Беглянка старалась даже не дышать. Он не должен ее заметить, не должен… вот сейчас ей следует тихо уйти, пока не случилось непоправимое...
– Выходи, Аделаида. Я знаю, что ты здесь.
Дьявол! Нет! Нет… Девушка обреченно закрыла глаза.
– Ты думала, я все это стенке рассказываю? – Диего усмехнулся. – Однажды ты спросила у меня, зачем мне твой титул. Теперь я ответил.
Она вжималась в стену, лихорадочно прикидывая, сможет ли убежать от него. Да – если ей повезет. Призыв духа забрал слишком много сил, и на магию пока рассчитывать не приходится, но все же… У нее будет всего лишь один шанс.
– Ты пошла за мной, я уверен в этом. Потому что это именно то, что сделал бы я на твоем месте, – Дон неторопливо подходил к ее импровизированному укрытию. Как будто видел свою суженую насквозь и всё знал заранее.
Аделаида мысленно выругалась. Глубоко вздохнула. И вышла.
– Здравствуй, милая, – проговорил Диего, прожигая ее внимательным взглядом. Он улыбался все так же хитро и самодовольно – но за его улыбкой скрывалось нечто другое, это девушка могла сказать наверняка. – Я так долго тебя искал.
Он сделал один шаг ей навстречу. Она даже не пошевелилась. Яркие солнечные лучи били в маленькое окошко темницы Роко-Муэрте, освещая место долгожданной встречи непомерно радостным светом.
– Погода сегодня хорошая, – проговорила Адель отстраненно. Но ураган мыслей бушевал в ее голове.
Еще один шаг в ее сторону. Усилием воли она заставила себя не отшатнуться.
– Ты хочешь поговорить о погоде? – уточнил мужчина с неприкрытой иронией.
– А разве не с этого начинают разговор приличные люди? Впрочем, нет, не хочу. Я хочу уйти отсюда свободным человеком и просто прогуляться по парку, наслаждаясь теплом. Ну, знаешь, как обычная горожанка, – буднично сообщила его жена.
– А кто тебе запрещает? Выйдешь. И прогуляешься. Со мной, – Диего подошел еще ближе. – А потом мы вернемся в наш дом, где тебя ждут вкусный обед и разогретая ванна. И ты наконец-то будешь моей. Я ждал тебя, Адель.
За каменными стенами форта безмятежно пели птицы, создавая ложную атмосферу спокойствия. Девушка замерла: ей совсем-совсем не было спокойно. Почему он говорит точно так же, как и ее наваждение в пещере, почему смотрит таким взглядом?! Почему все повторяется, но на этот раз – в реальности? Сейчас он обнимет ее, прижмет к себе и легко сломает силу воли. А она… поступит точно так же, как и в тот раз: не сможет сопротивляться собственным наивным чувствам и его дьявольской притягательности.
Вот только это совсем не иллюзия. Здесь будут последствия.
Аделаида быстрым движением выхватила саблю и ткнула кончик мужчине в грудь.
– Не приближайся, – предупредила она.
Вытянутая рука и меч – вот то расстояние, на которое она готова его подпустить. Ближе он не подойдет.
– Я сильнее тебя, Адель. Это мы уже выяснили, – адмирал наблюдал за ее попыткой отбиться со смесью невозмутимости и заинтересованного ожидания.
– Пока что сильнее. И не называй меня так!
Диего устало вздохнул и начал медленно обходить ее по кругу – но девушка не уступала ему. Под безмолвную музыку начался завораживающий танец влюбленных.
– Где ты была все это время? – спрашивал он. – И откуда у тебя эта сабля? Я знаю ее.
– Так я тебе и сказала.
– Ладно. Ты мне еще все расскажешь.
– Это звучит как угроза, – фыркнула Адель.
– Ни в коем случае, милая. Констатация факта, – ответил губернатор уверенно.
Острый кончик старого оружия упирался ему в грудь, не раня, но и не подпуская ближе.
– Я уже сказала. Я тебе не игрушка. И я никуда с тобой не пойду.
– Не игрушка, но моя жена. Тебя отдали мне, и ты моя по праву.
Плавные кошачьи движения. Хитрые – его. Ловкие – ее.
– Я тебе не жена! – возмутилась Аделаида. Ей резко захотелось все же ткнуть его саблей: чтоб неповадно было. Опять он говорит эти отвратительные, мерзкие, собственнические слова!
Диего посмотрел на нее насмешливо.
– Да ну? Ты поклялась мне. У нас была первая брачная ночь. Помнишь?
Девушка очень надеялась, что не покраснела или хотя бы что в полутьме темницы этого не было так уж заметно. Дурацкое окно…
– Это был первый брачный день.
– Значит, помнишь.
С напускным высокомерием Адель проигнорировала этот выпад.
Опасный танец продолжался.
– Ты прекрасно выглядишь, – заметил Дон, делая еще один шаг в сторону. – Мне очень нравится твой костюм.
– О, спасибо. Мне тоже. Буду надевать его чаще, – комплимент и правда повеселил девушку. Она польщенно ухмыльнулась. И не сдержала свой острый язык. – А вот твой камзол мне не нравится. Ты выглядишь как расфуфыренный балбес. Красный мундир устраивал меня куда больше.
Пиратка одарила его милой дьявольской улыбкой.
Как же хорошо, что она не встретилась ему в своем красном адмиральском мундире… было бы неловко объяснять, откуда и вообще зачем она взяла такой же.
Весьма уязвленный по очевидной причине, Диего все же послушно проглотил шпильку. И ответил ей тон в тон:
– Ты можешь снять его с меня в любой момент, любовь моя.
Медленный круговорот. Размеренное дыхание под острием сабли.
– И не подумаю! – она, впрочем, подумала, но ему знать об этом было совсем не обязательно. – Какого черта тебе от меня нужно, Диего? Ты уже получил все, что хотел!
– Мне нужна ты, – ответил он просто. Иногда самый простой ответ и есть самый правдивый.
– Зачем? – спасительное равновесие покидало Аделаиду. «Замолчи, замолчи, замолчи… не используй меня так, ты, мерзавец!» – Ты меня даже не знаешь толком.
Диего Де Очоа на секунду остановился и заглянул ей прямо в глаза.
– Не знаю ли? – он задумался. И посмотрел на нее… так. Как всегда смотрел во снах. – Тогда послушай меня. Твой любимый фрукт – манго. Ты назвала лемура «Дракоша», и я долго смеялся сначала. Я рассказывал тебе про звезды, и ты выиграла меня в шахматы. А еще...
Аделаида похолодела.
Что?..
Как?..
Нет! Не может быть. Не. Может. Быть. Не может…
У нее внутри как будто что-то перевернулось, и сердце сжалось от страшного, неожиданного, сладостного осознания. Она не верила. Не могла в это поверить. Это были всего лишь глупые фантазии!
Разве нет?..
Нет! Нет! Нет!
Прекрати! Замолчи!
– Я не понимаю, о чем ты, – вымолвила Аделаида равнодушно.
Осталось только выдержать проницательный взгляд этих стальных серых глаз.
– Ты врешь, – спокойно ответил Диего. – Понимаешь. Я вижу это. Не сопротивляйся, Адель, и иди ко мне. Я так долго не мог к тебе прикоснуться…
Он медленно зажимал ее в угол, снова применяя все ту же простую тактику. Другого выхода не было. Словесная дуэль грозила перерасти в настоящую – и в открытой схватке, прижатую к стенке, мужчина с легкостью победит девушку… значит, у нее остается всего один шанс.
Нельзя, нельзя позволить ему дотронуться до себя. Иначе она может малодушно сдаться…
– Вот скажи мне… – Аделаида медленно опустила свободную руку в карман и нащупала заветный пузырек. – Сейчас ты берешь меня в охапку, насильно тащишь домой, а дальше – что? – аккуратно открутила плотную крышку. – Признайся же, ты просто хотел забрать меня себе, а что делать дальше, не продумал.
Резким движением она выплеснула ему в лицо слепящую жидкость. И бежала, бежала, что есть сил, задыхаясь, подгоняя себя, захлопывая все двери, опрокидывая тумбочки и стулья, петляя, освобождая заключенных, создавая спасительную суматоху. Все, что угодно, чтобы задержать его и его солдат. Она не может остаться… реальная жизнь – это не сны, где все так просто. Здесь у нее есть обязательства. Перед родителями, перед друзьями, перед своим городом, перед всем миром, в конце концов! Она не станет предавать их, не станет предавать себя, как бы ее ни тянуло к этому подонку!
Она ни за что не будет с ним, пока он не научится воспринимать ее как равную.
Облокотившись на зубец, Диего де Очоа стоял на крыше, на том самом месте, где каких-то пять минут назад была его жена.
