— Айн, ты это видишь?
Наверное, в тот момент, когда в ее жизни появился Вилт. Тот, кто вытащил со дна, не попросив ничего взамен.
— Айн, эта штука нас просто раздавит!
Очнувшись от крика мужа, Лия посмотрела на обзорный экран и поняла, что все их метания были пустой тратой времени. Крейсер не стал тратить заряды. Огромная махина надвигалась на них, и Лия была уверена, что он просто идет на таран. Действительно: бронированное покрытие против полуразвалившейся колымаги, на обшивке крейсера, наверное и царапин не останется.
Брат выпрямился в кресле и очередной раз щелкнул каким-то тумблером.
Послышалось гудение, грузовик завибрировал, и Лия почувствовала, что ее волосы электризуются.
— Простите меня, — внезапно сказал Айн. — Я рискну, но не знаю, получится ли. Теоретически, это возможно, Салерно проворачивали такое в свои лучшие времена, но я… я впервые за штурвалом, а «финт Салерно» пока что никому не удавалось повторить. Но я попробую.
— О чем-ты говоришь? — Вилт не отрывал взгляд от обзорного экрана: крейсер заслонил собой все, и теперь космоса не было. Нет, не было, была только смерть. И она была неотвратима.
Надо что-то сказать. Сказать, как она любит их обоих.
— Вот об этом, — сказал Айн, одной рукой вцепившись в штурвал, а другой набирая какой-то цифровой код на небольшом экранчике, расположившемся на панели управления.
Не код. Координаты.
— Айн, это невозможно! — успел крикнуть Вилт, но Лия этого уже не слышала, потому что все ее чувства были поглощены бездной пространственного прыжка.
Глава 2. Затишье перед…
Орту была похожа на цветастый платок. Старый, с безвкусным аляповатым узором, местами выгоревшим на солнце. Орту была похожа на причудливый вирус, который должен был бы убивать организм, а вместо этого поддерживает его и обеспечивает вполне сносное существование.
Орту было поселением вне закона, прибежищем проходимцев всех мастей, мифическим городом свободы или просто такой дырой, куда брезговали обращаться взгляды императорских войск.
Официально Орту была перевалочной станцией, этакой базарной площадью и выживала за счет обеспечения ремонтных работ и заправки пролетающих мимо транспортников, следующих с еще более далеких промышленных станций и заснеженных планет, откуда привозят самые диковинные драгоценные камни. В Орту много крошки таких камней. Можно даже сравнительно недорого приобрести песочные часы, в которых искрится и переливается пыль, оставшаяся после изготовления кристаллов для украшений столичных модников.
По имперским реестрам Орту — это двести жителей. По факту здесь такая мешанина и текучка, что население колеблется временами до нескольких тысяч… а потом словно растворяется в местных болотах. Болота — местная достопримечательность. Их полно по всей Кронте, и когда-то планета обещала стать союзной здравницей. Но разочарование оказалось велико — якобы лечебная грязь, как выяснилось со временем, давала побочные эффекты, проявлявшиеся не раньше, чем через несколько лет, а местная вода была так насыщена тяжелыми элементами, что ее употребление без тройной очистки грозило появлением мутаций в потомстве… что, собственно, на планете имело место быть. В Орту — мутантов было не так уж много, но, как говорили, в отдаленных поселениях их куда больше.
Никому не было до этого дела, потому что официально на Кронте не существовало других поселений, кроме Орту. Ортинцев же не интересует социальная справедливость, гуманность и Полный свод законов Империи.
Зато здесь никто не задал вопрос, откуда взялись трое странных оборванцев, у них не проверили ЛИГ ни при пересечении городской границы, ни при заселении в один из многочисленных клоповников, которые здесь упрямо именовали гостиницами, с комнатушками-пеналами, по большей части без окон, зато с двухъярусными кроватям, привинченными к стене… интересно, кто-то всерьез пытался украсть хоть одно спальное место? Ну, зато — дешево и сердито. Даже можно разжиться едой в баре, расположившемся в подвале. Оттуда всегда несется музыка. Они расплатились не имперскими кредитами, а какими-то деталями панели управления, которые Айн свинтил перед уходом. Корабль достался местным болотам и опасной воде, увязнув ровно наполовину, а также весьма колоритной живности, населяющей местные тропики. Наверное, лучше всего было утопить корабль окончательно. Вилт сильно сомневался, что каратели всерьез будут искать их троих. Ну, что они сделали, в самом деле? Правда, Лия сказала, что ей вроде как угрожали его причастностью к взрывам в Мармере. Но, рассудив здраво, они решили, что это была всего лишь попытка давления. И еще — на корабле остался груз, весьма интересный. Не весь он был опасным, в части контейнеров оказались медикаменты и медицинское оборудование. Вилт даже не сдержался, матерно высказавшись в том плане, что знай он о содержании груза, не делал бы операцию по удалению индентификационных чипов на скорую руку, угрожая лишить кого-нибудь из пациентов подвижности суставов или занести инфекцию, а равно — обеспечив всех троих весьма примечательными шрамами. Открытая одежда теперь не для них. В Орту, может, никто и не обратит внимания. Но они ведь не собирались оставаться здесь вечно…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Контрабанда включала те же лекарства, но упакованные в обычные пакетики и Вилту пришлось достаточно долго провозиться с их сортировкой и идентификацией. Благо, перечень все же имелся. Часть лекарств имела только цифровое обозначение и, скорее всего, относилась к наркотикам.
Им нужно было прийти в себя и решить, что делать дальше. Успокоиться и принять случившееся.
Перестать вздрагивать по ночам от внезапно накатившего чувства, что они все еще в скрежещущей, несущейся сквозь подпространственное ничто, посудине, которую словно сминает надвигающаяся со всех сторон пустота, от воспоминаний о том, как прогибается обшивка, словно снаружи мифическое хтоническое чудовище водит по ней когтями в надежде прорваться к такой легкой добыче. От ощущения бесконечного падения, завершившегося в болотах, от того, как позорно подгибаются ноги, и в голове шумит.
Преодолеть мысль: «Я не хочу всего этого, верните мне мою хреновую, но относительно стабильную жизнь», наконец! И перестать думать о том, сколько людей погибло… в Мармере, в госпитале… там, откуда Вилт попросту сбежал. Хоть он и понимал, что у него бы не было шансов, если вспомнить, что расстреливали персонал… может, пациентов не тронули. Может, большинство оставили в покое… Тешься надеждой успокоить свою совесть, Вилт Стэр!
Он находил успокоение в том, что Лия рядом. И Айн, дурак такой, жив и даже смог вывезти их… из одной дыры в другую. Здесь стреляют только по ночам и только ради добычи, философски заметил как-то братец жены и обиделся, получив от Лии по шее.
Они перестали быть законопослушными гражданами. Без ЛИГов они вообще не были гражданами, и стоило подумать о том, как восстановить идентификаторы и получить при этом новые личности… история превращалась в какой-то бандитский боевик и пока к мысли о новых ЛИГах Вилт относился как-то отстраненно, как будто это скорее фантазии. Хотя в Орту, должно быть, все возможно. При наличии платежных средств. Но они не могут просто так размахивать дорогими лекарствами или баллонами с каким-то неведомым, но явно ядовитым содержимым без каких-либо пояснительных документов, идентификационной маркировки… Во-первых, привлекут к себе внимание. Во-вторых… кто сказал, что им с радостью заплатят за груз? Не проще ли будет избавиться от них и прибрать к рукам внезапную добычу?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Поэтому пока они втроем искали способы заработать, не выделяясь. Прежде, конечно, обзавелись местной одеждой — влажная душная атмосфера Кронты быстро начинала досаждать. Люди здесь предпочитали либо экономить на одежде, иногда ограничиваясь цветными шортами до колен, либо костюмами из легких тканей и без привязки к конкретному размеру… Зато обуви в Орту уделяли особое внимание, сапоги здесь шили даже вручную, а ортинцам не казалось забавным щеголять в шортах и сапогах. Все дело в паразитах, обитавших в местной почве. Чуть зазеваешься — они уже пытаются прикинуть, как воспользоваться твоим телом в качестве собственной комфортной экосистемы. Удивительно, что даже они не очень любили местную воду.
