Звучало… убедительно. С этой точки зрения люди действительно были идиотами.
Профессор увидел, что я загрузилась, и с чувством выполненного долга отправился в Фогруф. А вечером его встретили мы, классическая пара из борща и меня, милой девушки в простом шерстяном платьице.
Глава 5. Шаги навстречу
Корион честно выполнял приказ Владыки. За эти дни он выяснил, кто даже теоретически знал об облаве, и теперь вызывал их к себе под самыми разными предлогами, допрашивал, а потом аккуратно стирал память о разговоре. В докладах нужды не было – Златовлас не отобрал связующую нить и почти всегда слушал допросы, передавая тот или иной вопрос. Но таинственный ренегат никак не вычислялся. Во-первых, оказалось, что кандидатов слишком много. В список попали почти все работники Службы Надзора, Фогруфа и Караула, даже Безликие Судьи. Самому Кориону посчастливилось всё это время быть вместе с Владыкой, причем в таком виде, какой полностью исключил возможность передачи каких бы то ни было новостей. А во-вторых, мотив. Корион так и не сумел рассмотреть у подозреваемых ни одного, даже самого дурацкого мотива, который побудил бы эльта на сотрудничество с фанатиками.
Проверка алиби ничего не дала. Телепаты были практически у всех, а кто не мог их себе позволить, те имели новомодные связные зеркальца. Зайти в уборную на пару минут мог каждый. А кто конкретно пропадал с глаз и когда, Корион узнать так и не смог. Столько всевидящих статуй как в Фогруфе, Караул у себя не разместил. Корион с каждым днем всё отчётливей понимал, что это тупик, и волей-неволей начинал склоняться к мысли, что версия насчет Вадима и его невидимого помощника не лишена смысла. Ведь Ай при жизни состоял в Сопротивлении.
- Да, я тоже думал об этом, - сказал Златовлас, когда Корион после очередного бесплодного дня шел к озеру. – И склонен согласиться.
- Но кто тогда стоял за Аем? Кто дал информацию по Службе Надзора и помог уничтожить документацию Циклогенератора? Если внутренний распорядок дух еще может узнать, то вот откопать настоящие данные ведущих инженеров ему было не под силу. У людей их не было – их знал только Надзор. Ни друид, ни дух не могли поднять архив. Келпи знать не знал о системе поиска, а Вадим не смог бы ею воспользоваться, даже если бы лично пробрался внутрь. Если предположить, что он тоже завербован, то за ним всё равно стоит эльт, – вздохнул Корион и достал из кармана недавно купленный переходник.
Координаты на новеньком циферблате выставились легко. С приятным негромким щелчком внутренней пружины выскочили ножки. Корион почувствовал, как от оттока магии похолодели кончики пальцев. Аунфлаи внесли прибор в защитную систему Фогруфа с условием, что его будет питать непосредственно заклинатель, а не магокристаллы. Стоило это дорого, но зато ни Корион, ни привратники больше не рисковали замерзнуть насмерть, когда требовалось вернуться домой. И переходник переносил через реку, что текла буквально в двух шагах от дома.
Минута головокружения – и Корион шагнул на обледенелые камни набережной близ Смелтерстрит.
В лицо тут же ударил порыв ледяного ветра, смахнул в сторону вырвавшееся изо рта облачко пара, забрался под воротник и укусил за шею. Вздрогнув, Корион покрепче зарылся в меховую оторочку пальто. С каждым годом зимы становились всё холоднее и холоднее.
- Хоть бы одного сопротивленца живьем взять, так ведь нет, все цианидом травятся, – пробормотал он, спрятав переходник в карман и, аккуратно ступая на скользкую тропку, пошел к дому.
- А зачем тебе живой? У тебя дома есть говорящий с призраками друид, – резонно заметил Владыка и замолчал, отвлекшись на свои дела.
Корион на мгновение сбился с шага. Он об этом не подумал. Друидов не рождалось уже очень давно. Эльтам были доступны лишь слабенькие отголоски их сил. О возможности допросить духа помнили лишь самые старшие. И, конечно, Златовлас.
Дом с порога обнял его теплом, поздоровался тихим треском поленьев в камине, шумом работающего душа наверху и дохнул невероятным ароматом чего-то мясного и вкусного, от которого в желудке сразу забурчало. Корион захлопнул дверь, повесил пальто на вешалку и с удовольствием принюхался. Как обычно, ужин в Фогруфе он пропустил, посвятив час Владыке.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Я дома!
Наверху хлопнула дверь, мелькнула кудрявая голова. Вадим перегнулся через перила и приветливо махнул широким полотенцем.
- Здрасьте, сэр! Валька сейчас выйдет, я всё сделал, уже поел, вам мешать не буду! – выдал он на одном дыхании, сверкнув улыбкой, и скрылся в ванной комнате. – Иди уже быстрей, я в туалет хочу, сил нет!
Шипение душа прекратилось. До Кориона донесся возмущенный женский голос коренной россиянки, безумно похожий на голос Вадима, и смачный звук шлепка с ответным вскриком. Валенсия вышла, на ходу поправляя простое шерстяное платье. На потемневших от воды волосах лежало полотенце.
- Здравствуйте, мистер Хов, – поздоровалась она и мягко улыбнулась. – Я тут у вас похозяйничала немного. Вы когда-нибудь пробовали борщ?
- Здравствуйте, Валенсия. Можно просто Корион. Не пробовал, но много слышал, – признался Корион. – Что случилось с остальными уборными?
Валенсия дернула плечом.
- Там что-то с трубами. Работает только эта.
И в подтверждение её слов из ванной раздался сначала грохот освобождающегося бачка, а затем шум душа.
- Я сейчас спущусь, дайте мне минуту, – Валенсия встряхнула длинными, потемневшими от воды волосами и скрылась в комнате Вадима.
Корион поспешил вниз, к самой маленькой уборной, и понял, что пребывание десяти страдающих диареей человек все-таки сказалось на его не самой новой сантехнике. Затор Вадим устранил, но вот лопнувшие трубы заменить не сумел и просто перекрыл воду, оставив работать только те, которые вели наверх. И фильтры, которые замыкали цикл очистки водопровода на двух этажах, нужно было срочно заменить. Работа не одного дня.
Кое-как залатав трубы чарами, Корион поднялся на кухню. Валенсия, уже причесанная, источающая аромат мыла, как раз разливала борщ по тарелкам. На столе уже стояли пышные, пахнущие чесноком свежие булочки и лежали ложки.
- Всё плохо? – спросила Валенсия, зачерпнув из кастрюли.
- Не совсем, – Корион с подозрением уставился на льющийся из половника красный бульон. – Воду, надеюсь, набирали наверху?
- Конечно. Та, что отсюда, – Валенсия кивнула на кухонную раковину, – воняет.
Корион успокоился и взял наполненные тарелки из мягких рук.
- Присаживайтесь, пожалуйста, – кивнул он на стул. – Вы все-таки гостья. Вадим к нам, я так понял, не спустится?
Валенсия отрицательно покачала головой и удивленно распахнула глаза, когда Корион потянулся к самому верхнему ящику и выудил из-за завалов дополнительной посуды затейливую бутылку.
- Я слышал, в России перед борщом принято выпивать рюмку водки, но у меня только красное вино, – сказал он. – Будете?
- С борщом – это слишком оригинально даже для меня, – хмыкнула Валенсия. – А вот после борща – вполне. И часто балуетесь алкоголем?
- Раньше часто, но потом ваш брат вылечил мне ногу, и необходимость отпала, – спокойно ответил Корион и уселся за стол. – Никогда не пробовал блюда из свёклы.
- Приятного аппетита, – пожелала ему Валенсия и чуть насмешливо улыбнулась. – Между прочим, борщ неофициально считается приворотным зельем. И плоха та хозяйка, которая не умеет его варить.
Он всегда полагал супы легкой едой для больных детей, но борщ оказался неожиданно густым, как похлебка, с большим куском мяса и очень сытным. Чесночные булочки прекрасно дополняли вкус. Корион сам не заметил, как вмиг уничтожил порцию.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Действительно, приворотное, – констатировал он. – Я чувствую, что готов на всё, лишь бы вы и ваши кулинарные таланты не достались другому мужчине.
Валенсия польщенно улыбнулась.
