Мои мысли стали блуждать в другом направлении; думаю, я смогу уделать Гейба, если буду бежать на своих двоих. Просто надо выскочить за дверь и раствориться в городе. Никто никогда больше не увидит меня. И у меня достаточно средств, чтобы жить в какой-нибудь лачуге в небольшом городке, подальше от центра. Я могу это сделать – но буду ненавидеть себя после. Все больше мыслей роилось у меня в голове, но и быстро исчезало. Неважно как, выхода пока не предвиделось.
- Не думаю, что ты поймешь. Это сложно для обычного восприятия, - Генри наблюдал, как я пью из бокала. По какой-то причине его слова прозвучали, как оскорбление моих способностей.
Покрутив между пальцев ножку бокала, я взглянула на него: - Я достаточна умна. Испытай меня.
- Прекрасно, но для начала скажи мне, кто удерживал тебя от меня вчера и позавчера? Как только я узнал замечательные известия о моем изобретении, я захотел отпраздновать, – и я хотел это сделать с тобой – однако, твой работодатель не согласовала нашу встречу. Итак, - Генри обхватил мою талию руками и придвинул к себе так, что наши бедра тесно соприкасались. Его хватка была уверенной, собственнической. – Ответь мне, из-за кого я стал запасным вариантом в эти выходные?
Я беззаботно рассмеялась, будто он сказал что-то очень забавное: - Генри, ты ведь знаешь, больше нет никого, с кем бы я хотела быть так, как…
- И поэтому Блэк лишь создавала проблемы в организации, чтобы заставить меня желать тебя больше? Потому что я уже хочу тебя так сильно, что вряд ли это можно назвать здоровым влечением.
- Стремления могут быть во благо… - выпив остатки напитка, я поставила бокал на стол.
Взгляд Генри прочерчивал каждое мое движение. Склонив голову на бок, он прошептал: - А к чему ты стремишься, чего желаешь, милая? – Генри нагнулся и припал губами ко мне. Он целовал меня, и я заставила себя ответить, даже если я этого совсем не хотела. Когда он отстранился, в его глазах я заметила блеск, будто он знал что-то, чего я не знала.
- К чему этот взгляд? – спросила я.
- Ты так мила со мной, всегда стараешься не ранить мои чувства, но я знаю, с кем ты была в этот уикенд. Я видел вас вместе, - внутри все резко ухнуло вниз, будто кто-то одним махом обрезал трос идущего лифта. До того, как я успела что-либо произнести, Генри заговорил первым: - Я знал, что у тебя есть и другие клиенты, но я и представить не мог, что ты трахаешь и его, - сама мысль, что я могу спать с Шоном, явно очень расстраивала его.
Я слегка коснулась руки Генри и ответила, взглянув ему в глаза: - И не надо. Сегодня вечером есть только ты и я, больше никто.
Он покачал головой: - Никогда не будет «только ты и я». Мне просто следовало бросить все эти попытки и как следует поиметь тебя, пока я не буду удовлетворен, но одна мысль, что ты была с ним, просто сводит с ума. Ты хоть знаешь кто он? Что он сделал?
Вся ситуация стала резко выходить из-под контроля. Пульс забился чаще и уже отдавался в голове, словно барабанная дробь: - Мне на самом деле мало что известно в этом деле, Генри. И прямо сейчас я с тобой. Я могу отпраздновать твою победу здесь, с тобой, - я постаралась прикоснуться к нему, но его рука дернулась вверх, и он отпрянул от меня. Такая реакция удивила меня, и я уже не знала, что сказать.
Голос Генри звучал легко и беззаботно, будто все это не имело значения, но все было очень даже наоборот: - Да? И как мне следует взять тебя? Я бы предпочел не делиться одной и той же женщиной с Ферро, но если бы и пришлось, скажи мне, куда именно он тебе засаживал, чтобы мне не зариться на объедки.
Это был уже не он. – Генри? Что происходит? Ты нанял меня. Ты на самом деле считал, что единственный клиент у меня?
- Я хотел тебя всю для себя.
- Это так не работает.
Генри схватил меня за запястье и дернул к себе. Когда Шон делал такие вещи, это ощущалось волнующим, с оттенком предвкушения, но сейчас тревожные звоночки вовсю звучали у меня в голове. Что-то идет неправильно, но, возможно, я преувеличиваю. Челюсть Генри была крепко сжата, а глаза сузились до тонких щелочек. Он прошипел мне в лицо: - А стоило бы.
- Ты делаешь мне больно, - попыталась вывернуться из его хватки, но не смогла. Пульс уже стучал как бешенный. Все становилось хуже.
Что-то щелкнуло в мозгу этого парня – я видела это по его взгляду. Каждый инстинкт, что сохранился в моем теле, твердил мне поскорей уносить отсюда ноги, но он так сильно ухватился за меня, да еще его сознание помутилось окончательно. Я дернула рукой так, чтобы силой не сломать ненароком запястье, и крикнула: - Генри, отпусти меня!
Но он не выпустил меня. Вместо этого, он поравнялся с моим лицом. Когда он говорил, его дыхание скользило по лицу. Я ожидала, что он скажет, что делает мне больно специально, но он ответил другое: - Ты должна знать, что делаешь со мной, как я себя чувствовал, когда мне сообщили хорошие новости, а я не мог увидеться с тобой целых два дня.
- И поэтому я ждал и все это время думал только о тебе – и что он делает с тобой – и как ты позволяешь ему все это делать. Это неприемлемо, и я намереваюсь показать тебе, что именно я имею в виду, милая. Ты принадлежишь мне, - было такое чувство, что он одержим. Он продолжал выкручивать мое запястье так сильно, что кожа стала гореть, силой завел его мне за спину, усилием заставив меня опуститься на колени.
Я была близка к истерике. Крики уже подбирались близко к горлу, вместе с животным ужасом во всем теле. Блэк, видимо, не проверила его на адекватность психики, потому что сейчас весь облик Генри просто кричал «психопат».
Быстро соображая, я решила двигаться в направлении цели, что устраивала его и чего он так сильно хотел – меня. Генри желал, чтобы я была его девушкой. Он согласился на эту договоренность, так как это был единственный способ заполучить меня. А сейчас, я вижу, что он не тот очаровательный парень, каким я его считала ранее. Шон отстраненный, порочный, даже, возможно, сам грех во плоти, но этот парень просто сумасшедший.
И это пугало меня больше всего – ненормальные и иррациональные люди – они творят то, что не имеет смысла, и прямо сейчас Генри близок к тому, чтобы сломать мне руку. Он, похоже, не осознавал, что его действия лишь усиливают слезы в моих глазах и дрожь в моем и так напряженном голосе. Я старалась разговором успокоить его, отвести его на достаточное расстояние от себя, чтобы схватить браслет и раздавить черную кнопку безопасности на нем. Все, чего мне нужно добиться, это чтобы он отпустил мою руку лишь на несколько секунд.
Выровняв тон голоса, я сказала: - Я здесь, рядом, Генри. Я хочу услышать от тебя все, что ты мне расскажешь. Мы можем делать все, что захотим - совсем все. Просто отпусти мою руку, и я вся в твоем распоряжении.
