— Прекарти меня бить. — потребовал я. — А лучше скажи мне, как загнать этих чертовски огроменных ублюдков назад за ограждение.
Ева перестала меня бить только для того, чтобы с силой оттолкнуть меня в сторону.
— О, ради всего святого, Кейдж. Они не собираеются на нас нападать. — Она вышла из-за моей спины и одарила меня веселой ухмылкой. — Они ведь не быки.
Да кого на хрен волнует быки они или нет? Они были ужасно огромными.
Ева направилась к ним без капли страха и начала орать на них, чтобы они сдвинулись с места. Она топала ногой, заставляя их пятиться назад и затем они медленно направились к ограждению, которое почему то было открыто. Она обернулась на меня через плечо и закатила глаза, — Они очень свирепые животные, не так ли?
Меня разрывало между ощущением себя полным идиотом и желанием рассмеяться от того, как чертовски мило она выглядела, управляя стадом животных.
Когда она загнала последнюю корову за ограждение, она закрыла его и повесила замок.
— Возможно в следующий раз тебе стоит их запирать, — прощебетала она игривым тоном.
— Тебе доставляет это неимоверное удовольствие, — ответил я.
Она пожала плечами и скрестила руки на груди.
— Мне следует отметить, что твое мужество, проявившееся в попытке спасти меня от ужасно больших и плохих коров было по-идиотски благородным.
— По-идиотски? — мне нравилось видеть ее такой игривой и веселой. Все, что я видел прежде, так это озлобленная версия Евы Брукс.
— Ты не можешь быть хорошим пастухом, если ты боишься коров.
Я вздохнул, — Да, это нарушило все мои планы на будущее.
То, что выглядело неким намеком на улыбку на ее лице тут же испарилось. Игривый блеск ее глаз также бесследно исчез. Что я такого сделал, чтобы так испортить ей настроение? Мне нравилась та Ева, которую мне удалось увидеть, не эта, печальная и сварливая, стоящая сейчас передо мной.
— Мы не помолвлены. Джереми и я просто друзья. Очень хорошие друзья.
Сбитый с толку, я тут же бросил взгляд на кольцо на ее левой руке, чтобы убедиться, что мне оно не причудилось. Бриллиант по-прежнему был на месте, говоря миру о том, что она помолвлена. Кто же черт возьми ее жених? Единственный парень, которого я видел рядом с ней был Джереми.
— Ты носишь это кольцо ради забавы? — шутливо спросил я, надеясь вернуть веселую Еву, но вместо этого ее лицо совсем поникло.
— Нет. Я не ношу его ради забавы. Я не помолвлена с Джереми. Я обручена с его братом.
Ева
Я обручена с его братом? Почему я произнесла это так, словно я по-прежнему помолвлена с Джошем? Он все равно узнает правду. Я так быстро убежала, что он не успел задать ни единого вопроса, но он спросит кого-нибудь другого. Не то, чтобы я думала, что ему будет очень интересно узнавать обо мне, но он просто был сбит с толку. Я не хочу, чтобы он интересовался Джошем. Я не хочу, чтобы он узнал обо всем, что произошло.
Я хочу, чтобы он по-прежнему смотрел на меня тем взглядом с сексаульным блеском в глазах. Тем блеском, который я буду продолжать игнорировать. Мне нравилось, когда на меня кто-то смотрел взглядом, полным чего-то еще, кроме сочувствия. Как только он все узнает, те сексуальные ухмылки и его раздевания, предназначеные для меня, тут же закончатся. Он будет сочувствовать бедной Еве.
Пока он не появился, я не понимала, что все смотрят на меня по-разному. Они были со мной осторожны. Кейдж не смотрел на меня словно на хрупкое создание. Десять месяцев назад я была бы не готова к кому-то, кто смотрел бы на меня по-другому. Я хотела, чтобы они все помнили Джоша, когда смотрели на меня. Теперь же мне нужен кто-то, кто мог бы видеть только меня. Не ту трагедию. А меня.
Кейдж не знал о моем прошлом. Он не знал о той боли, которую мне пришлось пережить. Он не задумывался над каждым словом, прежде чем его произнести и не сдерживался в упреках. Он относился ко мне как ко всем. С ним я вновь почувствовала себя нормальной. Пришло время, когда я вновь почувствовала себя человеком.
Дверь за моей спиной захлопнулась и я подскочила.
— Чертов Чарльз Норт думает, что он может вот так просто отправиться в мой охотничий лагерь когда ему вздумается со своей кучкой друзей банкиров, — проворчал папа, войдя на кухню.
Чарльз Норт был мужем сестры моей матери. Моя мама умерла, когда мне было семь, так что мне не удалось хорошо познакомиться с ее сестрой или с ее мужем. Все что я знала, так это то, что мой папа его не долюбливал. Моя тетя Ким звонила только тогда, когда ей что-то было нужно. Она вела себя так, словно папа был ей чем-то обязан из-за того, что моя мама погибла в автокатастрофе. Отец не был тогда за рулем, но видимо для тети это не имело никакого значения. Она по-прежнему винила во всем его.
— Что случилось? — спросила я, открывая шкафчик, чтобы достать ему стакан.
Он взял его у меня и налил себе лемонада.
— Позвонила твоя тетя Ким и поставила меня в известность, что Чарльз собирается поехать порыбачить в лагерь на этих выходных. Он привезет с собой друзей. Никто даже не спросил меня. Они сами все решили. Я сказал Джошии, что он может взять Джереми и отправится с ним на рыбалку в лагерь в эти выходные. И я не поменяю своего решения. — Папа покачал головой и сделал очень большой глоток лимонада.
— Ты тоже поедешь туда? — спросила я, когда он выпил свой лимонад и поставил стакан перед собой на стол.
— Да, придется. Я выезжаю утром. Кейдж знает, что делать, а в воскресенье он уедет. Это его выходной. Он уже предупредил меня, что поедет на весь день на пляж.
Кейдж уедет на все воскресенье? Мне не придется беспокоиться, что он перегреется под солнцем, так что я должна вздохнуть с облегчением, но этого почему то не случилось. Я не хотела, чтобы он уезжал. Я останусь здесь совсем одна.
— Хорошо, — с трудом ответила я.
— Я собираюсь поехать в город и купить еще колючей проволоки для забора. Проклятый бык по-прежнему рвёт ограждение внизу о озера. Наверное он хочет искупаться, — ворчал папа, направляясь к двери.
Я подождала, пока отъедет папин грузовик, прежде чем выйти из дома. Я не была совсем уверена, что собираюсь сделать. Мной двигало спонтанное решение. Кейдж вошел в амбар несколько минут назад. Я наблюдала за ним из кухонного окна.
Я направилась к амбару.
Открыв дверь, я зашла внутрь и мне пришлось сощурить глаза, чтобы лучше разглядеть все внутри. Единственным источником света в амбаре были солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь щели в крыше, так что по-сравнению с уличным светом здесь было темно. Знакомый запах сена и дерева донеся до меня, когда я обернулась посмотреть по-прежнему ли Кейдж был здесь. Я отвернулась от окна, когда папа был на кухне, так что возможно он вышел и я этого не заметила.
