Ещё в этих очках…
Нервно сглатываю.
Почему-то в голове появляются нехорошие, порочные фантазии, как реакция на этот её образ сладкой девочки.
Я вижу её в фильме для взрослых…
Прямо сейчас заметил, какие у неё пухлые, алые губы.
На них бы пальцем надавить…
Очертить контур. Слегка примять. Чуть оттянуть.
Выглядят влажными.
И будто пахнут сладкими конфетами…
Эй, Титов!
Очнись!
Мысленно хлопнул себя по щеке.
Нет.
Не помогло.
Наоборот.
Мне вдруг стало аномально жарко…
Так, что пришлось ослабить галстук на шее.
* * *
– Чтоб я больше не видел здесь этого выводка! Будет штраф.
В ответ слышу детские кривляния.
– Злой ты дядя!
– Я вырасту и побью тебя!
– Тише! Ну-ка замолчите! – топнула ногой. – Вы наказаны! Сегодня без мультиков и без сладкого!
– Ну мама… – с обидой и недовольством.
– Ну-ка вперёд шагайте! Сейчас работу доделаю, двадцать минут, и домой поедем!
Стою усмехаюсь, почему-то.
Вот ведь шкода.
Надежда мальчуганов за шиворот тащит, те упираются.
Ну точно демонята.
Растрёпанные, немного неряшливые.
Оба в джинсовых комбинезончиках и в клетчатых рубашках.
Такие забавные…
У малых волосы светлые, кучеряшками вьются в разные стороны. Цвет волос мамин.
Ну клянусь, если бы мы с Надеждой встречались в прошлом, я бы подумал, что они – ну точно мои.
Вообще я брюнет…
Один из мальчуганов что-то уронил, Надя наклонилась поднять… И вот тут у меня перехватило дыхание, кровь ухнула в нижнюю часть тела, а во рту пересохло.
Сглотнул ком во рту. Потому что увидел, как изящно, блин, Надя наклонилась, а её юбка слегка задралась, открыв доступ к стройным ножкам.
Меня замкнуло…
И перед глазами вдруг встала та самая картина, как она мне кофе на рубашку выплёскивает.
– Полы скользкие…
Ну, ну!
Да не было там никаких полов скользких.
Её смелость меня поразила.
Не каждый осмелиться сунуть голову льву в пасть.
Наоборот, в ноги падают, стараясь выслужиться по любому поводу.
Аж тошнит!
Все девицы слишком предсказуемые, приторные какие-то, как под копирку. Будто на одном заводе, как роботов штампуют. Щебечут, сюсюкают, прелестями своими трясут, соблазняя. Готовы за одно только малейшее проявление внимания с моей стороны с моста прыгнуть.
А эта?
Какая-то не такая.
Не такая, как все.
Зубки пытается показать.
Но в то же время побаивается, чтоб не уволил.
Оно и понятно, двое на одной хрупкой шейке сидят.
Ещё и какие – монстрики самые настоящие.
Вот впервые с таким сталкиваюсь.
Потому что мне ещё никто не отказывал, никто себя так дерзко не вёл!
Какой дерзкий, смелый поступок!
Я просто офигел, от того, что она сделала.
Девчонка устроила в моей голове какой-то бедлам. Ураганом пронеслась по нервам, выкрутив весь мой внутренний мир наизнанку.
Это… и что вы думаете?
Завела меня за секунду.
В любом другом случае, я бы без разговоров вышвырнул с вещами на улицу, ещё и влепил бы штраф за неуважительное отношение к начальству.
Но ведь эта… так сильно зацепила!
Казалось бы, в Наде нет ничего такого особенного, или я ошибаюсь?
Ведь в тихом омуте…
Напротив.
В ней есть много чего интересного, но она прячет всё это за бесформенными свитерами и строгими юбками. Как будто специально… Пытается оттолкнуть от себя мужчин.
Или наоборот?
Заставить их за ней бегать, добиваться. Чтобы узнать, что спрятано за маской. Какой дивный цветок?
Во мне проснулся хищник.
Завоеватель.
Азарт закипел в венах и мне до одури захотелось проверить, так ли это на самом деле?
Захотелось зажать малышку где-нибудь в укромном, тёмном углу. Снять с неё очки, сорвать резинку с волос, растрепав пальцами толстую, густую косу. Рвануть блузку вместе с пуговицами, и юбку, так, чтобы по швам затрещала! И убедиться, что моя теория верна.
Коварно улыбнулся. Медленно провёл языком по губам, глядя ей вслед…
Я идиот!
Не понимаю, что за мировой катаклизм творится внутри меня?
Но я… её хочу.
Захотел.
Резко и неистово.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Чем быстрее это сделаю, тем быстрее меня отпустит.
Я загорелся.
Внутри диким пламенем и первобытным инстинктом вспыхнул сильнейший азарт.
В голове созрел грандиозный план…Хочу с ней секс.
Секс без обязательств.
Я должен проверить свою теорию, что под безвкусным мешком прячется кое-что уникальное.
Должен с ней переспать, чтобы голова у меня от неё не болела. А то думать стал часто. А у меня жена. Так нельзя.
Единственный способ выбросить из головы – только такой. Получить. Попробовать. Насытиться. Забыть.
В анкете написано, что не замужем она. Вот и замечательно! В благодарность за приятное время провождение получит от меня шубу или премию.
Но что-то подсказывает, что так просто подойти и сказать: “Смирнова, давай переспим!” Не выйдет. Рискую получить по лицу от характерной кошечки. Я придумал кое-что другое.
Глава 9
– Быстро спать.
Абсолютно никакая завожу детей в детскую, отправляя их по своим кроватям.
Сидят, щёки свои дуют, и руки на груди сложили.
Обиделись…
Что без мультиков оставила и голос повышаю.
Актёры великие.
Разозлили сегодня не на шутку.
Значит, заслужили.
– Спокойной ночи.
Выключаю свет, прикрываю дверь и ухожу заниматься своими делами.
Я переоделась в ночную рубашку. На ноги – меховые тапочки с крольчатами. Взяв кота, легла с ним на диван, задрав ноги повыше, чтобы облегчить усталость. Толстый мурчун сразу принялся мять лапками мой живот и довольно урчать, когда я почухала его за ухом.
Включила телевизор – любимые вечерние мелодрамы. Два часа могу пожить и для себя. Сейчас только восемь, но я решила лечь пораньше. Посмотрю киношку немного и спать.
Не успела я с облегчением выдохнуть, как тут же подскочила от мелодии входящего вызова. Беру телефон в руки, столбенею. На экране мигает имя – Тимур Демонович.
Что за…
И сон как пощёчиной смачной сняло.
Интуиция кричит – не отвечай, но пальцы сами жмут на зелёную кнопку. Я обязана. Сейчас вот никак не могу потерять работу. Новый год скоро. Праздники – всегда траты приличные. Не могу же я любимых сыновей без подарков оставить.
– Да, – с дрожью в голосе.
– Смирнова! – рявкает он. – А ты ничего не забыла?
Быстро прокручиваю в голове возможные варианты того, где я могла накосячить.
Да вроде нигде.
– Рубашка где?!
Ааа, вот в чём дело!
– Извините, она дома у меня сейчас лежит. Завтра принесу. Только сегодня забрала с химчистки.
– Никаких завтра! Сейчас же! – шарашит он меня своим приказом.
– Но…
– Немедленно, чтобы была у меня с рубашкой! Даю двадцать минут или штраф!
В трубке слышатся гудки.
Да как так?!
Ну каааак?
От злости кулаками избиваю подушку. Когда злая энергия чуть освобождает моё тело, набираю Аллу и прошу, чтобы присмотрела за детьми. Соседка соглашается, а я, словно узник, идущий на виселицу, бреду к шкафу, вытаскиваю оттуда свитер и утеплённые штаны.
* * *
– Ой, ну и изверг он у тебя, – с грустью охает Алла, – зверьё самое настоящее! Тьху!
Хуже.
Исчадие ада!
Горько вздыхаю.
Застегиваю пуховик на последнюю пуговицу, как раз в этот момент кто-то стучит в дверь.
Открываю, а там лоб высоченный с орлиным носом и такими же хищными глазами. Одет в черную одежду, на массе мужик. Узнаю его не только по острому взгляду, но и по лысой голове. Один из личной охраны Титова.
– Что вам?
– Со мной едешь, – басистым голосом ставит перед фактом.
– Но я такси уже вызвала.
– Такси отменяется. У меня приказ.
– Знаете что! А я рожу вашу запомню! – кричит вдруг тётя Алла, размахивая кулаком. – Если через два часа Наденька домой не вернётся, я город на уши подниму! Зять мой – подполковник, ясно тебе, пень здоровенный!
