остальные курили сигареты и рассказывали друг другу пошлые истории.
Никто из группы не заметил исчезновения командира — он только что лежал рядом, и вдруг его тень как призрак скользнула около грузовика и опять растворилась в районе кабины. Чуб удивленно моргнул и скосил глаза на Лежавшую рядом Лису — та от изумления подняла антимоскитную сетку и на ее раскрашенном гримом лице был открыт рот, демонстрируя крепкие белые зубы. Чуб и сам, придя в себя, вернул свою нижнюю челюсть на место. Деды из его станицы рассказывали байки о характерниках, ведунах, целителей, духовных наставников в Запорожской Сечи, эти казаки якобы могли отводить глаза своему противнику, пробираясь в самое его логово. И якобы на Кубани и на Дону еще остались семьи, в которых от отца сыну помимо приемов борьбы и различных казацких ухваток передается и это искусство.
Водитель грузовика отошел от сослуживцев и направился к кабине, едва он открыл дверцу, от колеса отделилась тень и как ртуть будто перетекла и обняла немца. Тот обмяк и был утащен под грузовик. Затем капитан выбрался наружу и шагнул к курившим. Спиной к нему стоял водитель броневика и Строев, пережав тому рот, надавил немцу на точку, расположенную на шее — немец потерял сознание, отбросив того назад, Строев шагнул вперед и нанес правой ладонью удар с солнечное сплетение, от удара немец не отлетел, а осел на месте, пытаясь вздохнуть, а уже в следующее мгновение ударил в горло следующему немцу средними суставами трех пальцев левой рукой и обратным движением ребром ладони вывел из строя последнего противника. Еще одна минута ушла на контрольные переломы шей всем фрицам. Чуб попробовал представить, смог бы он вот так отправить на тот свет пятерых, но понял, что без шума у него не получилось бы. Хорошо, что у него есть такой учитель, у которого не грех поучиться.
В палатке продолжалось веселье и ничто не мешало диверсантам продолжить свое дело. Трупы были освобождены от верхней одежды и обуви. Строев среди своих бойцов определил подходящих под размеры одежды и сапог бойцов и те споро переоделись. Забросив трупы в кузов, большинство группы забралось туда же, а переодетые Сокол и Клим заняли места в кабине грузовика, Строев забрался внутрь броневика, а переодетый в форму вермахта Удав облокотился на броневик, надвинув по самые брови головной убор. Еще полчаса ожидания и наконец-то из палатки, держась друг за друга еле перебирая ногами показались в зюзю пьяные офицеры. Удав подскочил к «своему» гауптману, поправил тому фуражку и потащил тушку к бронетранспортеру. С трудом запихнув немца в башню, где его принял Строев, Удав сел за руль и минуту разбираясь с управлением, завел броневик, Строев же отправивший немца на небеса, принялся его раздевать, по виду высокого бравого немца его мундир должен был прекрасно сесть на капитана. Грузовик тоже взревел своим дизелем.
— Куда двигаем, командир?
— Пока подальше отсюда на запад, а затем по дороге мы куда-нибудь да доберемся. Из-за тесноты Строев с трудом переоделся и включив фонарик, обнаружил карту.
— Ну нам опять везет, Удав! не грусти — я обнаружил карту, на которую нанесено расположение второй танковой группы, в том числе и «нашей» восемнадцатой танковой дивизии. Не бойся — я нас выведу прямо к дислокации танков. Ближе всех к нам первый батальон восемнадцатого танкового полка. Правда все танки практически дислоцированы на одном участке — немцы сюда нагнали столько войск, что им до ужаса тесно. Блин, уже почти рассвело! Вон за той рощицей тормозни — оглядимся и избавимся от трупов. Только аккуратно — согласно нанесенных обозначение на карте неподалеку расположен самоходный саперный батальон.
— А сколько танков в немецком полку?
— В дивизии один танковый полк в составе трех батальонов, это двести восемнадцать танков, из них половина — тройки, около сорока танков четверки, остальные — пятьдесят двоек, единички и командирские танки.
Закопав трупы и вклеив в трофейные документы офицера фотографию Строева, с помощью набора, позаимствованного в НКВД, поставили в углу фотки необходимый штамп. Хорошо, что солдатские книжки были без фоток и содержали персональные данные (ФИО, рост, вес, прививки и т. д.), полное название воинской части, в которой служил боец, список выданного ему обмундирования и снаряжения, сведения о повышении в звании, тарифной группе оплаты.
Каждый переодетый боец взял идентификационный жетон овальной формы. Тонкая металлическая пластина состояла из двух половинок, с одинаковыми номерами на каждой. Наличие жетонов периодически проверяли и офицеры, и фельдфебели. За утерю жетона и выдачу нового взамен штрафовали.
Строев более пристально изучил карту, запоминая ее наизусть, заодно пытаясь найти маршрут, по которому их автомобили без привлечения внимания смогут оказаться около расположения танкового полка и где им спрятаться до вечера. Немцев действительно было как тараканов.
Глава 6
М
Свою технику было решено поставить рядом с замаскированными грузовиками, чьи кузова были забиты ящиками со снарядами. Часовых рядом не наблюдалось, их посты стояли чуть дальше около временного складирования снарядов для танков, оборудованных обвалованием, пожарными бочками, ящиками с песком и дренажными канавами.
Строев приказал грузовику сдать задом к кустарнику и сеть накинуть так, чтобы бойцам незаметно можно было ходить по нужде.
Танки же размещались в ста метрах дальше и не было видно им ни конца ни краю. В бинокль Строев углядел за танками палаточный городок танкистов, основу которого составляли огромные ремонтные и групповые палатки, палатки поваров и связистов. На импровизированном футбольном поле танкисты гоняли мяч.
Переведя наблюдение на танки, капитан охренел — сбылась мечта диверсанта — механики с завистью поглядывая на отдыхающих коллег, разгружали с грузовиков канистры с бензином и закрепляли их на башнях танках, имевших малый запас хода — тройках и четверках. На ближайшем танке капитан насчитал порядка четырнадцати канистр — это двести восемьдесят литров топлива. Возможно еще несколько стоят на корме. При экстренном перемещении танковой дивизии, продвижение за ними топливозаправщиков и организация заправки может оказаться делом очень непростым и долгим, поэтому в некоторых случаях немцы перевозят топливо на самих танках. Тем более, что таким образом можно возить очень внушительное количество и довольно быстро дозаправлять танки, буквально на каждой остановке. Одна заправка Pz.III — это триста литров бензина, то есть пятнадцать канистр. По бездорожью бензобаков хватает всего на сотню километров. Оставалось дождаться ночи, чтобы устроить немчуре Армагеддон.
К броневику, с башни которого Строев вел наблюдение, подошел молоденький лейтенант — Добрый день, господин капитан! Не поделитесь сигаретой?
— Добрый день, к сожалению, мои сигареты закончились и я ничем не смогу вам помочь!
Лейтеха вздохнул и отправился к палатке, возле которой пара рядовых возились с настройкой рации.
Из-за кузова грузовика высунулся новичок Копыто, шепотом обратившийся к Строеву — Командир, можно мы по очереди покурим? Уже уши пухнут так курить хочется?
— Вы что, Копыто, курильщики? И как вы умудряетесь на длительные дистанции бегать? Запомни, Копыто, и передай остальным — в моей группе никто не курит, так что быстренько ликвидируйте свои запасы, а табак в нашу смесь от собак высыпьте! Да, и впредь при нахождении в тылу противника разговоры только на немецком! А сейчас приказ — всем спать, ночью будем делать фейерверк! А затем специально для курильщиков вполне вероятен бег по пересеченной местности.
Дождавшись полуночи, Строев оглядел свою группу и отдал приказ — Новички после зачистки часовых по двое забираются на танки, на которых закреплены канистры с бензином. Ваша задача — не производя шума по возможности снять три канистры, одну опрокинуть в открытый башенный люк, вторую положить с открытой горловиной на корме, что бы струя бензина затекала в моторное отделение. На остальных закрепленных канистрах хотя бы на паре -трех открыть клапана, пускай танки хорошенько обмоются бензином. Из третьей канистры не экономя пролить дорожку от одного танка до следующего. В итоге останется поджечь всю эту технику с одной стороны. Задача же основного ядра группы — зачистка
