Уворачиваться получалось легко. Наносить урон, даже не смотря на свой двухсотый уровень, — отвратительно. С тем же успехом можно было попытаться зарубить наковальню. Видимо «чистый» уровень в этом мире напрямую на урон не влиял.
Зрители уже начали улюлюкать, и просить гнома перестать играться с этим «крылатым позером», да грохнуть того, наконец, когда Асзар понял, что нужно сделать.
Он демонстративно отбросил меч, выпрямился в полный рост, и развел руки.
— Правильно! — Заорал кто-то из зрителей. — Сдохни уже и не тяни время!
И тут же многоголосая толпа хором за скандировала гному: «Убей! Убей!».
Коротышка во весь опор понёсся на Асзара, и то было его, гнома, главной ошибкой.
В самый последний момент, Асзар крутанулся на месте, давая тому крылом подсечку, через секунду приземлился верхом на рухнувшего в песок арены гнома, и прежде чем тот успел опомниться, схватил его за сжимающую молот руку, и со всей силы опустил оружие врага на голову самого врага. Потом поднял и опустил ещё два раза.
Тело гнома исчезло. Молот — остался.
Асзар прикоснулся к нему кончиками пальцев.
«Молот подземного кузнеца». «Эпический предмет». «Каждый третий удар наносит критический урон». «Дополнительный урон по врагам в тяжёлой броне».
Среди зрителей повисло молчание, спустя мгновение, сменившееся оглушительными аплодисментами.
«Владелец хочет выкупить обратно свое оружие за двадцать тысяч золотых», тем временем «выскочило у Асзара в сознании», «согласится» или «отказать».
Разумеется, «отказать».
Для следующих поединков требовалось что-то более серьезное, нежели совершенно бесполезный «Меч странника».
Следующие полчаса, или около того, Асзар провел, будучи в одиночестве заперт в коморке без окон, куда его «для отдыха» отправил НПС-Годор. Видимо для того, чтобы боец не смог подсмотреть стиль других участников турнира, и заранее придумать тактику. По крайней мере, это было самым логичным предположением.
Вторым противником, был эльф с длинной палкой. Ловкий, быстрый, но «хрупкий». В отличие от гнома, этому хватило всего одного удара молотом по голове.
«Шест пацифиста». «Эпический предмет». «Увеличивает ловкость на двадцать процентов». «Увеличивает уклонение на десять процентов». «Десять процентов шанс парализовать противника на две секунды при ударе».
«Владелец желает выкупить данный предмет, за двадцать две тысячи золотых».
«Согласиться».
Посох Асзару был не нужен.
«Получено двадцать две тысячи золотых».
Асзар не увидел ни монетки. Просто «почувствовал», что они у него теперь есть. Настоящие, и ими можно платить.
Посох растаял в воздухе.
Следующим, был ещё один эльф. Но уже с кинжалом.
Этот боец продержался немного дольше, и молотом получил не по голове, а в грудь.
«Кинжал наёмного убийцы». «Эпический предмет». «Двойной урон при ударе со спины». «Увеличенный шанс критического удара». «Повышенная скорость атаки».
«Владелец хочет выкупить оружие за тридцать пять тысяч золотых».
«Отказать».
Асзар обещал Ручу кинжал? Асзар обещание выполнит.
Дальше в списке была... Та самая девушка в маске, и с разноцветными крыльями. В руке она держала искрящийся синими молниями кнут.
Это был первый бой в серии, когда по Асзару смогли попасть.
Неоднократно.
И все по крыльям.
Противница, кажется, не хотела рисковать, проверяя надета ли у ее соперника под мантию броня, и предпочитала бить в заведомо не защищённую часть тела.
Если бы не маска, делающая его немым, Асзар бы самым натуральным образом заорал от боли.
Если бы не страх разоблачения, Асзар бы уже после первого удара взмыл в небо и выдал по этой убийце залп «стальных перьев».
Но в небо было нельзя. И «стальные перья» было нельзя. Нельзя!
И клинок свой доставать нельзя!
Очередной удар пробудил в Асзаре новое воспоминание. Воспоминание, как он когда-то давно обманул тех убийц в своем подземелье.
Обманул...
После очередного удара, Асзар выронил из руки бесполезный молот, упал на песок и затих.
Девушка ещё пару раз ударила его кнутом и остановилась.
Зря.
Бездыханный было Асзар, неожиданно схватил конец кнута и резко дёрнул на себя.
Потерявшая на мгновение бдительность девушка упала на песок.
Усесться сверху, не давая жертве вырваться, накинуть на горло сделанную из ее же кнута петлю и затягивать. Затягивать изо всех сил! Затягивать, выплескивая ненависть к убийцам! Затягивать, не обращая внимания на боль в руках от скользящих по кнуту молний!
Убийцам не нужно дышать. Но дело не в воздухе. Дело в молниях кнута, которые теперь непрерывно впивались в шею этой твари.
Девушка исчезла. Кнут — остался.
Асзар прикоснулся к его рукояти.
«Кнут Лэйлы».
Ни «редкости», ни «особенностей». Просто — «Кнут Лейлы», и все.
Асзар ждал, что та девушка вот-вот захочет его выкупить. Он бы трофей не продал (слишком сильная вещь, для того чтобы возвращать ее убийце), но хотя бы цену выяснил. Этот кнут, игрушка явно недешевая.
Вот только предложения о выкупе почему-то не последовало.
— О достопочтенные зрители арены Годова! — Раздалось сверху. — У нас осталось всего два бойца! Орк Зарул, и Эльф Руч!
Асзар грустно усмехнулся. Вот почему на турнир он записался именно под этим именем? Своему другу, гоблину, хотел, таким образом, приятно сделать, или как?
А на арене тем временем показался орк. Тот самый орк, с которым шеплалась его предыдущая соперница.
Он подошёл к Асзару, посмотрел тому в глаза, и, так чтобы все слышали, сказал:
— А ты хорош, Руч. Правда — хорош, но кнут девушке надо бы вернуть.
Асзар в ответ медленно отрицательно покачал головой.
— А это не просьба. — Орк отступил на несколько шагов назад, демонстративно отшвырнул свой топор, и громко крикнул. — Право на смену оружия!
— Одобрено! — Крикнул из своей ложи НПС-Годор.
