Читаем без скачивания Капкан для некроманта - Ольга Громыко

Несмотря на опустевший кубок, мне стало зябковато. Я перетянула бутыль на свой край стола, жалея, что в ней не плещется что-нибудь покрепче вина.

– Думаю, ты нужна Римару живой, – деловито продолжала Катисса. – Ему наверняка захочется поизмываться над Вересом: прислать сначала прядь твоих волос, потом ухо, потом палец…

– А если мертвой? – Признаться, мне и предыдущий вариант был как-то не очень.

Катисса пренебрежительно отмахнулась:

– Шелена, ты же оборотень! Что он тебе может сделать?

– Что угодно и даже больше. – Увы, живучесть оборотней не всегда играла нам на руку.

– Я имею в виду, неожиданно. Признайся: скольким магам ты наставила нос… ну хотя бы за последние пять лет?

– Мне это не доставило ни малейшего удовольствия!

– Уверяю тебя: им тоже. Если уж Верес тебя завалить… в смысле, прибить не смог, то Римар и подавно не справится. Ну хочешь, мы тебе денег дадим? Из школьного фонда.

– На похороны?

– Вот уж не думала, что ты такая трусиха, – поморщилась магичка.

– Катисса, я не боюсь, – терпеливо возразила я. – То есть боюсь не за себя. Если я погибну, кто защитит моего сына?

– Вот и защищай! Пока Римар не решил, что проще добраться до него, чем до тебя.

– Нет! – вырвалось у меня. Была ли в словах магички доля правды, или она просто пыталась уговорить меня любым способом, но удар пришелся ниже пояса. – Не доберется!

– Ну хорошо, – легко согласилась Катисса. – Не до твоего драгоценного волчонка, так до любого другого. Вчера некроманту хватило продажной девки, но, если он замыслит какую-нибудь пакость, требующую больших затрат магии… маленькие дети для этой цели подходят лучше всего.

– Катисса, ты стерва!

– О да, – гордо согласилась магичка. – За это и любима. Так ты принимаешь наше предложение?

– Идите вы… к дракону под хвост! Боевые маги, называется! Сами не могут какого-то некроманта поймать, оборотня припахать пытаются… Ладно. Принимаю. Кстати, почему оно непристойное-то? – вспомнила я.

– Потому что я пообещала Вересу не втягивать тебя в эту историю, а обманывать коллег непристойно, – нехотя призналась Катисса. – И теперь он меня убьет.

– Не волнуйся, я ему ничего не скажу, – пообещала я. Не из великодушия, а из самосохранения: меня, боюсь, колдун тоже по головке не погладит.

Магичка скептически хмыкнула и разлила по кубкам остатки вина. Но пить не стала – достала из кармана каменный кругляшок амулета, стиснула в кулаке и прижала к виску. Глаза женщины остекленели, губы беззвучно зашевелились: видать, докладывала коллегам-сообщникам, что переговоры прошли успешно.

Я не удержалась – снова шевельнула ушами, на сей раз целенаправленно.

Троица захмелела еще больше, потеряла интерес к женщинам и обрела его к подвигам. Пока, впрочем, дело ограничивалось хвастливыми воспоминаниями:

– …за мешком к борозде пошел, я копать продолжаю, и вдруг откуда не возьмись – хозяин! С вилами! Нацелил их мне в живот да как рявкнет: «Ты чего это тут делаешь?!» У меня с перепугу чуть душа по ногам не потекла. Все, чего придумать смог, – ткнул пальцем ему за плечо да как заору: «Гля, дракон!»

– А я, – давясь от смеха, продолжил второй, – тем временем подкрался к нему сзади, хлоп мешок на голову! Думал, удерем, покуда выпутываться будет, а он так в нем на гряду и рухнул – видать, решил, что все, конец ему пришел! Ну, я мешочек-то стянул осторожно, набил его картошкой, да деру. Эх, жаль, тебя с нами не было, вдвое больше б уволокли…

– Так давайте еще раз сходим! – предложил иззавидовавшийся третий.

– А че? Можно! – Парни громко чокнулись кружками. – Тогда в полночь у южных ворот, эге?

Моя улыбка понравилась Катиссе еще меньше оскала.

– Шелена, да в чем дело-то?

– Не обращай внимания, я о своем… И долго мы его будем ловить?

– Думаю, до вечерних колоколов, – подумав, решила магичка. – Лучше не рисковать. Ночь – его время, к тому же по потемкам разбойников на улицах и без некромантов хватает, не хотелось бы сгоряча истратить все УМЕ[1] на какого-нибудь воришку. Эх, узнать бы, где Римар днем отсиживается! Или хотя бы Вереса привлечь… ну, Ксандра на худой конец, он тоже неплохо кошек варит… в смысле в некромантии разбирается.

– А почему Ксандра нельзя? – Ночью я как раз чувствовала себя увереннее, лишних запахов-шумов меньше.

– Ну ты же понимаешь, он директор, ему нельзя надолго отлучаться из Школы… – По тому, как смутилась и потупилась Катисса, я поняла, что Ксандр эту авантюру тоже не одобрил.

– Ладно, – вздохнула я, принимаясь за курицу. – Вечером так вечером.

А чем заняться ночью я, кажется, уже знаю.

У Безника тоже вовсю кипела мыслительная работа. Дабы усилить творческие схватки, он слонялся возле стойки, бубня под нос и яростно жестикулируя, но название упорно отказывалось рождаться. Наконец корчмарь сдался и, сердито сдернув с пустующего стола скатерть, пошел вытряхивать ее на крылечко. Красное линялое полотнище несколько раз плеснулось на ветру, оросив сбежавшихся кур хлебными крошками, а потом Безник внезапно охнул и отскочил в сторону. Потянулся было захлопнуть дверь, но не успел. Выроненная скатерть изящно осела на пол, в корчму с ревом и топотом ворвался новый «посетитель»: огромный пегий бык с болтающимся в носу кольцом. Тот самый, с рынка – то ли его наконец купили, то ли отчаялись и повели домой.

Очутившись посреди сумрачного помещения, зверь поумерил пыл, наклонил башку и начал скрести копытом пол, словно интересуясь у оказавшегося ближе всех тролля, вкусное ли тут подают пиво. Безмолвный диалог глаза в глаза длился не меньше минуты. Бык сопел все громче, потом собрался с духом и замычал, красочно описывая, чего он сейчас тут со всеми сделает. Тролль немедленно огрел его по лбу бздынном, и пока ошеломленная скотина пыталась понять, что это было и продолжает быть (немузыкальный инструмент застрял между рогами), нырнул под стол и поставил его торчмя. Бык неуверенно боднул выросший перед ним забор, попятился, свернул несколько стульев, решил, что его подло атаковали сзади, и заскакал по корчме, взбрыкивая ногами, как не шибко умелая, но старательная танцовщица. В роли пышной юбки выступал длинный хвост с сосульками навоза. Восторженные зрители жались к стенам, норовя прошмыгнуть вдоль них к дверям.

Тут до корчмы наконец добежал владелец быка.

– А ну иди сюда, глупая скотина! – злобно гаркнул он с порога.

Бык послушался. Селянин почему-то не обрадовался, проворно развернулся и, поддетый под зад бздынном, улетел в лужу перед забором. Подсохшие струны пропели ему вслед что-то траурно-извиняющееся.

Расправившись с владельцем, бык (чтоб его живодер побрал!) не помчался улучшать породу окрестных коров, а вернулся в корчму степенной походкой победителя. Широким взмахом языка сгреб в пасть четверть хлебной ковриги, лакнул разлитое по столу пиво, почесал бок об опорный столб в центре корчмы – и тут заметил нас с Катиссой, продолжавших как ни в чем не бывало сидеть за столиком в углу.

За себя не ручаюсь, но в лице магички не дрогнул ни один мускул, а из зажатого в руке бокала не расплескалось и капли.

– Нет, я еще понимаю – упиться в корчме до скотского состояния, – меланхолично сказала Катисса и метко выплеснула вино под копыта пятидесяти пудам летящей на нас говядины. Алый сгусток раскатался по доскам в широкую ледяную дорожку, передние ноги быка скользнули на свидание к задним, и ошеломленное животное со всего маху грохнулось на грудь, а затем на бок. Острый кончик рога мелькнул в пяди от сапога магички. – Но чтобы приходить уже в нем?!

С быка мигом слетел весь задор. Даже не пытаясь подняться, животное задрало голову и жалобно заревело, призывая богов в заступники бедному маленькому теленочку, жестоко обиженному коварными людьми.

Из-под стола неспешно выбрался тролль. Подошел к быку, уверенно ухватился за ручку бздынна и выдернул его из рогов. «Скот» фыркнул, но не шелохнулся.

Тролль хмуро осмотрел инструмент, показал быку кулак и, закинув бздынн на плечо, вышел из корчмы.

– Эй, хозяин! – Катисса требовательно стукнула кубком по столу. – Еще вина!

Безник робко высунулся из-за стойки, полюбовался учиненным разгромом, застонал и сполз обратно.

– И обслуживание здесь ужасное, – пробормотала магичка, отодвигая стул. – Зато, надо признать, веселье бьет хвостом… тьфу, ключом. Так до вечера, Шелена? Я тебе свистну, когда будем готовы.

– Да, хорошо. – Я тоже не горела желанием тут засиживаться и опасливо обошла быка по как можно большей дуге.

Проходя мимо стойки, Катисса небрежно кинула на нее пару золотых. Из-за столешницы высунулась дрожащая рука, нащупала мзду и даже сумела вяло помахать нам на прощание.

Из «белых платьиц» у меня имелась только ночная сорочка, малопригодная для прогулок по столице. Не объяснять же каждому встречному стражнику, что я ловлю преступного некроманта, а вовсе не сбежала из храмового приюта для блаженных (чем убедительнее я буду это доказывать, тем более настойчиво меня подхватят под локотки и туда препроводят). К тому же всецело полагаться на защиту магов я, разумеется, не собиралась. Переворошив немногочисленную, собиравшуюся в спешке одежку, я остановилась на свободной рубахе, штанах и легких башмаках, из которых, чуть что, несложно выскочить.