— Вы уже пострадали, — проговорил Остин. — И, скорее всего, вам станет много хуже, прежде чем ситуация выправится.
— Вот поэтому я и должна что-то сделать, — произнесла Лилани, и в голосе ее ясно послышались умоляющие нотки. — Иначе я не найду себе места.
Курту не оставалось ничего, кроме как сказать прямо:
— По моему опыту, такие, как вы, иногда ведут себя совершенно непредсказуемо. Это может помешать всей команде. Мне жаль, но я не хочу ради вас ставить под угрозу все расследование.
— Ладно, — ответила она. — Но мы в любом случае еще увидимся. Я не собираюсь сидеть на месте и горевать.
— Что вы имеете в виду?
— Если вы не позволите мне помочь, я продолжу расследование самостоятельно. Если мои поиски причинят вам неудобства, то, надеюсь, не слишком большие.
Курт перевел дух. Трудно было сердиться на того, кто потерял единственного родного человека, но, похоже, девушка изо всех сил старалась его разозлить. Он понимал, что каждое ее слово — правда. Проблема заключалась в том, что она понятия не имела, во что ввязалась.
Вошел врач с рентгеновским снимком.
— С вами будет все в порядке, мисс Таннер. Ваша рука не сломана, это всего лишь сильный ушиб.
— Видите, — сказала она Курту. — Я здорова.
— И удачлива, — добавил он.
— Разве плохо, если удача будет на вашей стороне?
Врач с изумлением уставился на Курта, не понимая, о чем идет речь.
— Я тоже считаю, что удача — вещь полезная.
— Спасибо за совет, — мрачно ответил Курт врачу.
Он оказался в ловушке. После того, что случилось, он не мог бросить ее на произвол судьбы. Тем более он не мог посадить Лилани под замок или отправить обратно на Гавайи, где она могла быть в полной безопасности. Девушка не оставила ему выбора.
— Хорошо, — наконец согласился он.
— Я не доставлю вам проблем, — заверила Лилани.
Курт улыбнулся ей сквозь крепко стиснутые зубы.
— Уже доставляете, — заверил он.
А через двадцать минут, к ужасу медицинского персонала, Остин помог Лилани сесть на поврежденный мотороллер. С большой осторожностью, не так, как в первую свою поездку, он погнал «Веспу» на другой конец острова.
К причалу они прибыли без приключений. Курт пообещал владельцу пострадавшего мотороллера, что его машину отремонтируют или заменят за счет НУПИ, а в качестве дополнительной компенсации предложил свои часы. Охранник с подозрением осмотрел их, а Курт подумал, что бы тот сказал, если бы понял, что эти часы стоят вдвое дороже, чем новый скутер.
Вместе с Лилани Курт снова поднялся на борт катамарана и представил ее Траутам.
— А это — Джо Завала, — прибавил он, когда напарник поднялся к ним с нижней палубы. — Ваш новый лучший друг и личная сиделка.
Они пожали друг другу руки.
— Не то чтобы я жаловался, но почему именно я ее лучший друг? — удивился Джо.
— Ты будешь присматривать, чтобы ничего с ней не случилось, — объяснил Курт. — И, что много важнее, чтобы она не создавала проблем нам.
— Никогда еще не работал сиделкой, — усмехнулся Джо.
— Все когда-нибудь происходит в первый раз, — заметил Курт. — Итак, чем мы теперь займемся?
— Электричество я починил, — объявил Завала. — Батарея почти на нуле, но солнечные панели и ветряная турбина выдерживают нагрузку.
— Вы что-нибудь узнали?
Пол заговорил первым.
— Когда Джо удалось запустить генератор, я получил доступ к GPS. Они двигались на запад до восьми вечера. А потом сбились с курса.
— Есть идеи почему?
— Мы считаем, что именно в это время произошел инцидент, — проговорил Пол. — Парус частично обгорел. От огня покоробился корпус поплавков, и катамаран потерял скорость. Похоже, он начал дрейфовать.
— Где они в это время находились?
— Примерно в четырех сотнях миль к юго-западу отсюда.
— Что еще?
— Нет ничего необычного ни в судовом журнале, ни в их заметках, ни в компьютерных файлах, — проговорил Пол. — Но Гаме, как обычно, удалось найти кое-что интересное.
Курт повернулся к Гаме. Та держала в руках стакан, на дюйм наполненный угольно-черной жидкостью.
— Это то, что оставил огонь. Я смешала все с дистиллированной водой. По большей части сажа состоит из углерода. Но в то же время тут присутствует необычный набор металлов: олово, железо, серебро, даже следы золота. И еще какие-то добавки, которые тяжело выявить.
Курт присмотрелся к грязной воде. Она странно преломляла свет, переливаясь на солнце.
— И что это?
Гаме покачала головой.
— Мое оборудование недостаточно мощное, чтобы определить. Но на борту был микроскоп. Когда Джо запустил генератор, мы сделали снимки. Что бы это ни было… Оно шевелится.
— Шевелится? — повторил Курт. — Что значит, шевелится?
— Они не инертны, — объяснила женщина. — Углеродный остаток неподвижен, но часть смеси по-прежнему активна. Что бы это ни было, частицы столь малы, что мы не сможем рассмотреть их даже под микроскопом.
От этой новости Лилани стало не по себе. Курт подумал, не отложить ли обсуждение, но в этом-то и состояла проблема: впереди ждало много вещей, от которых ей может стать не по себе. Если она не в состоянии это выдержать, то пусть лучше откажется от участия сейчас.
— Мы говорим о бактериях или о каких-то еще микроорганизмах? — поинтересовался Курт.
— Не исключено, — протянула Гаме. — Но пока мы не посмотрим поближе, можно только догадываться.
Остин задумался. Все это было странно и только усложняло дело. В их распоряжении было лишь то, что они обнаружили на лодке после пожара.
— Может, эта штука, чем бы она ни была, и вызвала пожар? — поинтересовался он.
— Я пыталась сжечь ее, — сообщила Гама. — Остатки не огнеопасны. Окиси углерода и металлов.
— Если это не причина пожара, тогда что?
Гаме посмотрела на Пола, который в свою очередь посмотрел на Джо. Никто не хотел сообщать плохие новости. А потом наконец заговорил Завала:
— Горел бензин, — мрачным голосом объявил он. — Согласно документам, на катамаране было две канистры по пять галлонов.[17] Обе пропали.
Курт мысленно сопоставил эти факты.
— Они сами подожгли судно.
Завала кивнул.
— Мы тоже так думаем.
Гаме повернулась к Лилани, словно желая убедиться, что с ней все в порядке.
— Мне жаль, — сказала она.
— Не надо, — покачала головой девушка. — Я в порядке.
— Зачем им поджигать собственную лодку? — спросил Курт, ни к кому конкретно не обращаясь.
— Нам на ум приходит только две причины, — продолжала Гаме. — Либо это был несчастный случай, либо что-то на катамаране оказалось более опасным, чем открытый огонь.
— Осадок в стакане, — догадался Курт. — Вернее, то, чем он был до того, как сгорел. Думаете, команда боролась?
— В самом деле, не знаю, что и думать, — спокойно ответила Гаме. — Я, честно говоря, не представляю, что могло показаться им настолько опасным. Но мы с Полом договорились о встрече с профессором местного университета. Через час мы хорошенько разглядим все, что есть в этом образце. Возможно, после этого нагар скажет нам больше.
— Ладно, — согласился Курт. Он взглянул на запястье, чтобы проверить время, а потом вспомнил, что оставил часы охраннику.
— Сколько времени?
— Четыре тридцать, — ответила Гаме.
— Отлично, — кивнул он. — Мы с Джо отвезем Лилани назад в отель. Потом переговорим с Дирком и подождем вас. А вы идите, беседуйте с вашим профессором, только будьте осторожны.
ГЛАВА 9
Пол и Гаме сели в автобус, идущий от набережной до Национального университета Мальдивских островов. Они сошли на станции Биллабонг вместе с группой студентов, словно тоже учились на вечернем.
— Никогда не мечтал вернуться в университет? — поинтересовалась Гаме.
— Только если ты поедешь со мной и позволишь носить твои книги, — ответил он.
Гаме улыбнулась.
— Я подумаю над этим предложением.
Они вошли в здание. В Национальном университете учили всему, от законов шариата до инженерного дела и медицины. Особенно славилась морская инженерная программа — неудивительно для страны, расположенной невысоко над уровнем моря и крайне заинтересованной в предотвращении наводнений.
Пола и Гаме встретил коллега, который был хорошо осведомлен о деятельности НУПИ. Он представил гостям женщину в фиолетовом сари — доктора Алию Ибрахим, преподавателя и члена научного совета.
— Спасибо, что согласились встретиться с нами, — поблагодарила Гаме.
Алия сжала ладонями руку Гаме.
— В океане, как в пустыне, странники должны помогать друг другу в беде, — сказала она. — И если в том, что вы обнаружили, есть опасность для Мале, отказать вам в помощи было бы не только эгоизмом, но и попросту безумием.
