– Это будет небольшая вылазка. Морфу полезно увидеть этот народ.
– Как угодно, – сказала комендант. – Час назад к Продавцу на северо-востоке пошёл патруль за товаром. Можете попробовать их нагнать. В любом случае, идти по следам будет безопаснее.
Природа тут была райская.
Мы вышли за частокол, у которого дежурили стражи и старшие стражи, все с оружием. Видимо, строить какие-то современные заграждения тоже означало «обострять без необходимости».
Что внутри ограды, что за ней лес был зелёным, тихим и удобным. Да, слово «удобный» напрашивалось: деревья не загораживали небо, но давали лёгкую тень, никаких колючих кустарников, даже кочек не наблюдалось, словно поверхность вначале выровняли бульдозером, потом в живописном беспорядке посадили деревья и настлали искусственный газон.
– Они что, переделали планету, прежде чем отказаться от технологий? – спросил я.
– Молодец, – похвалил Ана. – Именно так они и сделали. Здесь очень упрощённая, но при этом крайне устойчивая экология. Русла рек стабильны, землетрясений нет, ураганы только над морями. Дожди идут в меру, снег как по расписанию. Самый минимум биологических видов, но все состоят в симбиозе. Новое дерево не вырастет, пока не упадёт старое. Сухостой и опавшие листья быстро уничтожают насекомые и бактерии.
– Листья опадают? – зачем-то спросил я.
– О, тут очень красиво осенью… – Ана шёл впереди, держа в руках универсальный карабин. – Красные, жёлтые, оранжевые листья на зелёной траве, а когда их ещё припорошит снегом… Они старались.
– Как можно обладать такой силой и отказаться от развития?
– Тебе правда интересно? – поинтересовался Ана после паузы.
– Конечно.
– Мало кому из стражи интересно то, что выходит за рамки повседневных обязанностей, – сказал Ана. – Да, они были сильные. В масштабах своего мира. Тут есть руины, ещё увидишь… А потом, вероятно, они узнали про то, что происходит в Галактике. Может быть, у них были космические полёты, может быть, к ним кто-то прилетел, может быть, какие-то дистанционные методы исследования космоса. Но они поняли, как всё устроено. Вероятно, трезво рассчитали свои силы. Противостоять Прежним, Инсекам или кому-то из конкурентов лавли не могли. Жить веками и тысячелетиями в качестве колонии, поставляя смыслы более развитым видам – не захотели. Некоторые цивилизации в такой ситуации уничтожают себя. Они придумали свой путь, стали максимально бесполезными и неуязвимыми.
– Но из них всё-таки доят смыслы, – заметил я.
– О да! Не так много, как могли бы, но… Лавли не сумели до конца побороть свою любовь к эстетике. Музыка их чарует, они готовы отдавать за неё кристаллы. А может быть… – Ана горько рассмеялся. – Может быть, они не хотят потерять возможность нас убивать. Умеренно, время от времени, чтобы мы не ушли с планеты. Очень тонко чувствуют баланс интересов. Однажды перебили половину гарнизона, встал вопрос о полной эвакуации. Так нападения сразу прекратились, зато кристаллы потекли рекой…
Ана остановился у ручейка, нагнулся, жадно напился, сложив широкую ладонь ковшиком и быстро черпая воду. Предложил:
– Попробуй. Тут очень вкусная вода. И это совершенно безопасно, бактерий и паразитов нет. Честно говоря, эта вода даже лечит.
Я присел, попробовал. Вода была хрустально-прозрачная, мягкая, прохладная. Ручей – неглубокий, неожиданно быстрый, дно выстилали опавшие листья, сквозь которые проглядывал жёлтый песок. Очень фотогеничный ручей, хоть на картинку.
– Очень вкусно, – сказал я. – Как в книжках про эльфийские леса.
– Да, их часто сравнивают с эльфами, – согласился Ана.
Мы двинулись дальше. Ана не пользовался компасом, на траве никаких следов тоже не было, но он то ли обладал превосходным чувством направления, то ли часто тут бывал.
– Идти примерно час, – сообщил он. – Патруль не догоним, но наши задержатся у Продавца.
– Продавцов не убивают? – спросил я.
– Один раз убили. Но это трудно, неинтересно, и у Продавцов свои методы наказания. Они продали лавли незаконченные музыкальные фрагменты и закрылись на несколько месяцев. Знаешь, как противно, если хорошая музыка обрывается посреди ноты? Говнюки с ума сходили, пока Продавцы не вернулись…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он вдруг резко остановился.
Я тоже замер, положил руку на рипер.
– Жди, – сказал Ана.
Я ждал. От Аны буквально веяло напряжением, я даже ощутил лёгкий пряный запах пота.
– Никого… – прошептал я.
Ана не ответил и не тронулся с места. Секунда убегала за секундой, мы продолжали стоять.
Потом раздался тонкий мелодичный смех.
Из-за дерева метрах в десяти перед нами вышла девушка.
Я чуть не поперхнулся от неожиданности. Казалось, там и спрятаться-то негде…
Девушка была юная, милая и нагая. Взгляд отмечал какие-то неправильности, что-то несвойственное людям – отдельные чёрточки лица, вроде непривычного разреза глаз и формы ушей, очень тонкие пальцы и длинные кисти рук. Но, в общем-то, она выглядела как человек, как девчонка лет шестнадцати-семнадцати, светловолосая и белокожая.
Красавица? Да нет, наверное. Все эти мелочи во внешности всё-таки выбивались из стандартов красоты.
Скорее обаятельная, притягательная, милая, грациозная. Уже не ребёнок, но ещё и не совсем взрослая.
– Что меня выдало? – поинтересовалась девушка. На чистом русском языке!
– Ничего, – ответил Ана.
– Хитрый! – Девушка погрозила ему пальцем. – Тебя я знаю, а кто это?
– Учётчик, – равнодушно сказал Ана. – К Продавцу с проверкой.
Девушка снова рассмеялась. Стояла, ничуть не стесняясь своей наготы, и изучала нас.
– Если я подойду, ты меня убьёшь? – спросила она с любопытством.
– Разумеется, – ответил Ана. – И остальных тоже.
Девушка вздохнула, совершенно по-человечески пригорюнилась. Сказала:
– Так нечестно!
– Что поделать, – Ана так и не снял палец со спуска.
– Тогда пока, старший страж и учётчик, – сказала девушка. Повернулась и лёгким бегом скрылась между деревьями. Я заметил, что ещё от нескольких стволов отделились светлые тени – и растворились в лесу.
– Это была засада? – спросил я.
– Нет. Засаду мы бы так легко не заметили. – Ана опустил карабин. – Милая, правда?
Он ухмыльнулся, даже с каким-то лёгким похотливым оттенком.
– Да уж, симпатичная девчонка, – признался я. – Они все такие… нудисты?
– Все. Поэтому рипер тут удобен, он сразу разрывает их на части.
– Она вроде не собиралась нападать, – осторожно заметил я.
– На Земле есть такие звери, медведи… – начал Ана.
– Это все знают, – усмехнулся я.
– Кого мелким взяли – не знают. Так вот, по медведю нельзя понять, когда он решит напасть. По лавли – тоже.
– Допустим, – согласился я. – А если поговорить?
– Может, и поговоришь, – кивнул Ана. – Или умрёшь.
– Ана, ты же старший страж!
– Ну?
– Ты быстрый, сильный и с ядовитыми когтями! Ты медведя порвёшь!
– Медведя порву, – согласился Ана без спора. – Одну лавли тоже. Группу – вряд ли.
– Да чушь, – не выдержал я. – У неё нет оружия.
– Она генетически преображённая! – рявкнул Ана и постучал себя пальцем по лбу. – Так же, как и мы! Думаю, они столкнулись именно с Прежними, не зря их внешность такая приятная для людей! И они не менее опасны, чем мы!
– То есть… – я помедлил, – они сделали себя малоинтересной добычей, которая может перемещать сознание из одной особи в другую и потому не боится умереть, разрушили свою цивилизацию, но этого было мало… Они ещё изменили облик, стали привлекательными для людей и смертоносными в бою?
– Умнеешь на глазах, – фыркнул Ана. – Всё, пошли, последний ушёл.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Слушай, а не паранойя ли это? – шагая за ним, спросил я. – Все эти извращения, чтобы уйти от оккупации? Нет, слушай, я всё понимаю, но уж лучше, как на Земле, под Инсеками, чем так…
– Под Инсеками! – наставительно сказал Ана. – Прежние практикуют иные методы.
