в 1860 г. путем организации в Париже «Всемирного израильского союза», который функционирует по сей день. Постепенно он стал представлять «филантропические интересы английских, американских, так же как и французских евреев во всех вопросах, касающихся их соплеменников на Востоке»1. В число создателей «Всемирного израильского союза» входили раввин, купец, инженер, профессор, т. е. представители верхушки еврейского населения. Помимо Ротшильдов это предприятие финансировалось крупным еврейским банкиром Гиршем.
«Всемирный израильский союз» обратил основное внимание на осуществление националистических замыслов палестинофилов, которые развернули в некоторых кругах, особенно среди студенческой молодежи, агитацию за создание еврейских поселений в «земле обетованной». В Палестине к 1883 г. насчитывалось пять таких поселений, размещавшихся на землях, скупленных у арабов.
В них сразу же выделилась привилегированная прослойка, эксплуатировавшая чужой труд, использовавшая местное арабское население на тяжелых работах. Столкнувшись с трудностями из-за непривычки евреев к ведению сельского хозяйства и недостатка финансовых средств, новые еврейские колонии оказались на грани разорения. Тогда-то на «помощь» и пришел Ротшильд. Он назначил управляющими преданных ему лиц с агрономическим образованием, которые делали упор на организацию производства рентабельной экспортной продукции, т. е. виноградного вина, за счет привлечения дешевой рабочей силы арабских феллахов. Между колонистами и управляющими Ротшильда нередко вспыхивали конфликты на почве грубого вмешательства во внутренние дела колоний. Тон в колониях все больше задавали богатые землевладельцы. Состоятельные элементы скупали за бесценок земельные участки и заводили там различные предприятия.
Таким образом, вплоть до второй половины XIX в. не было и речи о каком-либо организованном возвращении евреев в Палестину. Лишь в период перерастания промышленного капитализма в империализм, когда усилилась экспансия Англии, Франции и Германии на Ближнем Востоке, возникли соответствующие условия для притока еврейских иммигрантов в Палестину. Сыграли свою роль и внутренние условия развития еврейских общин, в рамках которых выделилась узкая прослойка крупной буржуазии, стремившейся к максимальному расширению своего классового господства, к дальнейшему обогащению.
Тем не менее, вопреки усилиям сионистов-палестинофилов, это движение так и не стало массовым. В Палестину ехали, по сионистской терминологии, «отчаявшиеся», которые рассчитывали обрести там свободу и благоденствие. На деле же это означало превращение бедноты в объект неограниченной эксплуатации еврейских толстосумов.
Организационное оформление сионизма
Распад еврейских общин и подрыв влияния иудаизма, а также ускорение процесса ассимиляции в условиях империализма вызывали всё большую тревогу среди еврейской эксплуататорской верхушки, на материальном и общественном положении которой заметно отражалась степень господства над еврейскими трудящимися. Верхи еврейской буржуазии, стремившиеся изыскать средство для восстановления прежних позиций, нашли его в сионистской доктрине, которую наиболее полно сформулировал венский журналист Т. Герцль, выходец из еврейской аристократии Будапешта.
Организационный сионистский конгресс первоначально намечалось проводить в Мюнхене, но вследствие протеста местной еврейской общины, не разделявшей сионистских идей, его пришлось созвать в Базеле в августе 1897 г. На конгресс съехалось 848 делегатов, в том числе из России — 373, из Австро-Венгрии — 256, Румынии—126, Англии — 27, Германии — 25, Италии — 12 и т. д.
Участники конгресса в подавляющем большинстве принадлежали к сливкам буржуазного общества. Они приехали по рекомендациям руководителей еврейских общин. В одной сионистской брошюре указывалось, что «о первом конгрессе подавляющее большинство еврейской массы узнало тогда, когда он стал фактом уже совершившимся. Члены первого конгресса явились в Базель по личной инициативе; если были редкие случаи выборов, то это сделано было не народом, а немногочисленными интеллигентскими кружками. Эти случайные представители до конгресса имели лишь смутное представление о том, что им суждено было видеть и переживать в близком будущем»[72].
На конгрессе было провозглашено создание Всемирной сионистской организации (ВСО), утверждены ее программа и внутренняя структура.
В документах ВСО провозглашалось, что «всемирное сионистское движение» действует во имя создания для еврейского народа «правоохранного убежища в Палестине». Для достижения этой цели предусматривалось заселение ее территории «еврейскими земледельцами и ремесленниками», организация всего «еврейского народа посредством местных и общих союзов», усиление «еврейского национального чувства и самосознания», а также подготовка шагов к «получению согласия держав» на осуществление замыслов сионистов.
Верховным органом ВСО был конгресс, состоявший из представителей различных стран. На конгрессе избирался Исполнительный комитет, который выдвигал из своего состава Малый исполнительный комитет — центральный исполнительный орган ВСО. Его первым председателем стал Т. Герцль. Кроме того, были созданы Палестинское управление, Еврейский колониальный банк, Англо-Палестинский банк, Еврейский национальный фонд и другие организации, подчиненные Исполнительному комитету.
Низовые организации сионистов состояли из территориальных групп, которые в национальном плане возглавлял так называемый мерказ (центр). Сионистом считался всякий еврей не моложе 18 лет, признающий Базельскую программу и уплачивающий на нужды ВСО ежегодный взнос — шекель. Другими словами, были разработаны критерии для определения организационной принадлежности к сионизму.
ВСО сложилась, таким образом, как строго иерархическая организация, в которой верхушка и рядовые члены были отделены друг от друга высокой стеной. В ее внутренней структуре не было и намека на демократические принципы. Делегаты сионистских конгрессов фактически не избирались шекеледателями, как того требовал устав, а назначались активистами кружков из числа богачей, могущих оплатить расходы на поездку за границу. Недостаточно материально обеспеченным людям путь туда был закрыт. «Активные, — вынужден был признать сионист Б. Менцинский, — самовластно заправляют всеми делами кружков и вовсе не осведомляются о мнениях и желаниях «пассивных», которые составляют громадное большинство сионистов. «Пассивные» фигурируют в виде декорации или в качестве статистов и исполняют функцию дойной коровы, т. е. к ним обращаются только за шекелями, а когда нужно избирать делегата, их об этом вовсе не спрашивают»[73].
К началу XX в. ВСО благодаря объединенным усилиям ее руководящей верхушки и финансировавшей ее банковской элиты расширила свои географические рамки. Кружки сионистов на базе осуществления программы и целей ВСО возникали в Австро-Венгрии, Германии, Англии, Франции, России, Румынии, США, Чили, Аргентине, Индии, Новой Зеландии, на Филиппинах. В них создавались подрайонные и районные комитеты, а затем они объединялись в федерации. Сионистская пресса выходила на 9 языках.
В эти годы были предприняты попытки оформить сионистское молодежное движение как резерв и школу воспитания молодежи. 18 декабря 1898 г. в Базеле состоялся съезд сионистской молодежи, на котором присутствовали делегаты из России, Германии, Франции, Австро-Венгрии, Швейцарии. Организаторы съезда заявляли, что цель сионистской деятельности якобы состояла в организации отпора преследованию евреев в европейских христианских государствах, в пресечении еврейских погромов и освобождении евреев во имя развития их «незаурядного национального гения». Одновременно они утверждали, что «единение народа» требует, чтобы «в нашей экономической работе не могло быть места классовой борьбе, которая последовательно и логически должна повести к социал-демократии»[74].
Вплоть до первой мировой войны деятельность ВСО развертывалась по трем основным тесно
