порвал! И…
– Тссссс, Саида!
Проводит пальцем по моим губам. Заставляет их запечь и снова полыхнуть тем самым ночным жаром.
– Все у нас будет. Устроим самую пышную свадьбу. Какую захочешь. И платье будет. Но то, которое ты наденешь только для меня! Родные смирятся. Привыкнут. Ожерелье? Его восстановят. Соберут. И я куплю тебе миллион ожерелий! Все, Саида! Все, чего ты захочешь!
– Это все не так. Все неправильно. Нет даже ни одного человека, кто поздравил бы нас от чистого сердца! Все! Все не то! Как ты не понимаешь?
– Счастье зависит не от примет, Саида.
Прижимает меня к себе, коротко целуя в висок.
Шумно вдыхает воздух рядом с моими волосами.
– Не от примет. Не от традиций. Не от красивой картинки на свадьбе! Оно зависит только от нас! И я клянусь. Я сделаю все, чтобы ты была счастлива! И плевать! Плевать, поймут нас другие или нет! Важны только мы! Наше решение. Наш выбор. Понимаешь?
И сердце колотится в груди.
Ему так хочется в это поверить!
Я даже почти верю этому сладкому обману. Утыкаюсь лицом в крепкую грудь Давида. Прячу лицо и саму себя в его крепких руках!
Но…
Почти падаю, когда ноги подгибаются от выстрелов за окном.
– А вот и родственники пожаловали, – Давид смотрит в окно.
Его челюсти сжимаются с силой. Лицо превращается в камень.
– Похоже, завтрак откладывается. Зато традицию мы выдержим. Вынесем таки свидетельство того, что наш брак состоялся!
– Как ты можешь быть таким спокойным? Еще и шутить?
Замираю у окна.
Мало того, что весь двор полон вооруженной охраны!
Так здесь еще и делегация. Целая армия.
Не могу разобрать, кто первым начал стрелять. Откуда выстрелы.
Но замечаю в самом центре мужчину.
Высокий. Крепкий. Взрослая копия Давида и того, кто встречался со мной в кафе.
В волосах серебрится седина.
Но мощная постава. Бешеная харизма. В каждом шаге уверенность и сила. Взгляд обводит людей Давида. Почти заставляя их опустить оружие. Припечатывая к месту.
Такой взгляд способен убивать!
В руке у мужчины оружие. Он стреляет. Пока только в воздух. Но холодные глаза говорят о том, что готов выстрелить в любого, кто посмеет преградить ему путь!
Карим Багиров. Тот, о котором я так много слышала.
Человек, который одним своим именем держит всех в страхе. Почти в ужасе.
Теперь я понимаю, что все разговоры о нем не выдумка. Не сплетни и не страшилки.
От него и правда мороз проходит по коже!
Это видно сразу. Такой не пощадит. Не позволит, чтобы хоть что-нибудь пошло не по его слову! Даже самая мелочь!
Это так же видно, как и при одном взгляде на Давида было понятно, что его слава сердцееда тоже совсем не выдумки! И никаких доказательств в виде чуждого белья в его номере было не нужно!
– Отец!
Позади него раздается крик.
Люди Давида все же пытаются не пустить его. Выстраиваются , вытаскивая оружие.
Этого еще не хватало! Не угрозы, а самой настоящей бойни! Как финального аккорда фееричной свадьбы! Алая кровь? О, да! Ее может быть много! И совсем не на простынях!
– Давид! Останови это!
Цепляюсь пальцами в его уже наброшенную рубашку.
–– Сделай что-нибудь!
Только не это. Только не так! Не хватало еще перестрелки между людьми отца и сына!
Тогда наша свадьба точно так и останется проклятием! Которого уже ничто не исправит!
– Давид!
– Перестань. Все под контролем.
Крепко прижимает меня к себе. Пробегает сухими горячими губами по виску.
Взмахивает рукой, отдавая безмолвный приказ своим людям, чтобы отца пропустили.
– О! А вот и братья! Надо же, – криво усмехается чувственными губами, на которых укусами горят следы нашей сумасшедшей ночной страсти.
– Вся семья, я смотрю, прибыла, чтобы нас поздравить!
Машин у ограды становится все больше.
Теперь узнаю обоих братьев Багировых.
Вот он. Властный мужчина, который советовал мне скрыться. Явно старший Багиров. Только теперь его лицо изуродовано. Обезображено страшными шрамами.
От этого он выглядит еще опаснее. От него так и веет угрозой и силой.
И…
Ага! Тот самый коварный соблазнитель. Который предлагал мне уехать с ним на острова, подкупая бриллиантовым колье!
Теперь все понятно. Становится ясно, из какого дурдома сбежал тот самый громила!
Хотя…
Совсем. Ни капельки не становится легче!
Про отца все явно. И думать не нужно. Но и оба брата явно против нашей свадьбы! И каждый из них очень ясно дал мне это понять!
– Зачем? Зачем ты это все устроил!
Да. Мне было бы больно. Наверное, прошли бы годы, прежде, чем я сумела бы забыть Давида.
Но теперь масштаб проблем явно сильнее!
Лучше бы он не являлся к нам! Дал бы мне спокойно выйти замуж за Шамиля!
– Затем, Саида. Что за свою любовь надо бороться.
Зарывается пальцами в мои волосы. Шумно вдыхает их запах, не отрывая взгляда от окна.
– Иногда это бывает непросто. Приходится переть против ветра. Иногда даже огнестрельного! Но как иначе? Тот, кто склоняется под ветром не стоит любви!
– Давид…
– оставайся здесь. Я встречу гостей!
– Ты совсем с ума сошел!
Грохочет резкий низкий мужской голос.
Слышу грохот, как будто кто-то со всей силы ударяет кулаком по стене.
Наверное, это доносится из кабинета.
Рефлекторно, как-то инстинктивно сжимаюсь в комок. Обхватываю руками плечи.
Подхожу к окну, осторожно выглядывая за занавески.
Люди отца Давида здесь. Теперь и правда весь двор полон вооруженной охраны. Если им придется сцепиться в схватке, это будет самая настоящая война! Тут армии, не меньше!
Даже за оградой стоят. Кажется, это те, что приехали с братьями Давида.
Хочется закрыть лицо руками. И уши. Но мне все равно слышно все, что происходит в кабинете!
– Отец.
Резкий холодный голос даже здесь отдается эхом. Наверное, это старший из братьев.
– Что? Что, отец? Не сметь мне перечить! Волю отца исполняют! А вы! Вы наплевали на все! На традиции! На семью! На интересы империи, которую выстраивали еще ваши прадеды! Я поражаюсь! Разве так я вас растил? Так воспитывал? Я уже вообще не уверен, мои вы сыновья или нет! Выйди, Аиша!
Женский всхлип и топот торопливый каблуков. Значит, еще была и женщина. Ее я не заметила.
– Ты! Ты был моей последней. И главной надеждой, Давид!
– Кажется, все основные надежды полагались на Бадрида.
Слышу уверенный. Четкий голос моего мужа.
Никак не могу
