Читаем без скачивания Хантер - Элис Маст

Я подошла к мишени и оглядела все стрелы. Одни упали от поражения, другие свисали, болтаясь «на волоске». Одна стрела, разрезанная ножом, так и осталась в мишени. Нож практически вошёл в цель, но остановился в миллиметре, зацепившись за металлический наконечник стрелы. Вытащив стрелу, я увидела, что нож так и не упал, оставаясь в металлических оковах стрелы. Я оставила её себе на память как знак того, что когда-нибудь и у меня получится точно так же.

– Развлекайся! – бросил Хантер через плечо, передавая мне нож и отходя на несколько метров от мишени.

Отойдя на такое же расстояние, я прицелилась, кинула нож, но промахнулась.

– Позови меня, когда у тебя начнет получаться, – сказал он и удалился.

Интересно, когда я смогу попадать в цель? Такое чувство, что никогда. Я попадала куда угодно, но только не в цель. Нервничала, бесилась, злилась и даже пару раз всплакнула. Ничего не получалось: ни лук, ни нож. Проходили дни, но успех не приходил. Я даже стала плохо спать, думая об этом. Я должна попадать в цель. Должна. Через месяц все мои старания с ножом дали плоды. С луком я пока не справлялась.

Однажды на рассвете, когда я уже практически подошла к нашей поляне, я вдруг почувствовала, как что-то резко ударило мне в грудь. Опустив голову, я увидела ярко красное пятно на груди.

– Ты убита!

Я попыталась что-то сказать в своё оправдание, но Хантер махнул рукой:

– Ты не можешь говорить, ты мертва!

Я нахмурилась:

– Конечно! Я же не ожидала, что в меня будут стрелять.

– Ты должна быть готова ко всему. Везде. В любое время! Представь, что это не краска, а настоящие пули.

Если бы Хантер на самом деле решил стрелять в меня настоящими пулями, то я бы уже умерла как минимум сто раз! Я не успевала среагировать, как яркое пятно красовалось у меня на груди, на спине, на кепке. Весь костюм был в разноцветной краске. Я не могла ничего с этим поделать и только слышала каждый раз его приговор: ты мертва, ты убита. Мне даже стали сниться кошмары, в которых я только и слышу: «Я убил тебя», «Ты умерла». Иногда я просыпалась в холодном поту и кричала.

Мы продолжали тренировки. В подвале. В лесу. Что-то получалось, а что-то нет. Я все силы тратила на это. Но отдачи пока не было. Были только боль и поражения. Эмоции захлёстывали. И я была уже готова всё бросить и убежать, куда глаза глядят.

Но я должна терпеть. Должна научиться контролировать чувства, эмоции. Хантер оказался очень жестоким учителем. Он не щадил меня. То, что я девушка, вообще в расчёт не принималось. Он обращался со мной, как с равной. Я продолжала терпеть. Терпела и училась. С каждым днём я познавала новое и новое. Это затягивало. Оружие вообще манило меня. Мы много занимались в лесу. Стреляли по мишеням. Нож. Лук. Получалось плохо. Но я совершенствовалась. Прицел настраивался. Цели достигались.

Глава 5

Мы жили на окраине в спальном районе, дальше лес и река. Каждые выходные мы ходили на охоту. Это было отличной тренировкой выносливости, терпения и сосредоточенности. Иногда мы могли весь день пролежать в засаде, ни разу не пошевелившись. Иногда часами бродили в поисках хоть какой-то дичи. Охотились в основном на диких уток, гусей и куропаток.

Поначалу у меня плохо получалось. Я не попадала в птиц. Я скорее слегка «трепала» им перышки. Не могла сосредоточенно лежать на одном месте. Мне вечно что-то мешало или отвлекало. Иногда не хватало сил сидеть, не двигаясь, много часов подряд.

И как ему это удается? Годы тренировок? Почему он так невозмутимо спокоен, я иногда поворачиваюсь к нему и прислушиваюсь, дышит ли он вообще. Он лишь иногда сурово взглянет на меня и продолжает так же спокойно сидеть или лежать, не меняя положения.

Постепенно и я научилась быть тише воды и ниже травы. Очень часто мы могли порознь охотиться и встречаться где-нибудь в лесу, а потом сравнивали добычу друг друга. У Хантера всегда было на пару убитых куропаток больше. Это даже напоминало соревнование, и я всегда стремилась победить. Но, увы, безрезультатно. Всё потому, что я чаще промахивалась, чем попадала в цель.

Во мне просыпался уже спортивный интерес. Я себе давала задание: сегодня убить пять уток, или за час выследить и убить трёх кроликов и так далее. Хантер каждый раз говорил, что у меня получается всё лучше и лучше.

Особенно хорошо у меня получалось стрелять из рогатки в маленьких птиц возле дома. Приходилось добычу отдавать местным котам. Они поначалу боялись подходить. Фыркали, пищали и недоброжелательно поглядывали, пока не поняли, что я им не враг. И теперь каждое утро возле моего дома стали собираться местные коты-отшельники в ожидании деликатесов. За домом у нас было дерево, и на нем стаями сидели ненавистные мне птицы, которые мешали мне своим чириканьем. Вот на них мы с котами и охотились. Я стреляла, а коты бежали за упавшей добычей. Мы хорошо сработались. Котов было то больше, то меньше, но трое постоянно бродили возле нашего дома. На рассвете они поджидали меня с пробежки, усевшись на крыльце в ряд и облизывая свои голодные мордахи, а вечером, так же усевшись в ряд, дожидались, когда я вернусь из школы. Хантеру поначалу они не нравились, но потом мы к ним привыкли. Я даже купила в магазине для животных миски для воды и поставила их на заднем дворе. Всухомятку есть ведь не очень полезно. Коты за воду блаженно меня благодарили своим тихим урчаньем.

– Привет, Энни, Джек у себя? – я подняла голову, ко мне приближался Фил Робенсон, сосед, живший через дорогу. Когда Фил узнал, что мы с Хантером иногда выезжаем в лес охотиться, то просто пищал от радости, что у него теперь будет с кем ездить на охоту. Я сначала насторожилась, а Хантер, наоборот, порадовался, мол, так будет даже и веселее.

– Ты завтра с нами в лес или как? – спросил Фил и остановился возле ступенек.

– Да, конечно. Джек в гараже, готовит машину на завтра. Загляни туда.

– Лук берешь с собой в этот раз? – Фил заулыбался.

– Думаю, возьму, я, кстати, уже хорошо стреляю. Эй, и не надо закатывать глаза! – Я встала со ступенек, а рыжий кот недовольно спрыгнул с моих коленей на землю, зевнул и пошагал прочь.

– Да, да, завтра и увидим. В прошлый раз ты даже толком тетиву не могла натянуть, – смеясь, он направился к гаражу.

– Прошлый раз был два месяца назад, а теперь я почти профи по стрельбе из лука, – я шла следом за ним, предвкушая завтрашнюю охоту. Фил, конечно, не догадывался об истинных мотивах стрельбы из лука, но не был удивлен, когда впервые увидел меня с ним во время охоты (я иногда брала его, чтобы потренироваться, пока они с Джеком долго выслеживали дичь).

Вообще, Фил был неназойливым человеком. Они с женой жили напротив нас в небольшом коттедже, держали собаку, лабрадора по кличке Тень. Фил всегда брал собаку с собой, она помогала доставать уток из озера. Мне собака очень нравилась: такая же тихая и спокойная, как хозяин. Его жену я практически не видела. Она постоянно работала и редко бывала дома, как, впрочем, и Фил: он тоже часто подолгу работал и не всегда выезжал с нами поохотиться, но раз в два месяца мог себе позволить это удовольствие.

– Привет, Джек, ну что, всё готово? – он пожал руку Хантеру и заглянул в багажник.

– Вроде готово. Отправляемся в три часа.

– Хорошо, у меня тоже почти всё готово, так что в три я буду вас ждать. Едем как обычно?

– Да

– Ну и отлично. Будет весело, особенно, если учесть, что Энни будет с луком, – он подмигнул мне.

– Я думаю, она должна нас удивить, – оба засмеялись, а я закатила глаза.

– Ладно, ладно, Энни, надеюсь, у тебя уже получается намного лучше, завтра мы оценим твои успехи, – Фил махнул рукой и отправился домой.

Я тоже отправилась в дом. Нужно хорошенько выспаться: дорога дальняя. Мы всегда, когда ездили с Филом, старались уезжать подальше. Там, где больше дичи, есть за кем поохотиться. В этот раз едем в лес недалеко от города Трой, мы там уже были несколько раз. Ехать примерно часа три – четыре, зависит от загруженности дорог. В выходные многие не хотят сидеть дома.

На рассвете лес завораживает. Тихо, спокойно, от свежего воздуха кружится голова. Пахнет сыростью и мхом. Вдалеке стучит дятел, нарушая тишину. Потихоньку крадусь, боюсь спугнуть птицу, за которой уже наблюдаю минут пятнадцать. Пот маленькими каплями выступил на лбу. Натягиваю тетиву, затаив дыхание. Стрела летит со скоростью звука и… мимо.

– Чёрт! – почти шёпотом выдыхаю я.

И таких штук пять неудачных попыток. Сегодня не мой день. Хантера с Филом не слышно, наверное, ушли вглубь. Интересно, сколько куропаток они уже подстрелили?! Так не хочется слышать их насмешки. А они обязательно будут надо мной смеяться, ведь у меня пока ноль. Ружьё я принципиально не взяла: мне нужно было тренироваться стрельбе из лука. Из ружья я хорошо стреляла, почти без промахов. И почему у меня никак не получается стрелять из лука, ведь это не так сложно! Я глубоко вздохнула, подняла голову вверх и закрыла глаза. Тишина. Лишь только вдалеке раздается еле уловимый стрекот, свист и монотонное постукивание. Я стояла неподвижно минут двадцать-тридцать, мне не хотелось никуда уходить. Я ни о чём не думала, просто наслаждалась тишиной и спокойствием. Резкий хруст и треск раздался неподалеку от меня. Я быстро повернула голову, порыв ветра сдул с моего лица волосы, и я увидела, как осторожно пробирается олень. Это была самка, примерно 150—160 фунтов весом. Она не видит меня и не чувствует. Ветер дул в мою сторону. Я присела и огляделась по сторонам. Ни души, только я и она. Она осторожно проходила между деревьями, жуя траву и периодически оглядываясь и принюхиваясь. Моё сердце забилось чаще. Я подождала, когда она подойдёт ближе, и натянула тетиву. Затаив дыхание, я стала выжидать нужного момента. Я не слышала ничего вокруг себя, только я и она, биение моего сердца и её размеренное дыхание. Она опустила голову, как вдруг встрепенулась и насторожилась. Я натянула тетеву до упора и готова была уже выпустить стрелу, как вдруг камень, стукнувшийся об дерево, спугнул животное, и оно умчалось, скрывшись в кустах. От неожиданности я выпустила стрелу и она попала в куст, как раз туда, где всего несколько секунд назад была моя добыча.