Читаем без скачивания Усталая смерть - Михаил Март

Ирина подошла к секретарше и спросила:

— У меня направление с биржи труда. Но я вижу, тут и без меня полный обвал. Может быть, вы сразу поставите мне отказ, и я пойду. Зачем зря вас от дел отрывать?

— Я ничего не отмечаю, девушка. Давайте свой паспорт, направление и выписку из трудовой книжки. Если есть, то и диплом об образовании. Садитесь и ждите. Вас вызовут.

Ирина сдала документы и села в кресло. Она была двенадцатой, а чем черт не шутит, может, ей и повезет. Она каждый раз тешила себя надеждой, но всегда что-то срывалось. Как она устала колесить по Москве, обивать пороги и унижаться! Человек, а тем более женщина, стал совершенно не защищенным. Всем кругом плевать, есть у тебя деньги на хлеб или нет, как ты живешь, можешь ли платить за квартиру или нет. Каждый месяц приходят квитки с новыми ценами на старое жилье, и ничего с этим не поделаешь.

Из кабинета вышла девушка лет тридцати с раскрасневшимся лицом, и Ирине показалось, что в глазах ее стояли слезы. Но она так быстро пошла к выходу, что разглядеть ее хорошенько не удалось. Ясно одно: ее забраковали. Секретарша взяла Иринины документы и вошла в кабинет.

Через несколько секунд она вернулась и попросила войти следующую. Эту и вовсе выставили через минуту. Как можно за такой промежуток времени понять, на что человек способен? Очевидно, отбор идет по каким-то особым критериям. А что ты успеешь понять за минуту? Только внешность разглядишь. Ирина осмотрела присутствующих и поняла, что по внешности она имела явное преимущество перед остальными. Но только какая контора будет платить двести пятьдесят долларов за красивые глазки? Нашелся один тип, который подыскивал себе секретаршу на хорошую зарплату, и Ирина ему подошла, но одна мысль о том, что перед этим уродом, оплывшим жиром, придется каждый день ноги раздвигать, вызвала у нее тошноту. А он не стеснялся и сразу заявил свои требования без особых подходов. Хотелось ей тогда треснуть его по лысине, но она сдержалась. В итоге еще два месяца бесполезной толкотни на бирже и обивание чужих порогов. Время шло. Долги подпирали. Никто ей уже в долг не давал, и положение складывалось критическое. Надежды таяли, как весенний мартовский снег.

Дверь кабинета раскрылась, и на пороге появилась элегантная женщина лет сорока пяти с красивым, но очень строгим лицом. Она пробежалась взглядом по очереди и остановилась на Ирине.

— Вы! Зайдите ко мне.

Ирина от неожиданности вздрогнула. Вот так сразу, минуя очередь, ее вызвали. Ее обуял страх, словно она направилась к стоматологу и ей предстояло вырвать зуб без заморозки.

Очередь отреагировала спокойно. Нанимателю виднее, кого вызывать первым, кого последним. Ирина встала и прошла в кабинет начальницы. На отдел кадров огромная комната с коврами вовсе не походила. Скорее, здесь должен сидеть директор. Тяжелые портьеры плотно закрыты, огромная люстра ярко освещала помещение. В дальнем углу стояли стол с работающим компьютером и два кресла по обеим сторонам. Ничего общего со стоматологией, но слишком шикарно. Человек чувствовал себя мелкой мошкой в таких апартаментах. Ирине предложили сесть.

Начальница долго ее разглядывала, потом перешла к документам.

— Сколько вам лет, Ирина Николаевна?

— Тридцать шесть.

— Вы замужем?

— Нет.

— Но у вас штамп стоит в паспорте.

— Мой муж умер год назад. Я вдова.

Начальница вновь взглянула на клиентку.

Интересная женщина с огромными карими глазами, чувственным ртом, пышными волосами и не замужем.

— И что же, не пытались найти себе друга? С вашей-то внешностью?

Разговор шел на отвлеченную тему, но Ирина уже привыкла к тому, что нынешние начальники все ведут разговор не по теме. Их интересует в первую очередь быт и насколько человек нуждается в работе, а потом и поторговаться можно.

— На улице только пьяные пристают. Пару раз я пыталась познакомиться по объявлениям, но поняла, что стоящие мужчины все давно пристроены, а объявления дают альфонсы, аферисты либо выставленные за дверь неудачники и алкоголики. Смотреть не на что. Уж лучше одной оставаться, чем обузу себе на шею вешать. Даже если и найдешь приличного человека, то он все равно не заменит отца моим детям. Старшему двенадцать, младшей восемь. Кому нужны такие прицепы? Мужики сами в няньках нуждаются. Принеси, подай, обласкай и не лезь к ним со своими проблемами.

— Все одинокие женщины рассуждают примерно так же, как вы. Вероятно, так оно и есть. Судя по вашей трудовой книжке, к современным темпам работы вы не приучены.

— Да. Я работала в Моспроекте пять лет чертежницей, техником, а после окончания Архитектурного института стала идти в гору. Но после рождения сына мы с мужем решили, что мне лучше заняться семейным очагом.

— С такой трудовой книжкой вы сможете только на вещевом рынке работать, милочка. Диплом ваш уже прокис. Сегодня другие требования, материалы и темпы. Вряд ли вы найдете работу по душе да еще с приемлемой зарплатой.

— Понимаю. Мне можно вставать и уходить?

— Я могу вам сделать выгодное предложение, но если у вас слишком много амбиций и гордыня, то оно вас не устроит. Если вы думаете в первую очередь о детях и стабильности, то кое-какие принципы в себе придется побороть.

— Дети — самое важное, что есть в моей жизни. Я работы не боюсь, любой, если она оставляет мне время на детей и дает возможность жить по-человечески, а не впроголодь.

— Хорошо. Я дам вам ставку двести долларов на время двухмесячного испытательного срока. Работать будете с девяти до шести и выполнять поручения руководителя отдела. Скорее всего, они будут связаны с вашим образованием. Но основная работа не в этом. Вы будете ездить по вызовам мужчин. И не вздрагивайте, милочка. У нас все так работают, и никто не жалуется. Как правило, мы обслуживаем приезжих клиентов, состоятельных, проживающих в гостиницах. Если вас посылают к клиенту, то выдают соответствующую одежду, надежные презервативы, и вы едете на час-полтора в одну из гостиниц города. Ставка — сто долларов. Шестьдесят вы сдаете в кассу, сорок остается вам. Дадут больше, они ваши. Своих клиентов мы предупреждаем, что им не разрешается трогать вас руками и целовать. Обычная процедура, не требующая от вас особых талантов. Приняли душ и забыли. Сколько вы заработаете в месяц? Все зависит от вашего очарования и шарма. На некоторых наших девушек очень высокий спрос,

и они за один рабочий день успевают обслужить трех клиентов. Если вы клиенту понравились, то в следующую командировку он опять захочет увидеть вас. Двадцать четыре рабочих дня — и при хороших достижениях некоторые девушки получают у нас порядка двух тысяч долларов в месяц. При этом ваш оклад сохраняется. Если в течение испытательного срока вы не будете востребованы, то мы вас уволим. Не меньше трех раз в неделю вы должны выезжать по вызову. В противном случае наше сотрудничество нерентабельно. На первых Порах диспетчеры помогут вам и дадут подзаработать и войти, что называется, во вкус. А дальше сами поймете, как создавать сеть собственных клиентов. Детали мы обсудим потом. Для начала мне нужно ваше принципиальное согласие, а потом можно будет заключить контракт.

Ирина долго молчала. У нее в голове не укладывалось, как такое предложение может быть реальным. Шутка какая-то. Что тут можно ответить? Язык словно приклеился к нёбу.

— Я понимаю вашу некоторую растерянность, — продолжала начальница вкрадчивым голосом. — Вы получили не совсем обычное предложение. Но вам не об этом надо думать, а о том, что все ваши похождения закончатся на вещевом рынке, где придется терпеть и мороз, и дождь, и жару и потакать своему хозяину из кавказской республики, который, конечно, не упустит возможности, пользуясь положением, отведать вашего тела. Только при этом вам будут платить сто рублей в день, который придется проводить на ногах и бойко торговать всякой дрянью. Сегодня человеческий труд ничего не стоит.

— Мне ли этого не знать,— тихо пробормотала Ирина. — Вы дадите мне время на обдумывание вашего предложения?

— Здесь очередь сидит, милочка. У меня всего одно вакантное место. Вам и без того сделали исключение и не заставили сидеть в коридоре. Никаких привилегий. Либо да, либо нет.

У Ирины в кошельке оставалось семьдесят рублей. Никто ей к этим грошам ничего не прибавит. Пакет молока и хлеб. Сегодня-завтра проживут, а послезавтра? И продать уже нечего. Последнее, что смогла продать, обручальное кольцо. Все.

— Хорошо. Я согласна. Мне очень нужны деньги.

— Трезвое решение. Завтра к девяти утра выходите на работу. Как только поступит заявка, я попрошу диспетчера послать вас. Ничего страшного в этом нет. Не стоит терзаться, а уже вечером вы вернетесь домой с полной сумкой продуктов. Утром оформим документы, и я познакомлю вас с сотрудниками. В трудовой книжке вы будете значиться архитектором отдела новых разработок. Ваши документы пока останутся у меня. Завтра я вам верну паспорт и диплом. А сейчас идите домой и отдохните. Вы должны выйти на работу свежей и энергичной.