже изменяет ему. Он спускает боксеры и я замираю в предвкушении. Дэймон шумно втягивает ртом воздух, сгибает мою ногу и одним быстрым движением входит в меня. Ахаю от забытого ощущения наполненности внутри. Его член двигается рывками, не давая мне ни секунды привыкнуть к нему. Рэй стискивает пальцами мое бедро, другой рукой придерживает лицо, не позволяя отвернуться. В то время, как его язык терзает мой рот требовательными поцелуями, член продолжает вбиваться все глубже и мощнее. Я ловлю его ритм, но то, с каким безжалостным напором он обрушивает на меня свою страсть, делает мои попытки беспомощными. Понимая это, перестаю пытаться сдерживать его движения. Запрокидываю голову, отдавая себя и свое тело полностью в его власть, громко стону. Это распаляет Дэймона еще больше. Он ускоряется, берет меня снова и снова, выходит и наполняет с еще большим исступлением. Я не могу думать ни о чем, кроме нашей близости. Единственное, что звучит в моей голове — это его жаркое дыхание и осознание, что он трахает меня! Трахает со всей грубостью, на которую способен. И я сама хочу этого! Больше всего на свете! Более того, я подначиваю его на это, своим полным повиновением. Горячие приливы окончательно мутят рассудок. Я кричу, приближаясь к финалу, и Дэймон убыстряет движения. Каждый удар, каждый стон уносит меня все дальше от реальности.
— Ах! — я выгибаюсь всем телом ему навстречу, взрываясь оргазмом. Дэймон подтягивает мои бедра выше, несколько последних рывков и он кончает следом. Ощущаю его горячие потоки внутри себя. Был ли он верен мне все это врем?… Боже, все это потом, сейчас я просто не могу собрать себя в одно целое. Обмякаю, и тут же Дэймон сгребает меня в свои крепкие объятия. Мы лежим рядом, пытаясь отдышаться. Мы оба не произносим ни слова. Не хочу открывать глаза, пусть этот момент продлится вечно. Дэймон прижимается губами к моему лбу. Его дыхание становится ровнее, хоть сердце все еще учащенно бьется в груди. Прислушиваюсь к этим до боли родным звукам… Стук звонкий и равномерный, он уносит меня в спокойный, полный умиротворения сон.
Глава 9
Открываю глаза. На улице уже сереет от предрассветных сумерек. Дэймон еще спит. Он лежит на животе, широко раскинув руки в стороны. Одна крепко обвивает меня за талию. Осторожно, чтобы не разбудить его, выскальзываю из его объятий и иду в душ. Мышцы во всем теле отзываются приятной слабостью, ноги словно ватные, и слегка дрожат. Забираюсь под горячие струи воды и закрываю глаза. Совершенно ни о чем не хочу думать. Сладкое послевкусие этой ночи заставляет меня отсрочивать самобичевание.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я понимаю, что стоит только ночи уступить права дню, все проблемы, все то, о чем мы молчали, позволяя сегодня себе любить друг друга, вылезут наружу, и с удвоенной силой обрушатся сверху. На меня, на Дэймона, на нас обоих.
Меня отвлекает резкий звонок телефона.
— Черт! — быстро выключаю воду, заворачиваюсь в полотенце и беру трубку. На том конце провода радостный щебет Саши.
— С добрым утром, соня! Мы уже 10 минут стоим на пороге. У нас по графику субботний чай! Открывай давай!
— Саша, стой, подожди!! — но все мои слова улетают в некуда. В трубке раздаются размеренные гудки. Какого черта! Бестактности этой девушки нет предела. А я не восприняла тогда предупреждение Глеба всерьез. Оказывается, он не шутил о чрезмерной «общительности» своей девушки. Не могу сдержать мучительный стон. Что делать? В моей постели по-прежнему Дэймон. Нет времени долго думать. Набрасываю тонкий шелковый халат, поправляю волосы и выскальзываю из ванной комнаты. Кто бы сомневался! На всю квартиру раздается монотонный стук в дверь. Быстро бросаю взгляд на пустую кровать. Где Дэймон? Черт! Черт! Черт! Почему я чувствую себя будто девчонка, застуканная неожиданным приездом родителей за чем-то непристойным. В конце концов, я у себя дома! Еще раз окидываю взглядом комнату. Дэймон словно сквозь землю провалился! Значит, он ушел… что ж, может оно и к лучшему. Определенно. Быстро отпираю дверь. Саша подобно урагану бросается мне на шею. Она прыгает на пороге, оглушая нас с Глебом восторженным писком.
— Доброе утро!! Привет привет привет! Ну почему так долго? Уже 10, разве можно так бессовестно и бездарно тратить время! На сон… пфф, ничего кошмарнее не придумаешь!
Глеб сконфуженно стоит чуть позади Саши. В его глазах читается явная мольба о прощении
— Мия, я правда ничего не мог поделать! Она порывалась заявиться к тебе ночью, но все же я уговорил ее дождаться до утра.
Я по-прежнему стою в дверях, окончательно сбитая с толку.
— Посреди ночи? Зачем?
Саша взвизгивает еще громче и протягивает мне руку, на безымянном пальце которой красуется обручальное кольцо с поблескивающим камешком в круглой оправе
— Ооо! — округляю глаза. До меня доходит с чем связано ее перевозбуждённое состояние
— Да, да! Я, наконец, получила официальное предложение руки и сердца! Разве это не прекрасно?!
— Весьма! — я вздрагиваю от голоса за своей спиной. Однако судя по лицам Глеба и Саши, они шокированы куда больше меня. Дэймон обнимает меня за талию и властно притягивает к себе. Замечаю, что на нем лишь брюки, он обнажен по пояс. Мне хочется стереть его самодовольную ухмылку, но я не хочу устраивать сцену перед новоиспеченными женихом и невестой.
Саша первая выходит из оцепенения
— Так ты не одна! Как неловко… Почему ты не сказала!! — она понижает голос до шепота, но выглядит это немого забавно, так как все прекрасно ее слышат.
— Если бы ты дослушала меня, а не отключала телефон раньше времени, то ничего подобного бы не произошло, — отвечаю я.
— Ну и раз вы здесь, не вижу смысла оставаться дальше на пороге. Надо отпраздновать вашу помолвку, — неожиданно говорит Дэймон, и я ошарашенно оборачиваюсь на него. Мне это послышалось? Кто этот человек? Что стало с вечно серьезным и мрачным мистером Рэем?
Такое же недоверие и у остальных. Замечаю, как бледнеет лицо Глеба. До этого момента я не особо обращала на него внимания. Ну конечно! Он наверняка узнал своего босса. Дэймон же говорил про обстоятельства, которые вынудили его вернуться в Сити.
Я мягко высвобождаюсь из рук Дэймона и открываю дверь шире. Утро обещает быть интересным.
— Проходите, — говорю я, но Глеб протестующе машет рукой
