Знаменитое убийство Юлия Цезаря, участниками которого были почти 60 человек, тщательно готовили. Заговорщики разработали план покушения в строгой тайне. Было решено убить Цезаря в день мартовских ид – 15 марта 44 г. до н. э., так как в этот день предполагалось проводить заседание сената, на котором он должен был присутствовать. Заговорщики собирались убить его на самом заседании в так называемой курии Помпея – помещении, где должно было проходить заседание. Довольно детально разрабатывался и сам сценарий этого убийства, в который были внесены коррективы из-за того, что возникла опасность разоблачения заговорщиков (кто-то передал Цезарю записку с доносом на заговорщиков, которую Цезарь не стал читать, поскольку своим опозданием задерживал открытие заседания), поэтому они вынуждены были действовать решительно. К Цезарю подошел и обратился с просьбой о своем изгнанном брате один из заговорщиков, Тиллий Цимбр, а остальные участники толпились вокруг него. Все они, касаясь Цезаря и целуя его в грудь и голову, просили удовлетворить просьбу Цимбра. Когда же Цезарь, удивленный и рассерженный их навязчивостью, поднялся с места, Цимбр схватился рукой за край его пурпурной тоги и потянул ее к себе. Это был условленный знак. В ту же секунду стоявший позади Цезаря Каска выхватил из ножен меч и нанес ему первый удар в плечо. Тут вокруг Цезаря засверкали мечи, и все заговорщики бросились на него. Цезарю было нанесено 23 раны, но только две из них были смертельными. Охваченные ужасом сенаторы разбежались.
В возникновении практических основ социально-технологического подхода трудно переоценить и возможности военного дела. Одно из ранних упоминаний о применении военной хитрости, с планированием действий, – описание Гомером Троянской войны в середине XIII в. до н. э.
После безуспешной осады греками Трои на протяжении 10 лет, они, наконец, разработали детальный и совершенно блестящий план: демонстративно сняли осаду города, а их корабли вышли в море и скрылись за горизонтом. На месте лагеря остался огромный деревянный конь, в котором укрылся греческий отряд во главе с Одиссеем. Троянцы, чтобы не гневить богов, втащили этого коня в город. Ночью греки вышли из него, перебили стражу и впустили своих воинов в город. Так под ударами хорошо продуманной технологии пал один из величайших городов древности.
Разработка и проведение сотен тысяч военных сражений закладывали практические навыки подготовки и реализации социальных технологий. В военном деле не только широко применялись, но и совершенствовались также отдельные аспекты социальных технологий: постановка целей и их декомпозиция на конкретные задачи; выработка принципов военного искусства. Все военные трактаты тех времен пестрят афористически сформулированными принципами военной стратегии и тактики. Так, древнекитайский воинский трактат «Сунь-цзы» содержит, пожалуй, самую первую систему принципов («Если ты не можешь чего-нибудь, делай вид, что можешь»; «Приведи его в расстройство и бери его»; «Нападай на него, когда он не готов»). Показательна в этом отношении и военная технология А. Суворова, сформулированная в его «Науке побеждать»: «Штыки, быстрота, внезапность»; «Пуля – дура, штык – молодец» и т. п.
Известны и другие примеры принципиальных основ построения военных технологий:
• планирование действий, ведущих к достижению цели (например, ведение скифами войны против напавшего на них персидского царя Дария I демонстрирует умение предвидеть, постепенно изнурять противника и подводить его к поражению);
• анализ динамики противоборства, учет множества факторов, которые влияют на исход войны;
• построение систем деятельности всех участников, различных схем нападения, засады и обороны, а также управления войсками;
• реализация технологий противоборства различных масштабов от мелких боев и локальных операций до мировых войн.
Вместе с тем возникновение и развитие индустриальной цивилизации разрушило многие взгляды на прежние традиционные технологические формы и способствовало формированию новых технологий, которые по мере раскручивания колеса истории приобретали все более нетрадиционный и динамичный характер. На первый план в становлении и развитии индустриального общества стали все больше выдвигаться различные капиталистические реформы. Что же касается России, то она значительно позже, чем западноевропейские страны, ступила на путь общественного реформирования.
Наиболее известны так называемые реформы Петра I, которые стали началом технологизации российского общества. При этом становление капитализма в России проходило за счет массовых репрессий, уничтожения целых укладов жизни, а также за счет дальнейшего ограничения прав и свобод личности. В условиях слабости или фактического отсутствия гражданского общества реформы в Российской империи проводились сверху, в интересах верховной власти перед лицом внешней и внутренней угрозы. Эти реформы, как известно, осуществлялись посредством подавления гражданского общества и естественным образом порождали феномен отчуждения народа от власти. Поэтому налицо особое, ни с чем не сравнимое общественное развитие, в котором движение вперед парадоксально переплетается с подавлением прав и свободы граждан, а технический и социальный прогресс – с отчуждением общества от государства.
В результате такого исторического развития сложился своеобразный «русский путь» – от реформы к реформе. А поскольку для проведения реформ сверху, особенно внедрения нового, необходимо было усилить власть, то развитие отечественных производительных сил, сопровождаясь волнообразным усилением деспотизма на каждом витке истории и шло в основном в сторону уничтожения институтов гражданского общества. Одним словом, реформы Петра I заморозили позитивные в целом процессы эмансипации частной собственности, особенно на самом массовом, крестьянском уровне. Подтверждение тому – разрушение права частного владения землей вследствие введения уравнительного подушного (вместо поземельного) налога на государственных крестьян. Со временем этот налог привел к ликвидации частного владения, а также к все возрастающему вмешательству государства в частные дела крестьянства.
Своеобразие исторического пути развития России состояло еще и в том, что поток нововведений реанимировал в основном устаревшие и реакционные формы социальной жизни. Это приводило к замедлению общественных процессов, превращая Россию в страну постоянно догоняющего развития.
Авторитарно-деспотические начала государственной власти, приводили, в конечном счете, к долговременному укреплению деспотизма. В свою очередь, вследствие замедленного из-за деспотического режима развития необходимы были новые реформы. Такие повторяющиеся циклы стали типологической особенностью исторического пути развития России.
Социальные технологии Нового времени и современности стали не столько средствами сохранения традиций, сколько важнейшими инструментами постоянного обновления общественной системы. Им свойственна выработка нового знания и воплощение его в эффективные формы социальной жизнедеятельности. Если раньше технологические формы сменялись от цивилизации к цивилизации, от формации к формации, от эпохи к эпохе, то в XX в., когда обновление общественной жизни стало охватывать целые континенты, социальные технологии рождались и внедрялись постоянно; кроме того, сократились сроки их функционирования, благодаря чему научное знание постоянно проникает в общественный организм. Сфера же традиционных (рутинных) социальных технологий на современном этапе начинает постоянно и динамично сужаться.
В ходе исторического общественного развития традиционалистские социальные технологии отнюдь не исчезают бесследно. Они постоянно модернизируются и совершенствуются, приобретая иное содержание, но, что весьма важно, уже перестают доминировать и занимать главное место в социально-технологическом укладе общества. Современные же социальные технологии, или модернистские, ориентированные на инновационный вектор общественного развития, занимают доминирующие позиции в социально-технологическом укладе современного общества.
Эти типы социальных технологий существенно отличаются друг от друга прежде всего по качественным параметрам (табл. 2).
Таблица 2
Сравнительная характеристика традиционалистских и модернистских социальных технологий
* Стохастичность – случайный, вероятный.
Однако, осмысливая генезис и исторический путь развития практических основ социально-технологической деятельности, следует обратить внимание:
• во-первых, на то, что технологический подход к обществу сформировался в XX в. под воздействием индустриализации производства и научно-технической революции;
