этот вопрос...»
Эмили: «Правильно! Надо организовываться, поговорить с соседями для начала и подать какую-нибудь петицию. У нас же Конфедерация, мы имеем право на собственные законы...»
Джон: «Да, конечно... От чего убежали, к тому и пришли...»
Эмили настойчиво: «Киснуть не надо … Надо действовать … Завтра же сходи к соседям, пригласи, поговорим … Бежать дальше некуда … Как там твой Фрэнк говорил на авиабазе?»
Джон укоризненно смотрит на жену и кивает головой.
Эмили, вздыхая: «Вот так… Крах мировоззрения? … Началась борьба за выживание … Принимай как есть…»
Джон сидит погрустневший, пьет кофе.
Джейсон: «А почему они к нам бегут?»
Джон: «У нас проще... Налаженная жизнь... Доходы больше... Можно кого-то еще и поддержать...»
Джейсон: «А сами они работать не хотят?»
Джон: «Может, не получается... Не знаю... Выучишься и разберешься в этом».
Эмили: «Это не скоро... Пока нужно кусок хлеба добыть. Нам и самим туго».
Продолжают пить кофе, берут булочки с блюда.
Долгожданная встреча
Просторный дом в городе. Вечер, слышна легкая музыка, равномерный свет идет прямо из потолка. Ина хлопочет на кухне, вынимает из автоматической печки булочки. На ней темное платье спортивного кроя, с мелкой отделкой в виде переливающихся узоров. Немного вдали стоит человекоподобный робот и раскладывает пищу по тарелкам, доставая ее из кухонного комбайна. Рядом лежат нарезанные фрукты и зелень. Полностью сервированные тарелки он составляет на тележку. Рядом, в зале, пожилая женщина в легком платье песочного цвета, ходит с тарелками вокруг большого овального стола. Вместе женщины накрывают на стол. Недалеко от стола еще одна автоматическая тележка с пищей. Все почти готово.
Бабушка: «Доченька, может, уже пора, скоро будет темно».
Ина поворачивается к большому окну. Слегка тонированное стекло мгновенно становится кристалльно прозрачным. За окном, немного вдали, деревья с большими листьями, лужайка под ними. Солнце клонится к закату, небо темнеет, на нем видны два больших светлых шара, один ближе и больше, другой, красноватого оттенка дальше и меньше. Появляются редкие звезды.
Ина: «Да, пора уже... В этом комплексе света не видишь... Ощущение времени теряется...»
Ина выходит в зал.
Бабушка: «И живете в двух мирах...»
Ина: «Конечно... Вот чуть расслабились, и все... Неприятности...»
Бабушка: «Разобрались же...»
Ина: «В общем да, но нужно еще проверять... Нис один должен справиться...»
Бабушка: «На сегодня обойдется без теорий... Надеюсь...»
Ина: «Обойдется... Нужно сохранить то, что есть... Результаты уже хорошие... Так, ладно... Поставь еще фрукты, а я позову детей...»
Ина проходит через зал и выходит на террасу. Справа от подсвеченной дорожки, за лужайкой, рядом с полупрозрачным невысоким забором, стоит будка желтого цвета. Двое детей — мальчик и девочка кормят небольшое животное на привязи, это шедофес, но еще маленький. Девочка держит миску с кусками мяса, а мальчик кидает их животному по одному. Животное ест, довольно урча, на шее надет ошейник. Попадающиеся в мясе кости он мгновенно разгрызает. Бросив несколько кусков, мальчик хочет погладить шедофеса, но девочка предостерегает его. Издалека доносится детский голос: «Не трогай... Когда ест, трогать вообще нельзя. Это потом, пусть еще подрастет». Шедофес замирает и поднимает немного голову, как бы ожидает. Девочка отходит дальше в сторону и оттаскивает за собой мальчика. Мальчишка убирает руку и берет еще кусок. Бросив последний, он смотрит в миску — там пусто. Девочка разводит руками. Ина смотрит на детей, а те на мать.
Ина: «Достаточно... Хватит... Идите домой, мойте руки...»
Мальчик с девочкой идут по лужайке к дому. Подходят ближе. Обычные дети, но на головах видны маленькие полукруглые пластмассовые приборчики. Иногда на них появляются разноцветные мелкие иероглифы. Девочка сразу уходит в дом, а мальчик подходит к матери.
Кисон: «Мам, а мы долго будем с этими нашлепками на головах? У Шелта такого нет...»
Ина, улыбаясь: «Ему это не нужно... Это только людям... Пока не вырастут...»
Кисон: «А когда я вырасту, то снимут?»
Ина: «Обязательно... Будешь как все взрослые... Самостоятельный...»
Кисон: «И к звездам полечу?»
Ина: «Полетишь... Выучишься на звездолетчика и полетишь... Иди мой руки за Нитой, она тебе поможет».
Кисон: «Я сам...»
Ина: «Давай сам, не задерживайтесь...»
Ина заходит в зал. Равномерный свет от потолка стал ярче. На стенах появились изображения огромных свисающих цветов. Кисон проходит дальше в дом. Бабушка с тревогой смотрит на Ину.
Бабушка: «Никак не могу привыкнуть к тому, что они домашние... Ужасные были звери...»
Ина: «Были... А теперь первоклассное сторожевое животное... При правильном воспитании и подходе... Абсолютно бесстрашные...»
Бабушка: «Да, это уж точно... В старые годы ... Руки, ноги откусывали моментально...»
Ина: «У него же ошейник... Парализует, если будет представлять опасность... Привыкает к людям... Пока маленький... Подошли, покормили... Свои... Своих не кусает ни за что... Сейчас они очень полезны...»
Бабушка кивает. Женщины вдвоем проходят к столу и поправляют стулья. Бабушка потом присаживается за стол, а Ина подходит к небольшому пульту в стене. Изображения цветов становятся размытыми как в тумане. Еще манипуляции с пультом – тележки с пищей отъезжают вглубь зала к дивану. Ина выходит в середину комнаты и осматривает ее. Потом она также садится за стол.
В зал забегают дети, Нита впереди, а Кисон чуть сзади, пытается ее догнать, играют. Ина встает из-за стола ловит, Ниту и Кисона за руки, подводит ближе к бабушке.
Ина: «Давайте сюда, с бабушкой,
