Читаем без скачивания Да скроется мгла! - Фриц Лейбер

Изгонители вступили на площадь под гомон возбужденной толпы. К тому времени Мегатерлолис уже наводнили слухи о могущественности сверхъестественных сил, о пришествии Сатаны, который поднялся из ада, чтобы бросить вызов Великому Богу.

Еще рано утром пронеслась весть, что Иерархия очистит ото зла дом. Давно пора, думали жители, ведь «дом с привидениями» — пережиток Золотого Века, прибежище Сатаны и его приспешников. И не важно, насколько тяжелым и утомительным будет ожидание. Эта игра стоила свеч, ведь не всякому доводилось присутствовать на столь ошеломительном спектакле с демонстрацией колдовских ритуалов.

Сопровождаемая музыкой, помпезная процессия заклинателей была оформлена ярко и празднично, дабы вызвать прилив воодушевления предстоящей борьбой с силами тьмы.

Впереди важно ступали четверо молодых священников. Высокие и красивые, как ангелы, они привлекали всеобщее внимание. Каждый из них нес перед собой сверкавший Карающий жезл. За ними следовали два дьякона с кадилами, которые распространяли приторный запах ладана. Следом шествовал священник, несомненно принадлежавший к высшей когорте. Довольно маленького роста, полный, он двигался, гордо выпячивая грудь и высоко задирая подбородок, что придавало его лицу выражение надменности и суровости. Позади него следовала толпа священников. Некоторые из них имели отличительные знаки Четвертого круга с изображением свернувшейся клубком змеи. То, что они несли в руках, вызывало благоговейный трепет толпы. Это были глобусы, поблескивающие в лучах солнца, трубы, канистры и причудливой формы металлические прутья — все украшенные драгоценными камнями и расписанные священными символами. Замыкали процессию четверо мрачного вида священников, толкавших впереди себя нечто, напоминающее гигантскую раковину улитки. Они установили этот предмет и, направив его к вершине невысокого холма на заброшенных землях, отошли в сторону.

Толпа не могла оторвать глаз от диковинного прибора. А священники тем временем продолжали свою таинственную работу. Они чертили в воздухе какие-то замысловатые линии, а прибор вторил их движениям. Он медленно разворачивался, приминая бурую траву, и наконец остановился, вытянув острый конец в сторону дома с привидениями. Среди жрецов словно из-под земли вырос дьякон Дез в черном облачении. От неожиданности толпа испуганно смолкла.

Диковинный прибор напоминал теперь большую плотно закрытую глубокую чашу. Вокруг нее расстилался белый пушистый туман. Он таял медленно, оставляя за собой вымерзшую траву. Стоявшие в передних рядах почувствовали надвигающуюся волну ледяного холода. Какой-то любопытный сорванец сунул руку в эту молочную дымку, и в то же мгновение кожа на его пальцах потрескалась и повисла лохмотьями. Из толпы раздался пронзительный женский крик. Люди заволновались.

Музыка заиграла громче прежнего и внезапно оборвалась. Толпа затихла. Полный ощущения собственной значимости молодой священник гордо зашагал к дому с привидениями, неся наготове Карающий жезл. Затаив дыхание, люди наблюдали за происходящим.

— Дьявольское место! — зычно прокричал он. — Твой смрад оскорбителен для обоняния Великого Бога! Содрогнись, Сатана! Трепещите, Демоны Зла! Смотрите, я ставлю клеймо Иерархии на вашем логове!

Он остановился напротив дряхлой покосившейся двери. От вытянутого жезла исходило фиолетовое сияние того же оттенка, что и нимб над его головой. Медленно и осторожно он очерчивал горящий магический круг над дверью.

Неожиданно, не завершив ритуала, жрец решил заглянуть в дверной просвет. Что-то необычное привлекло его внимание, и, приоткрыв дверь, он просунул голову внутрь. Старые доски дрогнули, и дверь с силой захлопнулась, сдавливая мертвой хваткой шею священника. Тот содрогнулся, задергался, и фиолетовые лучи, испускаемые жезлом, заплясали, поджигая траву у дома.

В ответ на это в толпе раздались сочувственные вздохи, испуганные возгласы и даже истеричный смех.

Трое молодых священников бросились на выручку. Один из них поднял оброненный жезл. Все вместе они изо всех сил старались отворить дверь или сломать ее, но им удалось лишь слегка деформировать стену, которая оказалась сделанной из податливого, но упругого материала, напоминающего гуммиэластик. Однако их помощь опоздала.

Неожиданно дверь распахнулась сама, и священники отпрянули назад, на дымящуюся траву. Один из них, опомнившись раньше других, метнулся в дом и скрылся в темноте. Дверь с шумом захлопнулась за ним. Дом затрясся изнутри. Его драные стены вздулись, распрямляясь, и по ним прокатилась легкая рябь. Одна из стен неимоверно растянулась, другая сжалась. Окна втянулись в толщу дома, а затем одно из них вновь появилось и, раскрываясь, извергло из себя молодого священника — как будто дом распробовал его, подержал во рту и выплюнул обратно. Падая, юноша приложил все усилия, чтобы не разбиться, и благодаря своим стараниям мягко приземлился и легко вскочил на ноги. В толпе послышались смешки.

Теперь дом стоял неподвижно. Во всеобщей суматохе священники невозмутимо продолжали готовить свои инструменты. Двое из них вопросительно посмотрели на Деза, ожидая дальнейших распоряжений.

Никто из изгонявших не чувствовал себя таким несчастным и никчемным, как брат Чуман. И почему он всегда попадает в подобные истории? Он знал о происходящем не больше любого простолюдина, оказавшись здесь по злой прихоти Деза. Ах, если бы он вчера не забылся и не обидел жестокого сухощавого дьякона!

Молодые священники все еще стояли у дверей призрачного дома. Забыв обо всяких приличиях, они возбужденно спорили. Побывавшему внутри пришлось отвечать на множество вопросов.

— А кто, окажись на моем месте, не бросился бы туда? — распалялся священник. — Я увидел две убегающие босые ноги… Да, я вам точно говорю, только две маленькие ножки и ничего более. Должен же я был знать, куда они направляются! А когда за мной захлопнулась дверь, множество омерзительных зверюшек, гадко кривляясь, окружили меня. Они вели себя так, будто я был для них чучелом из соломы и опилок. Они щипали меня и дергали за волосы. Любой из вас не выдержал бы этого! А ведь мне так хотелось настичь и поймать хотя бы одну из них!

— Так почему же ты стремглав выпрыгнул из окна?

— Да это все треклятый дом! Вдруг эти его странные обитатели исчезли, а он начал раздуваться и раскачиваться. У меня под ногами вздыбился пол, и я был отброшен к стене. Стена толкнула меня в дальний угол. Я не смог удержаться на ногах и упал. И снова пол подбросил меня. Не помню, как я оказался наверху. Стена разверзлась, и меня вышвырнуло в образовавшееся в ней отверстие. Я ничего не мог сделать!

Чуману не хотелось больше слушать этого молодого священника. Уж слишком это действовало на нервы. И зачем Иерархия выставляет себя на посмешище перед толпой? Конечно, дьякон быстро усмирил людей, но в душе они все-таки смеялись!

В сопровождении священников Дез выступил вперед и торжественно произнес:

— А теперь, когда архиепископы наставили нас на путь истинный, мы выполним некоторые инструкции, данные нам Верховным жрецом Гонифацием.

— Данные тебе, ты это имел в виду? — с горячностью, свойственной молодости, возразил один из священников. — Мы все получили приказы Экспертного центра и Высшего Совета. И будем продолжать операцию, как было решено.

Дез бросил равнодушный взгляд на говорившего и продолжал:

— Я думаю, это не обычный дом и его нельзя будет так запросто разрушить. Боюсь, мы ведем своего рода войну, ваше преподобие. А война — это нечто такое, что только самый никчемный и безумный дьякон может думать, что не замарает в ней рук. Укрепи-ка энтропийный распылитель, брат Сафл.

Длинный светлый проектор был тут же прикреплен к контейнеру, заранее установленному позади Деза. Брат Чуман почувствовал невыносимую тяжесть бытия. Он потихоньку отошел в сторону, чтобы не заметили, как он трясется от страха.

— Кратковременное умеренное распыление надо всем домом! — командовал Дез. — Для внешних стен уже достаточно. Теперь прямо и на полную мощь. Мы сами сделаем себе дверной проем. Готовы?.. Очень хорошо. Скажи нам что-нибудь, брат Япет!

Голос Япета был сладок до приторности.

— Пусть воды Мира Совершенства заполнят это место. Пусть усыпят его и утихомирят. Пусть изгонят отсюда всякое сомнение и зло.

Тут раздалось слабое скрежетание на невыносимо высокой ноте, напоминающее царапанье стали по стеклу. Это заработал энтропийный распылитель. Лучи света на лету превращались в снежинки и кусочки льда. В кружащейся метели дом исчез, окутанный снежным покрывалом. Отовсюду веяло арктическим холодом.

Люди в толпе сгрудились, прижимаясь друг к другу. Кое-кто отбежал подальше.

Световая дорожка сузилась; ее энергию теперь направили на двери дома. Когда дверь покрылась тонким слоем льда, скрежетание прекратилось. Один из священников подошел к ледяной сверкающей глыбе, в которую превратился дом, и слегка ударил Карающим жезлом. Промерзшие стены заскрипели, и по ним пробежала трещина, , образовав большой неровный проем. Жезлом священник начал крошить и сбивать острые осколки льда вокруг пробоины Стены дома звенели как сосульки при каждом прикосновении.