Читаем без скачивания Торговцы космосом (Операция - Венера) - Фредерик Поол

Но в этот вечер я всего лишь сильно ушиб ногу, раскладывая кровать, что, кстати, случалось со мной почти каждый вечер. Даже Кэти с сеточными скупыми движениями хирурга не смогла уберечься от боевых шрамов - следов жизни в тесной городской квартире. На ночь вы раскладываете кровать, утром убираете ее, затем устанавливаете столик для завтрака, потом его надо убрать, иначе вам не протиснуться к двери. Немудрено, что некоторые ограниченные обыватели с тоской вспоминают о старых временах, когда было много простора, подумал я, и с наслаждением растянулся на постели.

5

Всю неделю дела шли хорошо. Ренстед был занят разрешением конфликта с Институтом гинекологии и не мешал мне. Я полностью взял бразды правления в свои руки.

Девочки и мальчики из департамента Тильди дали первые образцы рекламы. Эти темпераментные юнцы то целый день просиживают над одной строкой, то, словно одержимые, строчат страницу за страницей. Тильди руководила всей работой, редактировала и вообще задавала тон. Отобрав лучшее из лучшего, она передавала мне тексты для девятиминутных рекламных передач, для афиш и плакатов, статьи, короткие заметки, объявления, наметки тем для кампании слухов, остроты, шуточки и каламбуры (как приличные, так и неприличные), которым предстояло потом облететь всю страну.

Отдел наглядной рекламы старался вовсю. Специалисты по рекламе в воздухе и кинорекламе испытывали подлинное вдохновение художников, воссоздавая образ Венеры. Им предстояло завершить нашу грандиозную панораму на тему "Венера До и После"; они и впрямь чувствовали себя так, словно создавали историю планеты.

Отдел идей походил на фокусника, извлекающего кроликов из цилиндра. Когда я попробовал намекнуть Колльеру, что он чересчур увлекается, он стал мне объяснять:

– Да ведь все дело в избытке энергии, мистер Кортней! Венера перенасыщена ею. Планета расположена близко к Солнцу, и оно щедро отдает ей свое тепло. У нас на Земле нет такого количества энергии. Для использования кинетической энергии атмосферы мы построили ветряные мельницы, а на Венере у нас будут турбины. Чтобы получить там электричество, достаточно поставить аккумулятор, присоединить его к громоотводу и самому поскорее убраться подальше. Там совершенно иные условия.

Отдел рынков и Отдел промышленной антропологии изучали район Сан-Диего и воздействие на население рекламы Тильди, макетов и фильмов Отдела наглядной рекламы, вносили поправки, что-то добавляли, что-то сокращали. Я держал постоянную связь по прямому проводу с Хэмом Гаррисом, замещавшим Ренстеда в Сан-Диего.

День обычно начинался с совещания: я произносил небольшую речь, задающую тон, затем выступали заведующие отделами, докладывали об успехах, вносили предложения, критиковали друг друга. К примеру, звонил из Сан-Диего Гаррис и просил Тильди заменить слова "безоблачная атмосфера" другими, с его точки зрения более подходящими, и требовал подобрать список синонимов. Или Тильди спрашивала у Колльера, не лучше ли сказать "топазовые пески", как бы намекая на то, что на Венере драгоценные камни валяются под ногами. Или Колльер, например, предлагал Отделу наглядной рекламы сделать небо на панораме "Венера До" багровым, а не просто красным, а я просил его не совать свой нос куда не следует, ибо все делалось в пределах допустимых поэтических вольностей.

После совещания все расходились по своим местам. У меня, как всегда, работы было по горло: завязывать деловые знакомства, координировать действия всех отделов, проводить в жизнь собственные распоряжения и вообще руководить работой снизу доверху. Перед концом рабочего дня мы проводили еще одно совещание. На нем обычно обсуждались перспективные проблемы, например включение продукции "Старзелиус" в экономику Венеры или определение доходов будущих колонистов и учет их оптимальной покупательной способности через двадцать лет.

А затем наступало лучшее время дня. Теперь мы с Кэти виделись постоянно. Правда, мы все еще жили под разными крышами, но я был полон радужных надежд: то она назначала мне свидание, то я ей. Одетые с иголочки, мы проводили вечера в барах и ресторанах, развлекаясь в свое удовольствие, и радовались, что мы молоды, красивы и умеем наслаждаться жизнью. О серьезных вещах мы не говорили. Кэти уклонялась от таких бесед, да и я к ним не стремился. Я считал, что время работает на меня. Однажды перед отъездом в очередное лекционное турне Джек О'Ши составил нам компанию, и этот вечер особенно запомнился мне: мы были молодой парой, достаточно богатой, чтобы иметь своим гостем самого знаменитого человека в мире. Да, жизнь казалась мне прекрасной.

Прошла неделя напряженной и плодотворной работы над проектом "Венера", и я сказал Кэти, что мне не мешает обследовать дальние объекты - строительную площадку в Аризоне и штаб по испытаниям рекламы в Сан-Диего.

– Чудесно! - воскликнула она. - Можно мне поехать с тобой?

Я просто обалдел от счастья, - значит, ждать осталось совсем недолго!

Посещение строительной площадки было простой формальностью. Я держал там двух уполномоченных для связи с вооруженными силами, авиацией, лабораториями Телефонной компании Бэлл и Американским стальным трестом. Они, как заправские гиды, показали нам с Кэти ракету.

– …огромная стальная оболочка… кубатура среднего нью-йоркского небоскреба… замкнутый цикл обращения пищи, воды, воздуха… одна треть - двигатели, другая - грузы, третья - жизненное пространство… героические пионеры… герметичность… автоматическая кухня… регулирование температуры и света… беспрецедентное в истории достижение техники… самоотверженные усилия нации… национальная безопасность…

Странно, но самое сильное впечатление произвела на меня не ракета, а пустыня вокруг нее. На целую милю в окружности все было снесено: ни домов, ни теплиц на крышах, ни продовольственных складов, ни установок, улавливающих солнечные лучи. И все это во имя секретности или в целях защиты от радиации. Кругом расстилалась слепящая глаза пустыня, изрезанная сетью ирригационных труб. Пожалуй, во всей Америке не найдешь другого столь унылого места. Даже глазам больно глядеть на это огромное пустое пространство. Ведь долгие годы я охватывал взглядом "просторы" радиусом всего в несколько метров.

– Как интересно! - воскликнула Кэти. - Можно пройти туда?

– Весьма сожалею, доктор Нэвин, - ответил сопровождавший нас уполномоченный. - Это мертвая зона. Часовым дан приказ стрелять в любого, кто туда проникнет.

– В таком случае отмените приказ, - распорядился я. - Доктор Нэвин и я хотим совершить прогулку.

– Конечно, конечно, мистер Кортней, - забеспокоился чиновник. - Постараюсь сделать все, что в моих силах, но на это потребуется время. Я должен получить разрешение службы контрразведки, морской разведки и Центрального разведывательного управления, а также Федерального бюро расследований. Комиссии по атомной энергии, Отдела безопасности, Отдела…

Я взглянул на Кэти; она беспомощно пожала плечами.

– Хватит, - остановил, я чиновника. - Пожалуй, действительно не стоит.

Он с облегчением вздохнул.

– Простите, мистер Кортней, но нам пришлось бы впервые испрашивать такое разрешение, а если не знаешь всех ходов и выходов, сами понимаете, как нелегко его получить.

– Понимаю, - вполне искренне согласился я с ним. - Скажите, оправдали ли себя такие меры предосторожности?

– Думаю, что да, мистер Кортней. По крайней мере до сих пор у нас не было ни единого случая саботажа или шпионажа со стороны иностранных держав или "консов". - Он самодовольно постучал костяшкой правой руки по обручальному кольцу из настоящего дуба, красовавшемуся на среднем пальце его левой руки. Я решил по приезде проверить его счета: чиновник с его жалованьем не имеет возможности покупать такие дорогие украшения.

– А разве наши работы могут заинтересовать "консов"? - полюбопытствовал я.

– Кто знает. Контрразведка, ЦРУ и Комиссия по атомной энергии считают, что могут, но морская разведка, ФБР и Отдел безопасности утверждают обратное. Не хотите ли познакомиться с комиссаром Макдональдом, начальником местной разведки? Большой специалист по "консам".

– Хочешь познакомиться со специалистом по "консам", Кэти? - спросил я.

– Если у нас есть время, - ответила Кэти.

– Я распоряжусь, чтобы в случае чего задержали самолет, - предупредительно предложил чиновник, стараясь хоть этим компенсировать неудачу с отменой приказа. Он провел нас по лабиринту узких проходов между бараками и складами к административному зданию, а затем, миновав семь контрольных постов, - в кабинет комиссара Макдональда.

Макдональд был типичным офицером-служакой, при встрече с которым невольно испытываешь гордость за Америку, - спокойный, уверенный, преисполненный сознания долга. По его погонам и нашивкам я определил, что он служит в сыскном агентстве "Пинкертон" и отрабатывает по контракту свой третий пятилетний срок.