Угла у стены не было. Ядро попало хорошо, в самый край. Брёвна снесло, только огрызки из земли торчали.
— Пров, скажи им, что пушек на корабле много и одним залпом сметём всех их воинов. А потом и село снесём. Но воевать не хотим, торговать хотим.
После объяснения Прова, переговорщики ушли. Ладно, подождём. Бородатый, по-видимому какой-то начальник, сначала отправился осматривать разрушенную стену. Правда, они здесь все бородатые, но у этого борода очень уж шикарная.
Мы с Провом тоже вернулись на корабль. Мне вытащили кресло на палубу, уселся и принялся ждать. Строй воинов так и стоит у ворот, но видно, что они уже расслабились. Ну, да, слишком долго в напряжении находиться нельзя, поневоле расслабляться начинаешь. Да и не верю я, что дойдёт до драки. Новгородцы ребята, конечно, отмороженные, но не дураки. После демонстрации наших возможностей должны просчитать, что нападать на нас смысла нет. Даже если и смогут победить, то с такими потерями, что их потом любой враг голыми руками возьмёт. Ну, это они так думают. Но я то знаю, что никто из них даже добежать до корабля не успеет.
Ещё час прошёл. Время к обеду, а никаких подвижек нет. Ага, зашевелились. Ворота открылись и все воины скрылись за стеной. Зашли хорошо, не толпясь, пошереножно. Не плохие воины. Но не солдаты. Доспехи разномастные, а у некоторых из всех доспехов только кожаные куртки, даже без нашитых металлических блях. Оружие тоже у всех разное. У кого копьё, у кого меч, кто-то с боевым топором. Да и дисциплина всё-таки хромает. Уходили за ворота хорошо, но лёгкую толчею создали. Нет, не солдаты. Видно, что воины опытные и смелые, но мои мушкетёры их порвут. Просто за счёт тренированности и класса. Ну, это и понятно: они воины по необходимости, а так-то они торговцы, охотники, рыбаки. А у меня профессиональные солдаты, которые всё время проводят в тренировках и учениях. А эта экспедиция для моих людей вроде отпуска — целыми днями на кроватях валяются и по палубе бродят. Нет, учения-то я в пути постоянно проводил. Но что это за учения? Мушкетёрам выстроиться вдоль бортов, пушкарям подготовить к стрельбе пушки, штурмовикам организовать резервную группу. И всё. Добился, конечно, что всё выполняли автоматически, не раздумывая, но больше чем на час в день занять их не получалось. И в самом деле курорт. Это не грязь в поле месить и пушки на горбу тягать.
Из ворот вышли двое — давешний бородач и ещё один мужичок, не одоспешенный, только нож на поясе. Пошли прямо к кораблю. Забрались по сходням на палубу и подошли ко мне. Я, естественно, поднялся из кресла. Я, конечно, граф, но уважение к хозяевам проявить не помешает. Рядом Пров за переводчика, Элдрик и парочка штурмовиков. Специально их задействовал в качестве телохранителей — очень уж у них вид внушительный. Как телохранители они полный ноль, Элдрик с собой парочку настоящих телохранов прихватил, но они стоят чуть поодаль. Снова поздоровались и я пригласил их на обед. Кочевряжиться гости не стали и прошли в мою каюту. За стол сели впятером: я с Элдриком и Отто и они двое. Пров за моим креслом.
Блюда простенькие: каша на сале с мясом. Мясо сушеное, но разварилось не плохо и не жёсткое. Солёная рыба. Хлеб, вино. Бедненько, конечно. Зато все приборы серебряные. А тарелки и кубки вообще из толстого стекла. Тарелки синего цвета, а кубки красного. Гости почти не ели, а с восхищением рассматривали тарелки и кубки. По нынешним временам это огромная редкость. И дорого неимоверно. Ну а почему бы пыль в глаза не пустить?
Пока ели, ни о чём почти не разговаривали. Так, пустая болтовня. О случившемся недавно противостоянии не было сказано ни слова. Ну, так даже и лучше. А то начнём друг другу претензии предъявлять — там и до ссоры не далеко.
Пока мы обедали, из трюма достали все образцы товаров и разложили их на палубе. Так что сразу после обеда вышли из каюты и я предложил гостям осмотреть наш товар. Бородач глава поселения, а второй, приказчик какого-то боярина из Новгорода, так что в торговле оба должны понимать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тут уж за них взялся Отто. Переводчиком у него паренёк из Чернигова, Варлам. Хотя, он мне как-то говорил, что и сам понимает речь русичей, но не очень хорошо. Ходил когда-то с ганзейцами в Новгород. Правда, всего пару раз, но в памяти всё равно кое-что осталось.
Товара у нас не очень много, но весь товар очень ценный. Железо сейчас очень дорого. А у меня товара из плохого железа и нет — сталь и чугун. Полный доспех из стали. Мы такой в Кастилию возим. Мечи, секиры, кинжалы, наконечники для копий и стрел. Всё из прекрасной стали. Скобяные изделия и тоже из стали. Плотницкий и слесарный инструмент. Чугунные изделия для домашнего обихода. Листовое стекло, несколько небольших зеркал и стеклянная посуда.
Отто сцепился с обоими новгородцами. Пока не кричат друг на друга, но и до этого дойдёт — торговля она такая. Ушёл в каюту. Невместно мне присутствовать при ругани торговцев, хотя и интересно было. Но я граф, боярин по ихнему, и опускаться до ругани мне нельзя. Хотя торговать можно. Все новгородские бояре занимаются торговлей и это их ничуть не смущает. Но не сами, для этого приказчики есть. Вот и у меня приказчик — Отто. Для новгородцев это ясно и понятно.
Я новгородцев сразу предупредил, что это всё только образцы товаров. Если они их заинтересуют, то следующим летом придёт пара кораблей и привезёт столько товара, сколько они закажут.
К вечеру местные ушли и Отто явился для доклада. Весь наш товар он пристроил и по очень хорошей цене. Меняет всё на меха и рыбий зуб. А больше ничего ценного у местных и нет. Ну, так мы за этим сюда и шли. Новгородский приказчик, как только получит наш товар, уйдёт в Новгород с караваном. Доложит боярам, покажет образцы и в следующем году будет ждать нас здесь же. Но товара просит привезти побольше. А ещё очень просит наших пушек и мушкетов. Ну, это они обломаются. Я помню, как они нас встретили. А будь у них пушки? Здесь долго не раздумывают, как я понял, сразу в драку лезут. Нет уж, обойдутся пока.
Единственно, что плохо — товара на обмен у них не хватает. Меха, добытые зимой уже отправили в Новгород. Есть, конечно, кое-какой запас, но мало. Даже если прошерстят ближайшие селения, всё равно нужного количества не наберут. Нет, если недели на две задержимся, то всё подберут, но сидеть здесь две недели? На фиг. Решили с Отто, что задержимся здесь дня на три, заберём всё, что они найдут, а остальное отдадим на реализацию. В нашем товаре они заинтересованы, так что, думаю, не обманут. Да и не дураки же они, понимают, что в случае обмана мы разнесём все прибрежные посёлки, но своё возьмём.
На следующий день началась настоящая торговля. На телегах привозили тюки с мехом, связки моржовых клыков, а увозили металл с корабля. Последним забрали стекло и зеркала. Всё тщательно замотано в тряпки, обложено сеном. Отто им порекомендовал сколотить ящики из досок и в них уже везти. А то ведь побьют всё — дорога длинная и сложная.
Новгородцы забрали всё. И облизывались на доспехи штурмовиков. Но молча. Было бы у них чем платить, то, думаю, замучали бы своими предложениями. Но сейчас только с завистью поглядывали на доспехи. Но и так были несказанно рады. А бородач как вцепился в одну из секир, так и не выпускал её из рук. А один из мечей, катцбальгер, сразу нацепил себе на пояс. Соображает, к секире как раз подойдёт, как вспомогательное оружие. Понимаю, разве сравнишь оружие из хорошей стали с мечами и топорами из плохонького железа? Наверняка на Руси есть и качественное оружие, но мало того, что оно стоит немеряно, так попробуй его ещё найди. Уж здесь-то, наверняка, такого нет.
В само село не ходили. Там, вроде, была корчма, но мне бухать не хотелось, а солдатам и морякам там делать нечего. Отношения с местными пока как следует не наладились, напряжение оставалось. При разрушении стены пострадали люди. Никого, слава богу, не убило, но раненые были: кого-то обломком бревна приложило, кого-то щепой посекло. Одной бабе щепка аж в задницу воткнулась — не смертельно, но очень обидно. Так что отношение к нам было не однозначное. Вроде и торгуем уже, но обида у некоторых осталась. А народ здесь своеобразный: свободолюбивый и слегка анархичный. К главе поселения относятся с уважением, но могут и послать, если что не по нраву придётся. А в корчме, в подпитии, всякое может случится. В дальнейшем, думаю, всё плохое забудется и с местными и подружиться можно. Здесь в основном моряки живут, с моими моряками общий язык наверняка найдут.
