права, у большинства действительно в голове только пиво да бабы, – вздохнула я.
Я ещё ни с кем об этом не говорила. Александр и профессор Сардер не в счёт. Его Величество даром обладает от рождения и не видит в этом ничего ужасного или странного, а профессор искренне увлечён своим делом и метаний ученицы не понял бы.
– Я тебе не завидую, – покачала головой Саня. – Вот, возьми, это яблоко должно быть очень сладким! – Саня протянула мне фрукт, утешая таким способом.
С души словно камень свалился, и я решилась и приопустила щиты. Подруга решила, что, раз я уже почти год слышу её мысли, то от того, что она об этом узнала, на самом деле ничего не изменилось. Уживалась же я как-то с ней и её мысленным кавардаком в одной комнате целый учебный год. В душе потеплело. Как она ко всему легко относится! Я бы так не смогла. Мне очень повезло с подругой! На глаза навернулись слёзы.
– Саня, только пообещай мне, – я взяла угощение, но не спешила его есть.
– Что именно? – насторожилась подруга.
– Во-первых, что завтра, когда мы поедем гулять по столице, ты купишь себе удобные туфли. Если не хватит денег, я тебе одолжу. И, во-вторых, что не станешь кокетничать с лордом Марком. Он и так страдает от повышенного внимания придворных леди, и он не в твоём вкусе, так что не нужно портить лорду жизнь.
– Ты что! Даже и в мыслях не было! – возмутилась Саня.
– Да ну? – изогнула я бровь. Саня застыла, а потом, сообразив, смутилась.
– Ну, если только немного. Но я обещаю, что не стану ему мешать! – заверила меня подруга.
Я кивнула. Потом мы ещё долго говорили обо всём и ни о чём. Саня осторожно расспрашивала об Александре, моём даре, мыслях окружающих. Иногда я отвечала прямо, иногда отшучивалась или честно говорила, что не могу или не хочу об этом, и подруга тут же меняла тему.
Закреплённую за покоями служанку я отпустила, поморщившись, когда та в третий раз показалась на пороге с вопросом: «Не надо ли чего?». Саня покачала головой и предложила помочь раздеться. С пуговицами на спине одной не справиться!
– А почему ты служанку выставила? Она тебе не понравилась? Ты и предыдущих слуг, там, в поместье сторонилась, – полюбопытствовала подруга, ослабляя шнуровку корсета.
– Просто мне становится неуютно от их мыслей, – призналась со вздохом и заслужила ещё один сочувствующий взгляд Сани. Не выдержав, зевнула. Какой долгий день! И пусть я видела столицу лишь через щёлочку в окне кареты, а в замке не была нигде, кроме покоев и кабинета Ляли, впечатлений мне хватило с избытком. А самое интересное у меня ещё впереди, верно?
Только оказавшись в постели, я поняла, что с самого утра не видела Александра. Сердце кольнула грусть. Я лежала и утешала себя тем, что мы теперь всё время будем совсем рядом, в одном дворце, и в любой момент сможем увидеть друг друга. Но если здесь каждый день будет настолько занят? У него ведь наверняка много дел. Интересно, он сегодня вспоминал обо мне?
Я засыпала, думая о его поцелуях и сильных руках, которые всегда держали меня так бережно.
Король
Не видевшие своего Короля несколько дней приближённые накинулись на меня стаей голодных волков. Мелькнула мысль, не стоит ли по примеру западного соседа переложить все обязанности на подчинённых, а самому предаться праздной жизни. Увы, я привык сам всё контролировать, и такое развитие событий не для меня.
Подписав очередное прошение и два помилования, я задумался. Как там моя птичка? Устроилась ли? Придёт ли меня проведать? А, взглянув на часы, понял, что слишком увлёкся государственными делами и засиделся за полночь. Грустно усмехнулся. За весь день мы с моей малышкой так и не увиделись! Даром, что теперь живём в одних стенах. Нет, так не пойдёт. Король я или кто?
Отпустив всех помощников, решительно направился в покои, выделенные Лире. Бурная жизнь и веселье двора никогда не прекращались, под предводительством и присмотром Тимофея, конечно, но это происходило в парадной части дворца и гостевом крыле, а здесь – блаженный покой. Каких трудов мне стоило вытеснить шум из жилых апартаментов!
Я шёл пустыми коридорами и наслаждался тишиной. По пути встретились лишь несколько слуг, которые, завидев меня издалека, благоразумно отступали к стенам и опускали взгляд. Верно, не их дело, куда спешит Его Величество в такой час.
В слугах я был уверен, всех проверяли тайные службы и лично Роман с командой, а тем, кто прислуживал в жилом крыле, ставили щит на мысли. Проговориться не смогут, но любая неблагонадёжная мысль или намерение оставит отметку на этом щите, и, попадись такой человек мне на глаза, я его сразу замечу.
Я беспрепятственно дошёл до покоев Лиры, через гостевые комнаты прошёл до спальни. Нахмурился. Непорядок! Это что же, кто угодно может нанести ночной визит моей малышке? Завтра же опять приставлю к ней охрану! Я-то надеялся, что во дворце она всегда будет под присмотром. Ну и где её компаньонка? Она получит выговор!
Всё раздражение ушло, стоило переступить порог спальни. Ну вот, я вновь, как мальчишка, как влюблённый глупец, пробираюсь среди ночи в покои любимой. Тихо подошёл к кровати.
Лира мирно спала, укутавшись в одеяло. Боги! Она улыбается во сне! Я невольно улыбнулся в ответ, в груди разлилось тепло. Моя душа. Как прошёл её день? Никто её не обижал? Нестерпимо хотелось обнять, провести по волосам, тронуть губы поцелуем, но я не посмел тревожить её сон. Присел на край постели и долго смотрел на такое безмятежное лицо, а внутри пушистым клубком ворочалась нежность.
Лира
Я открыла глаза, почувствовав чьё-то присутствие. Это присутствие не было тревожным, скорее, уютным и волнительным. В комнате было ещё темно, из-за штор не пробивался свет, лишь на тумбе слабо горел ночник. Я обвела взглядом комнату.
Александр сидел в изножье кровати, прислонившись к резному столбику, и дремал. Его щиты приопустились, что меня и разбудило. В комнате словно стал гуще воздух, казалось, что разум Александра заполнил всю комнату, вырвавшись за рамки щитов, но мне нравилось ощущать его присутствие.
Я смотрела на моего Короля, и внутри откликалась пронзительной нежностью каждая чёрточка родного и такого важного для меня лица. Александр глубоко вздохнул и открыл глаза, в которых не было ни тени сна.
«Я тебя потревожил, прости».
«Нет, что ты, всё в порядке. Я сама хотела
