лагерем станет единым плато, мы сможем использовать ресурсы леса и создавать деревянные здания.
Снова поймав себя на мысли, что думаю только о стройке, я улыбнулся.
И именно в этот момент заметил сидящую поодаль от остальных магов Настю. Она была магом земли лишь отчасти, её профиль — магия природы. Именно поэтому возиться с камнями ей было тяжелее всех остальных.
Даже Руслана, специализация которой была — деревья, лихо управлялась и со скальной породой. А вот миниатюрной рыжей девушке было тяжеловато. Я прошёл мимо неё и снова обратился к Арсению Олеговичу:
— Как продвигается?
— Двигается, — усмехнулся Горный, но в его смехе не было веселья. — Тяжко, конечно, но двигается. Сегодня треть поляны закончим, думаю. Девушкам, правда, тяжело, но потом отдохнут.
— Мне совершенно нормально, — поспешила возразить Кристина, но Арсений Олегович только отмахнулся от неё. — Правда, — это она уже адресовала ему, причём с некоторой обидой в голосе.
— Я бы скалы поискал, но за границей поляны всё слишком быстро меняется. А вот поляна на удивление до сих пор держится, — проговорил он, оглядываясь вокруг.
Я проследил за его взглядом. Могло показаться, что вокруг всё тот же лес, что был и вчера, когда мы приехали. Но опытный взгляд архитектора видел глобальные изменения. Другое соотношение различных деревьев, иные построения стволов в перспективе. Даже запахи иногда изменялись.
— А как вы делаете плато? — поинтересовался я, уже видя, что они начали от вала и вели его углом к центру. — Треугольником?
— Ну да, — Горный прищурился, понимая, что я спрашиваю не просто так. — Что-то не так?
— Смотрите, — проговорил я, думая о прочности конструкции, — если прямо сейчас посередине нашей поляны пройдёт возмущение, и эти половинки разъедутся в разные стороны, мы ничего сделать не сможем, так?
— Да, — согласился старый маг земли. — Мы надеемся, что три дня, включая сегодняшний, ничего подобного не произойдёт.
— В землях, где ландшафт меняется по несколько раз в день? — спросил я, не скрывая иронии.
— Да, надежды мало, — согласился со мной Арсений Олегович. — Но какие у нас есть варианты?
— Смотри, — я полностью сосредоточился на Горном, он объяснит другим, если они что-то не поймут. — Сейчас целостность поляны держат только связанные между собой внедорожники. Даже если половина поедет в одну сторону, а вторая в другую, то мы останемся в круге машин. А что, если каменное плато начать выкладывать кругом. Прямо под автомобилями?
Пожилой маг земли смотрел на меня, словно на пророка. Будто он всю жизнь был слеп, и я ему только что открыл глаза.
— Конечно же! — он даже стукнул себя ладонью по лбу. — Как же я раньше не догадался⁈ Мы придадим устойчивость всей поляне, укрепив её по периметру, а уже потом станем заполнять камнем середину. Лорд, да вы гений!
— Бросьте, — сказал я без тени улыбки. — Работайте, маги. И давай девушкам отдохнуть.
На обратном пути я подошёл к Насте, сидевшей на полене, и явно нуждавшейся в более существенном отдыхе.
— Хорошо поработали, — сказал я, стараясь её хоть как-нибудь поддержать, несмотря на то, что я видел, насколько плохо она работает с камнями.
Мне казалось, что поощряющие слова поднимут её боевой дух. Но вместо того, чтобы как-нибудь поблагодарить меня, она вся поджалась и, нахмурив брови, смотрела на меня, словно я её только что пнул от всей души.
— Лорд, — проговорила она холодно, стараясь изгнать усталость из своего голоса, — если вы полагаете, что меня можно соблазнить красивыми словами, и после них я побегу к вам в постель, — она презрительно усмехнулась, — то вы глубоко ошибаетесь!
Во дела! Если меня что-то смогло сегодня удивить, то это была реакция Насти на мою попытку её подбодрить. Я вообще не имел в виду то, что она тут себе навыдумывала.
— Ты видишь намёки там, где их нет, — спокойно ответил я. — Я всего лишь похвалил тебя за тяжёлую работу.
— Ага-ага, — девушка явно не собиралась сдаваться, считая собственные мысли и предположения куда выше моих. — Я слишком хорошо вас знаю, мистер «пойдём-там-темнее». Так что сделайте одолжение и направьте своё внимание на других девушек. Которые только и мечтают о вашем ч… покровительстве. А я как-нибудь сама!
В этот момент ударил колокол. Членов общины созывали на обед. Только тут я понял, что ужасно проголодался, и сейчас готов съесть всё, что угодно. Не задумываясь, протянул руку Насте, чтобы помочь ей подняться.
Она демонстративно проигнорировала мой жест, встала сама и направилась в сторону нашей полевой кухни, где была оборудована и столовая. Я хмыкнул, пожал плечами и отправился вслед за ней. Изгаженная репутация тела, в которое я попал, начинала мне действовать на нервы.
А вот с обедом получился ещё больший облом. Когда я пришёл, то обнаружил лишь две ёмкости с чем-то не особо съедобным на вид и запах, и ещё одну с компотом.
— Это что? — спросил я подвернувшегося мне Тимофея с тарелкой в руках.
— Это супец, — со странным полубрезгливым выражением лица ответил мне помощник. — Дарья сварганила из того, что было.
— Так, я вчера тебе дал задание проинспектировать запасы! — я вдруг осознал, что совсем забыл об этом, а Тимофей сам не озаботился мне доложить. — Я должен несколько раз распоряжаться?
— А! — помощник моментально побледнел и приложил руку к сердцу. — Вот! — на самом деле не к сердцу, а к карману, где лежал сложенный лист бумаги. — Только доделал!
Я глянул в список, и мои брови полезли на лоб.
— Ну вот же, — ногтем я отчёркивал позиции на листе. — Тушёнка — две тысячи банок, сайра — пять тысяч банок, гречка — одна и две тонны. Тонны! — я потряс листком перед вспотевшим носом Тимофея. — А мы что едим? Похлёбку из опавшей листвы⁈
— Это кому не нравится моя похлёбка⁈ — раздался громовой женский голос, и тут же в зоне моей видимости появилась дородная дама в косынке, которую я уже видел сегодня утром. И она меня тоже узнала. — Ой, простите, — залепетала она. — Я думала…
— Это кто? — шёпотом спросил я Тимофея, склонив к нему голову.
— Дарья Андреевна, повариха наша, — таким же шёпотом ответил
