мгновение кабриолет, обогнав карету лорда-мэра Ливерпуля, уже вовсю несся в сторону Ист-Энда.
«Моя репутация погибла!» — подумала Минни, но вместо того, чтобы ужаснуться, ей стало весело. Вот она — новая жизнь, захватывающая, непредсказуемая! За один день, проведенный с Ростроном, ей пришлось пережить приключений больше, чем за всю предыдущую жизнь.
Постепенно приходя в себя от нежданной встречи, она то и дело поглядывала на Рострона, но тот тактично не стал ее расспрашивать, сделав вид, что ничего не заметил.
Наконец, Минни сказала:
— Я вам расскажу на обратном пути. У меня ведь тоже не должно быть от вас секретов…
Рострон посмотрел на нее с любопытством.
В Ист-Энде Минни никогда раньше не приходилось бывать. Она была поражена грязными, зловонными мостовыми, тускло освещенными помутневшими от пыли и мертвых насекомых редкими уличными фонарями. Из-за заляпанных окон пивных раздавались пьяные выкрики, громкий гортанный смех. По улицам сновали одинокие тени прохожих. Она невольно придвинулась поближе к Рострону.
Наконец, они остановились перед мрачным и уродливым трехэтажным домом, с некоей претензией на респектабельность. Рострон помог Минни выбраться из кабриолета, надел китель и фуражку и бросил кучеру.
— Подожди нас здесь. Я заплачу за простой.
Рострон постучал в дверь висячей металлической скобой. Никто не отозвался, и он толкнул тяжелую дверь, которая открылась с неприятным скрипом. Внутри было душно, темно и вовсю пахло жареной рыбой. От самого подъезда куда-то вверх поднималась крутая винтовая деревянная лестница.
— Нам на третий этаж, — проговорил Рострон, крепко подхватив Минни под руку, и они стали карабкаться вверх. Ступеньки сильно скрипели, рукоятка лестницы подозрительно шаталась, и Минни напряженно смотрела себе под ноги. Наконец, они добрались до третьего этажа и остановились перед обшарпанной дверью, но застланной чистым половым ковриком. Рострон постучал. За дверью послышались приглушенные голоса, и вскоре им открыли.
На пороге стояла бедно одетая худенькая изможденная женщина неопределенного возраста: ей могло быть лет тридцать, а могло быть и все пятьдесят. Она недоуменно и вопросительно смотрела на офицера и его спутницу, явно не принадлежавших к ее сословию. Минни же с не меньшим удивлением рассматривала хозяйку дома: совсем не то, что она ожидала!
Рострон сорвал с головы фуражку.
— Миссис Джонстон?
— Да, — удивленно и нерешительно ответила женщина.
— Лейтенант Артур Рострон, мэм. Я… мы пришли проведать вашего мужа.
При этих словах лицо женщины просветлело, и она засуетилась.
— Лейтенант Рострон, сэр, заходите, пожалуйста! Ой, у нас неубрано, как неудобно, как неловко! Мы вас не ждали!
И она принялась хлопотать, отряхивая крошки с круглого стола, покрытого белой с пятнами скатертью, передвигая стулья, собирая разбросанную по малюсенькой комнатушке одежду, детские деревянные игрушки. Четверо карапузов, бедно, но чисто одетых, уставились на гостей. Рострон и Минни протиснулись в комнату, одну стенку которой почти полностью занимал большой, но потрепанный, диван, на котором лежал грузный пожилой бородатый мужчина.
При виде Рострона он дернулся было ему навстречу, попытался встать, но тут же повалился назад со стоном.
— Лейтенант Рострон, сэр!
Рострон подошел поближе.
— Лежите, Джонстон, лежите! Вам нельзя вставать.
Миссис Джонстон, тем временем, удалось выпроводить ватагу ребятишек в соседнюю комнату. Она усадила Минни в единственное прилично выглядевшее кресло и принялась накрывать на стол — варенье в вазочке, чайные чашки, но Рострон вежливо отказался:
— Благодарю вас, у нас мало времени, нас ожидают к ужину родители мисс Стоттерт.
И он представил Минни супругам Джонстонам как сестру своего друга, а ей — хозяев квартиры.
— Мисс Минни, это мистер Джонстон, боцман с дредноута «Неустрашимый», на котором я служу, вернее служил, — поправился он, — и его супруга.
— Как служили? — воскликнул Джонстон. — Нам сказали, что вы в отпуске. Вы что, уволились из флота?
— Нет. Сегодня утром я посетил адмиралтейство и оставил им подробный рапорт о происшедшем с вами. После этого, я попросил перевода на «Неудержимый». С капитаном Тернером я служить уже не смогу, да и не хочу.
— Вы сделали это ради меня, сэр?! — воскликнул пораженный Джонстон.
— В первую очередь, ради справедливости, которая однозначно на вашей стороне, — ответил Рострон, — это бесчеловечно, что они решили лишить вас страховки, для того, чтобы спасти свои шкуры.
Минни затаила дыхание. Таким жестким она Рострона еще не видела никогда. Хотя это «никогда» всего-то длилось два дня, поправила она сама себя.
«Значит он может быть и совсем другим, как интересно…», — подумала Минни.
Так как было заметно, что она не в курсе событий, миссис Джонстон, присевшая на стул подле нее, быстро объяснила ей ситуацию в нескольких словах.
— Моего мужа, — рассказала она со слезами на глазах, — капитан и первый помощник послали закрепить сломавшуюся пополам во время шторма мачту. Ему пришлось залезть на нее во время сильного волнения. А этого нельзя было делать! Лейтенант Рострон, второй помощник капитана, пытался им воспрепятствовать, но они его не послушали. Мой муж упал и сломал бедро. Нужна срочная операция, а то бедро срастется неправильно или вовсе не срастется! А капитан коммандер Тернер и его первый помощник лейтенант Даггл в рапорте написали, что мол боцман Джонстон залез на мачту по своему собственному почину. Теперь нам не платят страховку, назавтра назначена операция, а у нас нет денег! — и женщина горько заплакала. — У нас четверо ребятишек, мал мала меньше, работать он не сможет, на что нам жить?! Я убираюсь у соседей, но это ведь крохи! На страховку только и была вся надежда!
Минни обняла ее и попыталась утешить, но как? «Боже мой, — подумала она, — как же далека моя жизнь от несчастья и нищеты, борьбы за существование!»
Тем временем, быстро оглянувшись на Минни и заметив, что она занята разговором с женой боцмана, Рострон вынул из кармана кителя и сунул в руки Джонстону какой-то пакет и приложил палец к губам. Однако если он надеялся, что его действия останутся незамеченными, он сильно ошибался. Джонстон его явно не понял.
— Что это? — громко спросил он, заглядывая в пакет и не веря своим глазам. — Деньги?! Деньги! Дженни, иди скорее сюда! Лейтенант принес нам деньги! Откуда?!
— Мы с офицерами
