на Сете. Хуже того, если на него будут смотреть эти большие серые глаза, ему будет трудно оставаться в стороне. Она была очень привлекательна. Умная и покорная, с намеком на уязвимость.
Но за исключением демонстраций, он воздерживался от игр со своими сотрудниками. Ксавье обнаружил, что слишком много сабмиссивов ожидают, что игра в клубе приведет к отношениям Д/с. В его случае это было не так.
Чтобы избежать искушения, он перешел на другую сторону комнаты и занял место, чтобы понаблюдать, как Саймон в легком темпе порол свою сабу. На Роне было только золотое ожерелье — ее ошейник. Она была очаровательной, самодостаточной женщиной и достаточно умной, чтобы держать Саймона в напряжении. Его друг давно нуждался в такой, как она.
В какой-то момент Саймон прекратил порку. Он вставил вибратор-кролик в киску Роны и закрепил его ремнями.
— Вот так, девочка. Это не даст тебе заснуть.
Ее руки были прикованы к низкой потолочной балке, иначе она бы ударила его. Вместо этого Рона что-то пробормотала, сверкая глазами.
Саймон щелкнул выключателем, и ее спина выгнулась дугой.
— Я не возражаю, если ты кончишь, Рона, но, если ты будешь шуметь, я останусь недовольным.
Ксавье усмехнулся. Саймон хорошо знал свою сабу.
Ее рот был плотно закрыт, когда она пыталась заглушить свои стоны. Саймон возобновил порку, часто останавливаясь, чтобы изменить настройки вибратора. Вскоре лицо Роны стало почти пунцовым, она балансировала на грани оргазма.
С негромким смехом Саймон щелкал концами флоггера по ее груди. Она проиграла битву и достигла кульминации с удовлетворенным воплем.
Отличная сессия. Улыбаясь, Ксавье поднялся. Пора проведать Эбби.
— Милорд, — на его пути преклонила колени саба без ошейника. — Могу ли я услужить Вам чем-нибудь?
Он не знал эту симпатичную брюнетку. Хотя «Тёмные Небеса» были частным заведением, новые члены постоянно прибывали в клуб благодаря занятиям и рекомендациям. Новенькая она или нет, ей нужно было научиться хорошим манерам.
— Посмотри на меня.
Когда она подняла лицо, надежду в ее глазах сопровождал триумф.
— В этом клубе Дом подходит к сабмиссиву, а не наоборот. Выбор всегда за Домом. Предложение исходит от Дома. Стояние на коленях и личная инициатива могут сработать для тебя в другом месте. Здесь — нет. Я понятно объясняю?
Она опустила взгляд и поморщилась.
— Да, Милорд.
— Замечательно, — он смягчил свой голос. — Если ты хочешь встретиться с кем-то, или если у тебя есть проблемы, ты можешь попросить о разговоре со мной.
— Да, Сэр.
— Ты знаешь здесь кого-нибудь?
Она кивнула, и ее румянец усилился.
Его раздражение лишь повышало градус.
— Ты здесь с Домом? Твоим Домом?
— Да, Сэр, — прошептала она.
У него возникло искушение вышвырнуть ее из своего клуба. Очевидно, эта ветреная красотка привыкла манипулировать окружающими ее мужчинами.
— Отведи меня к нему. — Когда она начала вставать, он покачал головой. — Тебе не разрешали вставать.
Ее глаза расширились.
— Двигайся.
В отличие от многих доминантов, он не часто заставлял сабмиссива ползать, но в ее случае… Она прошла через всю комнату, чтобы встать на колени рядом с мужчиной, наблюдающим за сценой.
Ксавье узнал его. Опытный Дом, не строгий, больше увлеченный сексом, чем доминированием, и богатый, что объясняло его прекрасную, молодую подчиненную.
Джонстон взглянул на нее.
— Тиша, что… — он увидел Ксавье и поднялся на ноги. — Ксавье. Какие-то проблемы?
— Боюсь, что да. Твоя нижняя предложила себя мне в услужение.
Его лицо потемнело, Джонстон пристально посмотрел на нее.
— Ты сказала, что тебе нужна уборная.
— Я… я просто подумала…
Нет, она не подумала. Ксавье сделал шаг назад.
— Ты хочешь поучаствовать в наказании? — спросил его Джонстон.
— Я уверен, что ты поступишь с ней как следует, — когда Ксавье уходил, он услышал позади себя писк. Обычно Джонстон не отличался жесткостью, но сегодня это не помогло бы девушке.
Прогнав раздражение из мыслей, Ксавье неспешно прогуливался по своим владениям. Энергетика в подземелье была почти осязаемой. Некоторые вечера были лучше других. Иногда, будь то из-за неудачной сцены или плохого сочетания игр, атмосфера могла казаться разрозненной. Но сегодня крики, стоны и ритмы перетекали из одной части комнаты в другую, пока сцены не приобрели дополнительный резонанс.
Но не все из них. Очевидно, он плохо справился с ролью сводника для секретарши и Сета.
Стоявшая поодаль наблюдатель из подземелья хмуро смотрела на происходящее. Когда Ксавье кивнул в знак приветствия, Анжела подбородком указала на сцену.
— Нижняя совсем не задействована.
— Я вижу.
Несмотря на то, что Сет тоже был новичком, он понял, что совсем не цепляет Эбби, и его разочарование было очевидным. Он не связал ее, но заставил держаться за крест, пока легонько порол ее задницу.
Ксавье заложил руки за спину и задумался. На самом деле это он подтолкнул ее к сцене с Сетом, но она вступила в клуб, чтобы учиться. Она вызвалась быть администратором, чтобы не ждать. Но в то же время она даже не пыталась участвовать в этой сессии.
Ему доводилось подводить сабмиссивов, которых нужно было вовлекать в процесс, но Эбби была не просто отстранена, ее мысли были далеки от сцены. Он проследил за ее взглядом до того места, где свитч играла с молодой парой под присмотром ее Дома.
Глаза Ксавье сузились. Хотя Эбби сосредоточилась на четырех людях, занятых в сцене, она не проявляла никаких признаков возбуждения. У нее было выражение лица человека, который смотрит интересную телепередачу.
Сет бросил флоггер в сумку, шагнул к ней и что-то сказал.
Эбби кивнула. Когда она отошла от креста, разминая руки, Сет подошел к Ксавье и Анжеле.
— Все прошло не очень хорошо, — сказал Ксавье.
Сет покачал головой.
— Это была самая скучная сцена, которую я когда-либо проводил. Она была совсем не со мной. Эта саба не принадлежит мне, и я ее не знаю, поэтому мне было некомфортно повышать уровень боли, чтобы вовлечь ее в сцену.
— Она даже не пыталась, Сет. Это не твоя вина, — Ксавье наблюдал, как Эбби потирает плечи. — Поскольку она под моей ответственностью, думаю, я покажу ей, над чем необходимо сосредоточить все свое внимание при участии в сцене.
Сет усмехнулся.
— Бедная сабочка.
Ксавье подозвал официантку, чтобы та принесла его сумку с игрушками, и присоединился к Эбби.
— Привет, — ее улыбка померкла от его молчания. — Милорд. Простите. Я не привыкла…
— Это очевидно, — он говорил негромко, но жестко, будто бил ее по заднице. Глаза Эбби расширились. Да, теперь все ее внимание было в его руках. — Когда сабмиссив участвует в сцене, на чем должен быть сосредоточен взгляд? И сознание?
Связки в ее горле
