маленькая и темноволосая, и даже когда все девчонки ходили с длинными прямыми волосами, у Анджелы были кудряшки и завитки до пояса – иссиня-черные и блестящие. Может, на ком-то другом такая грива выглядела бы так себе, но у Анджелы было такое лицо, что она осталась бы удивительно красивой, даже если бы ей вздумалось побриться налысо. Но я-то хорошо ее знал и поэтому мог не обращать на всю эту красоту внимания.
– Привет, Андж. Ты тут с Кертисом?
Я хотел посыпать ей соль на раны: Кертис был первым парнем, которого она захотела, но не смогла заполучить. Лицо ее на секунду исказилось, она обозвала меня разными словами и кинулась прочь. Спокойным нравом она не отличалась.
– Кто она? – спросила Кэти. Интересно, она ревновала? Я надеялся, что да.
– Я с ней раньше встречался, – сказал я.
Кэти равнодушно посмотрела вслед Анджеле.
– Выражается она мило, настоящая леди, – заметила она.
Меня царапнуло, что Кэти совершенно не ревновала к Анджеле – ни из-за ее красоты, ни из-за того, что я с ней встречался. Кэти первая из всех моих девчонок не боялась, что ее затмит другая. Я не знал, что и думать об этом. В конце концов, я решил, что это показывает, что Кэти умнее большинства девчонок. Я больше не волновался, что ей понравился Марк. Я сразу вижу, когда девчонке понравился парень: про Анджелу я сразу всё понял, стоило ей взглянуть на Кертиса, а Кэти, я видел, Марк нравился только как брат парня, которым она интересуется. Кэти нравился я – это было ясно.
Она хорошо танцевала, мы почти ни одной песни не пропустили. Было так весело, что я совсем забыл, что собирался сходить в машину Терри за пивом. На вечеринке был коп (так было положено), но он не обращал внимания на чуваков, которые шарились вокруг пьяные. Он должен был следить только за тем, чтобы народ не переубивал друг друга.
Судя по всему, это ему тоже удавалось так себе, потому что внезапно музыку заглушил чей-то крик с задней парковки. Все ломанулись туда – посмотреть, что произошло, а я не стал. Терпеть не могу людей, которые пробираются на место аварии, всех расталкивают и пялятся. Я даже не останавливаюсь посмотреть на драку, если не знаю лично тех, кто дерется.
– Давай не пойдем, – сказал я.
Кэти кивнула.
– Ладно.
И тут сквозь толпу к нам пробился Кертис. Очевидно, он участвовал в драке: лицо у него было в крови, одна губа порезана. «Брайон! – крикнул он, – Скорей! Марк ранен!»
Я похолодел. Марк был ранен. Я проложил себе путь сквозь толпу; я парень крупный, так что когда мне надо пройти, мне это удается. На парковке кругом стояли люди, их я тоже растолкал. Марк лежал на земле без сознания, с одной стороны лицо у него было всё в крови. Я встал на колени и склонился над ним.
– Марк? – позвал я, но он не пошевелился. Он был в отключке. Я вытер кровь с его лица своей рубашкой. Кровь текла из глубокой раны у него на виске, но других повреждений видно не было.
Кертис нагнулся над Марком с другой стороны.
– Он в порядке?
Я помотал головой.
– Кто-то позвонил в скорую?
Он кивнул.
– Да, вроде, коп вызвал по рации.
Тут я вспомнил про копа и огляделся. Он стоял неподалеку, только-только надел наручники на какого-то парня и теперь рассказывал ему о его правах.
– Это он сделал? – спросил я, и парень в наручниках посмотрел на меня. Он услышал.
– Да, – сказал Кертис.
Я посмотрел прямо на парня и сказал ему:
– Чувак, ты труп, лучше сразу смирись с этой мыслью. Я доберусь до тебя, и тогда ты труп.
Я говорил серьезно, я был просто в бешенстве, а парень просто отвел взгляд, как будто ему пофиг. На самом деле он струхнул, я-то видел.
– Он метил в меня, – сказал Кертис. – Если это имеет значение.
– Если б он до тебя добрался, я был бы только рад, – сказал я.
На самом деле нет, но я был очень расстроен в этот момент. Кертис криво усмехнулся, он явно понимал ситуацию. Похоже, он начинал мне нравиться.
– Что случилось?
Кертис покачал головой.
– Не знаю. Мы с Марком просто сидели в машине, и тут появляется этот чувак и лезет ко мне. Не знаю, с чего, я его никогда раньше не видел. Он полез ко мне, я отскочил – ну и началось. Этот тип хватает бутылку от пива, которую Марк бросил на траву, и направляется ко мне. Тут Марк встает между нами и говорит: «Эй, чувак, дерись по-честному». И парень просто смотрит на него и ни с того ни с сего как врежет ему по голове. Тут прибежали копы, очень вовремя, – саркастически добавил он.
Когда я снова посмотрел на парня в наручниках, он разговаривал с Анджелой. Меня осенило. Это она наняла этого парня, чтобы он прикопался к Кертису – не могла ему простить, что он ее не замечает. И тут я передумал. Я буду иметь дело с ней, а не с бедным парнем, которого она выбрала своим орудием.
– Ты знаешь Анджелу Шепард? – спросил я у Кертиса.
Он покачал головой.
– Нет. Я неплохо знаю ее братьев, а с ней никогда особо не пересекался.
Он говорил правду. Он действительно не знал, что Анджела гоняется за ним, наверное, думал, что я взъелся на него просто так, без причины.
– Причем тут Анджела? – спросил он.
– Потом объясню.
Марк слегка пошевелился и застонал.
– Марк, – мягко сказал я, – слушай, ты не шевелись, просто лежи спокойно. Сейчас отвезем тебя в больницу.
Марк открыл глаза. Зрачки были такие огромные, что золотой ободок вокруг них еле виднелся. Я взял его ладонь, она была как лед. Марк смотрел прямо перед собой и, казалось, не слышал меня и не видел. Я забеспокоился.
– Что с ним такое?
– Шок, – сказал Кертис. Он снял куртку и укрыл Марка. Я был без куртки, а то бы сделал то же самое. У Марка всё еще шла кровь, мне не удавалось ее остановить. Казалось, скорая не приедет никогда.
Когда она появилась, я поехал с Марком. Он наконец узнал меня.
– Брайон? – он издал что-то среднее между смехом и стоном. – У меня всё болит.
– Лежи тихо, – сказал я. Я чуть не плакал, впервые за много лет. Я очень волновался за него.
– Слушай, Брайон, –
