Василий родился в 1906 году в семье полковника (в дальнейшем – генерал-майора) Оренбургского казачьего войска Василия Дмитриевича Тырсина. К началу Гражданской войны Василий обучался в Оренбургском Неплюевском кадетском корпусе, в составе которого в 1919 году был эвакуирован в Иркутск. Сюда же выехал его отец, позднее, в ноябре 1920 года, скончавшийся от порока сердца. Василий закончил в Иркутске советскую школу и уехал в 1922 году к матери в Семипалатинск. Работал некоторое время на строительстве Белегачского шоссе, затем перебрался в Благовещенск, откуда в ноябре 1923 года ушел за границу, в Маньчжурию. Решив продолжить прерванное образование, Василий выехал в Шанхай, где поступил в Хабаровский кадетский корпус. Последний выпуск Хабаровского кадетского корпуса, в составе которого был и Тырсин, состоялся в сентябре 1924 года, после чего оставшийся кадетский состав Хабаровского и Сибирского корпусов был отправлен в Сербию. Тырсин уехал в Кантон (Гуанчжоу) и поступил на службу в португальскую речную полицию, однако вскоре уволился и нелегально на французском пароходе отправился в Марсель. Во Франции Василию пришлось много и тяжело работать (матросом, сельскохозяйственным рабочим, рабочим-сборщиком на автомобильном заводе «Рено»), к тому же мучила тоска по родине. Летом 1926 года он обратился в советское консульство с просьбой дать ему возможность вернуться в Россию. Разрешение было получено, и осенью того же года он прибыл к матери в Оренбург.
Тырсин В. В. ГАХК
«Вояж» Тырсина не остался незамеченным ОГПУ. Вероятно, он был завербован в качестве агента для дальнейшей работы в Китае. Иначе чем объяснить его выезд по приказу ОГПУ в Кызылорду, где он некоторое время, не имея соответствующей квалификации, служил архивариусом в Центральном архиве Казахстана, позднее в алма-атинском отделении того же архива. Летом 1927 года он, будучи уволен из архива по сокращению штатов, побывал в Киргизии, затем перебрался в Забайкалье, где перешел границу в районе станции Маньчжурия.[97] Можно предположить, что с советской разведкой он прервал всякие связи, остается вопрос – когда?
В сентябре 1927 года Тырсин поступил на службу в Шаньдунскую армию генерала Чжан Цзунчана, два месяца служил вахмистром на бронепоезде «Шаньдун», потом оставил службу и уехал в Шанхай. Летом 1928 года он по рекомендации шанхайского Казачьего союза устроился в Отдельный русский отряд Шанхайского Волонтерского корпуса в чине капрала. Однако вскоре сбежал, не выполнив условий подписанного им контракта, с намерением выехать в Японию в качестве боксера.[98] После возвращения из Японии Тырсин в компании с неким Ланге открыл в Шанхае частную автомастерскую, которая вскоре прогорела, и Василий был вынужден искать другой заработок. Он уехал в британский Гонконг, где поступил на службу в английскую морскую полицию, находился в охране торговых пароходов на линии Шанхай – Сингапур. Пиратство в те годы было очень распространенным явлением в Китае, немало русских, особенно бывших военных, нашли себе здесь работу. Некоторые погибли в стычках с пиратами. Дополнительным доходом некоторых полицейских являлась контрабанда. В 1932 году Тырсин был изобличен в провозе контрабанды и приговорен английским судом к огромному штрафу в пять тысяч гонконгских долларов. Не имея средств выплатить штраф, неудачливый контрабандист провел десять месяцев в тюрьме. Выйдя на свободу, Тырсин несколько месяцев жил в Шанхае, работал во французской трамвайной компании, а в августе 1933 года уехал в Маньчжоу-го.
В Маньчжурии он сначала служил в охранном отряде Мукден-Гиринской железной дороги, позднее в поселковой полиции и пограничной охране в Трехречье (был начальником пограничного поста в Келари). После расформирования русского погранотряда осенью 1934 года Тырсин работал переводчиком в японской жандармерии поселка Драгоценка, административного центра Трехречья, и агентом Военной миссии под прикрытием службы в частных японских фирмах.[99] Своим крутым нравом и жестокостью он быстро приобрел дурную славу в трехреченских поселках. По свидетельствам А. М. Кайгородова, выведшего на страницы своих печатных работ немало бытовавших в эмигрантской среде легенд и слухов, Василий, «будучи отменным садистом, что не вязалось с его ангельской внешностью, быстро пошел в гору. На совести Тырсина трое расстрелянных поселян из Трехречья – Ивачев, Патрин, отец Александр. Их обвиняли в сотрудничестве с Советами. Во время допроса Тырсин сорвал с отца Александра крест и его тяжелой цепью бил по глазам арестованных. Его же заслуге приписывают длительные тюремные сроки в страшной цицикарской тюрьме трехреченских казаков Антипьева, Молокова, Коломыльцева и Власова».[100]
Кроме того, Тырсин участвовал по крайней мере в одной диверсионной вылазке на территорию советского Забайкалья. Группа в составе Тырсина, Гордеева и Гольцова (последний являлся членом ВФП и сотрудником трехреченской Военной миссии) ворвалась в здание Коченского сельсовета, захватила находившиеся там документы и подожгла здание. Когда поднялась тревога, диверсанты, рискуя быть схваченными, перед тем как бежать, пытались сорвать советский флаг.[101]
Остальные кандидаты в младшие командиры формирующегося отряда подбирались Дальневосточным союзом военных. Так, например, в отряд попал Дмитрий Золотаев, участник Гражданской войны, окончивший Читинское военное училище и имевший чин подпоручика русской службы, который в это время был безработным. Но основную часть этой группы составили полицейские из русских отрядов горно-лесной полиции.
Среди полицейских специально отбирались те, кто имел опыт боевых действий, достаточный уровень военной подготовки (большинство закончили Ханьдаохэцзийское Военно-полицейское училище) и хорошо зарекомендовал себя.
Из Мулинского полицейского отряда на Сунгари-2 были откомандированы Гавриил Ефимов, Сергей Козырев, Даниил Ложенков, Владимир Лукеш, Алексей Макаров, Яков Федореев.
Лукеш В. Э. ГАХК
Лукеш, с 1925 года являясь членом Союза мушкетеров, служил в Русской группе войск Шаньдунской армии в составе Юнкерской роты 65-й дивизии, имел чин фельдфебеля китайской службы. Был ранен в одном из боев. После возвращения из китайской армии он продолжил работу в Союзе мушкетеров. Имея «чин» капитана, возглавлял строевую подготовку «мушкетерской» молодежи. В дальнейшем, будучи уже на службе в горно-лесной полиции, Лукеш в первом наборе окончил Ханьдаохэцзийское ВПУ.[102]
Все остальные «мулинцы» также окончили Военно-полицейское училище. Федореев, будучи отличником подготовки, после окончания училища полгода работал в нем инструктором. Ложенков в 1936 году участвовал в разведывательном переходе советской границы в районе реки Уссури, позднее, после окончания ВПУ, работал на радиоперехвате при Военной миссии в пограничном поселке Хулин.[103]
Ложенков Д. Л. ГАХК
Из Яблоньского полицейского отряда на станцию Сунгари-2 прибыли Константин Лисецкий, Сергей Ивахненко, Андрей Кадочников, Герман. Из Шитоухэцзийского отряда – Николай Ежовский, коренной харбинец, выпускник ВПУ 1937 года, из Ханьдаохэцзийского – младший надзиратель Николай Постовский, служивший в начале 1930-х годов в Русском отряде Шанхайского волонтерского корпуса, позднее – в охранном отряде на станции Шитоухэцзы, выпускник первого набора ВПУ.[104]
Лисецкий К. И. ГАХК
Несколько человек прибыли в отряд из других полицейских подразделений. Андрей Враштиль до откомандирования в отряд на Сунгари-2 служил в охране шоссейных дорог в районе Андуна и Сунго. Андрей был младшим сыном героя Гражданской войны, Георгиевского кавалера, полковника Виктора Владимировича Враштиля, замученного со своими бойцами на реке Хор недалеко от Хабаровска в апреле 1920 года. В Харбине Враштиль окончил гимназию Оксаковской. Во время обучения состоял в Союзе мушкетеров. После окончания гимназии в 1932 году он уехал в Гонконг, где обучался в английском колледже, позднее жил в Шанхае. В начале 1937 года два месяца служил в Русском полку Шанхайского волонтерского корпуса, затем оставил Шанхай и вернулся в Харбин, где поступил в охрану шоссейных дорог.[105]
Враштиль А. В. ГАХК
Из железнодорожной полиции западной линии в отряд майора Асано был направлен Николай Бородин, в 1930 году в пятнадцатилетнем возрасте бежавший в Маньчжурию с территории СССР с двумя братьями. С 1937 года он служил в отряде железнодорожной полиции станции Цаган, располагавшейся в нескольких километрах от советской границы.
15 марта 1938 года группа кандидатов на звания младших командиров в сопровождении японского офицера прибыла на станцию Сунгари-2. Многие из прибывших не ожидали, что они окажутся на службе в «японской армии», но уже ничего невозможно было изменить.
