Как же это возможно?
Ты молишься мне.
У тебя такой взгляд,
Я знаю, что он значит:
Я могу быть, могу быть всем для тебя!
Я могу быть твоей шлюхой,
Грязной девкой, что ты сам создал.
Я — твоя грешница, я — твоя шлюха…
«Модификация завершена!» — голос программы звучит в голове Инги.
Девушка выходит из Вирала, открывает глаза. АРовские линзы вспыхивают и меняют цвет, становясь зелёными. Инга смотрит на себя в зеркало. Улыбается.
— А что, неплохо, — девушка крутится и так, и эдак, оценивая новую фигуру, — ещё добавить рыжий парик и буду похожа на ту чародейку, как её там… — Инга морщит лоб, — а… Трисс Меригольд из «Ведьмака».
Девушка делает движение рукой, словно отмахивается. Зеркало отъезжает в сторону и скрывается в стене. Перед Ингой возникает Макс. Голограмму проецируют встроенные в потолок проекторы.
— Отлично выглядишь! — Макс присвистывает, окидывая тело Инги с ног до головы. — Буфера некислые такие! Четверку заказали?
— Глаза не сломай! — Инга проводит рукой по лысой голове. — Без тебя есть кому оценить!
За три года использования виртуального ассистента-помощника, девушка стала относится к программе с искусственным интеллектом, как к живому человеку. А частые перебранки превратились в обязательный ритуал. Так веселее.
Инга разворачивается. Идет по комнате, ступая босыми ногами по мягкому и тёплому силиконовому покрытию пола.
— Ты куда? — спрашивает Макс.
— В душ! — на ходу бросает девушка.
— Есть будешь?
— Да.
— Что сделать?
— Ну… — Инга останавливается перед дверью в ванную комнату… — закажи кухне овощной салат, кофе покрепче и пару бутеров. Я наскоряк поем, а то опоздаю.
— Хорошо!
Девушка скрывается за дверью. Слышен шум воды.
Макс пристально вглядывается в дверь, будто прожигает её взглядом. Затем, голограмма смотрит вверх, кому-то кивает и, растворяется в воздухе, чтобы секунду спустя появиться на кухне.
Макс проходит к длинной, закрытой стеклянным кожухом столешнице у стены, над которой висят несколько шкафов и вытяжка. В столешницу встроены мойка и варочная панель из черного стекла на четыре конфорки. Рядом, на стене, висит предмет, напоминающий небольшую ванну, заполненную гелем, из которого торчат продукты, завернутые в прозрачную плёнку. Это — биохолодильник.
— Овощной салат и бутерброды с сыром и ветчиной! — произносит Макс.
Слышен тихий щелчок. Кожух, закрывающий столешницу, отъезжает в сторону. Сверху появляется пара роботизированных рук. Манипуляторы перемещаются по шине. Длинные бионические руки выхватывают из холодильника хлеб, сыр, помидоры, огурцы, ветчину. Режут продукты. Хлеб закидывают в тостер.
— Ещё эспрессо! — добавляет Макс. — Покрепче!
На столе оживает кофемашина. Слышен шум перемалываемых зёрен. Макс снова смотрит в сторону ванной комнаты. Со стороны кажется, что голограмма, чего-то ждёт или… может быть, Макс видит сквозь стены?
***
Инга стоит под струями воды в стеклянной душевой кабине. Из встроенных колонок раздаётся песня группы Powerwolf — «Demons are a girl's best friend» (Демоны — лучшие друзья девушек). Инга подпевает вокалисту:
Демоны ночи придут и возьмут тебя.
Ведь они — лучшие друзья девушек!
Демоны излечат тебя от девственности.
Приди к ним и встань в очередь!
Ведь демоны — твои лучшие друзья!
Свет в кабинке мерцает. Подсветка окрашивает воду то красным, то желтым, то зелёным цветом. Капли стекают по барханной коже, плечам и спине Инги. Девушка скользит руками по телу. Смывает гель. Вода уносит мыльный раствор в канализацию. Налитую, тяжелую грудь еще покалывает, но Инга не обращает на это внимания. Она, что-то мурлычет себе под нос. Чему-то улыбается.
![]()
Неожиданно, Инга меняется в лице. Оно становится похоже на маску. Девушка нажимает на клавишу смесителя. Вода перестаёт течь. Медленно поворачивает голову. Вытягивается. Тупо смотрит в стену. Не моргает. В её глазах вспыхивают огоньки АРовских линз. Инга видит перед собой сообщения:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Вход выполнен.
Загрузка.
10, 9, 8, 7…
Выбор ячейки памяти.
Найдено.
Открыто.
Задание.
Нейтрализация объекта через инфицирование.
Способ?
Генитальный.
Условия договора?
Стандартные.
Бонусы?
Не предусмотрены.
Ок.
Начало передачи средств.
Оплата переведена.
Активация объекта.
Инге кажется, что воздух перед ней дрожит. Пространство в душевой кабинке меняется. На уровне груди девушки, на расстоянии метра, возникает круг черного цвета.
Он пульсирует, сжимается. По его поверхности расходятся волны. Из круга вытягивается рука. Пальцы сжимают какой-то небольшой продолговатый предмет. Инга берёт его, хотя на самом деле, она подходит к умывальнику. Открывает ящик подвесной консоли и достаёт из него пластиковую серую трубку, размером с тюбик от зубной пасты.
Инга нажимает на торец аппликатора. Из цилиндра выдвигается штырь с толстой иглой на конце, из которой торчит головка капсулы. Девушка внимательно смотрит на инъектор. Её глаза широко распахнуты и пусты, как у куклы. Инга похожа на марионетку, которой управляют извне.
Девушка отпускает кнопку. Игла втягивается внутрь аппликатора. Затем Инга ставит одну ногу на серебристый табурет. Чуть нагибается. АРовские линзы вспыхивают красным цветом. Система выдаёт сообщение:
Болеутоляющее активировано.
Введите аппликатор.
Инга засовывает тубу себе между ног. Нажимает на кнопку инъектора. Игла выстреливает, втыкается в стенку влагалища. Лицо девушки похоже на каменное. Боли нет. Капсула вводится в мышечную ткань. Одновременно, внутри, распыляется биогель-ингибитор с тайм-кодом, который обволакивает внутреннюю полость.
Инга становится оружием — кибер-шлюхой киллером, которую используют «вслепую» те, кто контролирует её через Вирал. В капсуле находится нейротоксин. Когда клиент будет трахать Ингу, а делать он это будет без защиты, ведь девушка теперь пройдёт любую медицинскую проверку, яд попадёт к нему в кровь.
Человек ничего не почувствует. Капсула среагирует на уровень оксида азота в крови Инги во время траха и выделение гормонов удовольствия и, просто рассосётся. Что будет дальше, зависит от «коктейля» нейротоксина.
Может быть он разрушит нервные клетки, причем не сразу, а в течении длительного времени, чтобы не навлечь подозрений на Ингу. Слишком много средств вложили в её модификацию, чтобы использовать только один раз.
А может быть яд, или, что там запихнулив капсулу, приведёт к «обращению» клиента. Так называют процесс внешнего контроля, когда объект, сам того не понимая, будет принимать решения и действия выгодные его «кукловодам», которые контролируют его, подключаясь через защищённый канал Вирала.
Всякое может быть. Ведь это — Оцифрованный Мир!
***
Инга выпрямляется. Убирает аппликатор в ящик умывальника. АРовские линзы вспыхивают синим цветом и вновь возвращаются к исходному состоянию. Снова бегут сообщения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Объект заряжен.
Активен.
Включён режим ожидания.
Перезагрузка системы.
3, 2, 1…
Ячейка закрыта.
Память очищена и восстановлена.
Запуск.
Инга вздрагивает, часто моргает. Её глаза становятся осмысленными. Она дотрагивается рукой до лба. Озирается. Морщится.
