Читаем без скачивания Бруклинский музей Нью-Йорк - А. Майкапар

Бруклинская картина — одно из поздних произведений рано ушедшего из жизни мастера. В определенном смысле полотно стоит особняком в его творческом наследии: оно написано, скорее, в духе классицизма (вызывает ассоциацию с работами Клода Лоррена), нежели в монументально-романтическом стиле, который господствовал в объединении. Общее настроение произведения более спокойное и идилличное.

Лилли Мартин Спенсер приобрела популярность в середине XIX века благодаря своим холстам на забавные кухонные сюжеты, подобные этому, написанному по заказу Космополитической художественной ассоциации, целью которой было поощрять искусство женщин для женщин.

Стоящая среди обилия фруктов в хорошо обставленном буржуазном интерьере девушка, изображенная на этом полотне, отвлекается от своей работы и обращает взгляд на невидимого нарушителя ее спокойствия. Она готова флиртовать, и, если иметь в виду название картины, тот, кто решится ее поцеловать, отведает сладость патоки. Однако остается неясным, каков смысл слов «Поцелуй меня…». С одной стороны, героиня занята обычным женским делом, общепринятым в добропорядочную Викторианскую эпоху, с другой, ведет себя смело. Примечательно, что сама художница испытала подобные противоречия в собственной жизни: выросшая в прогрессивной семье, она поддерживала мужа и большое семейство своими картинами, изображающими дам в пикантной ситуации. Глядя на эту работу, нельзя не вспомнить схожие, а порой и более откровенные сюжеты малых голландцев: такое же богатство натюрморта, традиционная для мастеров XVII века перспектива дальних комнат, полукруглое обрамление сцены.

Рано (в возрасте 39 лет) умерший американский художник Луи Реми Миньо приобрел известность в первую очередь видами величественной отечественной природы. Его впечатляющие грандиозностью пейзажи созданы в стиле и эстетике Школы реки Гудзон.

На протяжении XIX столетия Ниагарский водопад был самым популярным и узнаваемым визуальным символом Америки. Ни один другой вид или пейзаж не вызывал столь прочной ассоциации с США, как этот неукротимый шквал воды. Его использовали, чтобы посредством впечатления от величественной природы внушить мысль о могущественности американцев. Луи Реми Миньо написал эту внушительную панораму, приехав в Лондон, спасаясь от невзгод гражданской войны на родине. Собираясь эмигрировать (1862), он сделал ряд набросков и этюдов с видом водопада, уже тогда задумав показать англичанам впечатляющие виды этого природного чуда.

В сущности, под названием «Ниагарский водопад» подразумевается комплекс из трех водопадов на реке Ниагара, отделяющей американский штат Нью-Йорк от канадской провинции Онтарио. Это водопад «Подкова», иногда называемый Канадским водопадом, Американский водопад и водопад «Фата». Миньо на своей картине изобразил самый грандиозный водопад — «Подкову». Если верить композиции картины, художник писал бурлящий поток, находясь в опасной близости от него. С поразительным мастерством творец передал силу необузданной стихии (в те времена на водопаде не находилось никаких гидросооружений, это была дикая природа).

Известно несколько картин, запечатлевших данное чудо природы, одна из них принадлежит кисти русского живописца И. К. Айвазовского («Ниагарский водопад», 1893, Картинная галерея имени И. К Айвазовского, Феодосия).

Американский живописец Джон Джордж Браун — по происхождению англичанин, родился в городе Дарем. Он учился в Королевской шотландской Академии в Эдинбурге, где в 1853 получил медаль. После переезда в Нью-Йорк в том же году Браун продолжил образование в Школе Национальной академии дизайна, членом которой стал спустя десять лет. Успешную карьеру Браун начал приблизительно в 1860. В своем творчестве он ограничился представлением уличной жизни детей, например, изображал чистильщиков сапог или разносчиков газет.

Работы художника оказались особенно популярны после гражданской войны. Игра в войну была одной из тем зарисовок детской жизни Брауна. Бруклинская картина — в числе таких сценок. Брауну часто позировали беспризорники, а он, отнюдь не являясь богатым человеком, платил им и кормил их. Дети отвечали ему взаимностью: мастер вспоминал, что кто-то из них считал для себя за счастье прибежать в студию раньше него, чтобы успеть приготовить палитру. Браун часто писал одних и тех же детей. Тома Сойера, которого Марк Твен сотворил почти одновременно с данной картиной (1876), можно считать литературным эквивалентом образов живописца.

В Бруклинском музее хранится 53 произведения Джона Сингера Сарджента: картины, этюды, рисунки, наброски. Из биографии художника известно, что значительную часть жизни он провел в Париже и, конечно, впитал французскую культуру, наслаждаясь национальной живописью. Как свидетельствует наследие мастера, он ассимилировал не только идеи и стиль французских импрессионистов, что не нуждается в доказательствах, но и искусство более ранних эпох, а именно рококо. Последнее не столь очевидно, но данная картина это вполне доказывает. Глядя на нее, на ум невольно приходят образы Фрагонара, Ватто и, прежде всего, Буше. Малыш в центре, играющий на авлосе (двойная флейта), — намек к тому же на античность, золотые времена в сознании всех европейцев. Но если образы полотна навевают мысли о давно минувших днях, то манера письма свидетельствует о влиянии импрессионистов. В целом картина кажется этюдом для какой-то задуманной, но, по-видимому, не исполненной художником композиции.

Современник американского художника Уильяма Майкла Харнетта, его друг и первый биограф Е. Тэйлор Сноу сообщает, что тот родился в небольшом ирландском городке Клонакилти и еще в раннем детстве вместе с семьей эмигрировал в Америку. Здесь он получил образование в пенсильванской Академии изящных искусств, а также в Национальной академии дизайна. После завершения курса обучения, в 1880, живописец отправился в Европу. Некоторое время он провел в Лондоне, затем в Париже и Франкфурте и, наконец, почти на пять лет обосновался в Мюнхене, где активизировал свою деятельность. Именно в это время Харнетт начал собирать свою собственную коллекцию старинных предметов, в частности книг, а также музыкальных инструментов. В Соединенные Штаты он вернулся в 1885 и прожил в Нью-Йорке до конца жизни, будучи весьма известным. После смерти художника его имя долгие годы было в тени, и только в конце 1930-х интерес к нему возродился.

Две темы особенно привлекали Харнетта, создававшего, как их принято называть, «обманки» (с французского «trompe 1'oile» — «обман зрения») — атрибуты музыки и табакокурения. Художник изображал совершенно реальные предметы, легко узнававшиеся современниками, причем взятые из повседневной жизни американцев. Так, на бруклинской картине уже в названии упоминается знаменитый во времена мастера бренд «Три башни» — табак, упакованный в круглые коробочки. Логотипом фирмы было изображение трех башенок, наподобие старинных гербов с тремя турами (как шахматная фигура). Тубы стали популярны, потому что табачный лист в них хорошо сохранялся, до этого его упаковывали в бумажные пакетики, которые быстро рвались.

Другие предметы натюрморта тоже написаны очень реалистично, если не сказать, натуралистично. Часто на полотнах Харнетта можно прочитать даже мелкий текст газеты или книги, а по встречающимся нотам можно исполнить мелодию. Восхищают живописное мастерство и филигранность в передаче деталей. Невольно напрашивается сравнение с натюрмортами малых голландцев (XVII век).

Северин Розен — американский художник, получивший известность благодаря натюрмортам с цветами и фруктами.

В середине XIX века в США с ростом буржуазии стали пользоваться популярностью «респектабельные» жанры искусства. Богатые заказчики хотели иметь в своих домах предметы роскоши, в их числе — картины, причем именно такие, которые были бы уместны в гостиной, спальне, столовой. Для последней наилучшим образом подходили натюрморты со снедью и фруктами. На всякий спрос находится предложение. Розен смог его удовлетворить. Он стал специализироваться на натюрмортах в стиле малых голландцев, разработавших многие типы этого жанра.