Получив известие о приходе шведов, князь Александр Ярославич, собрав малую дружину в Новгороде, выступил навстречу противнику. Каким путем двигались русские войска – летописи не сообщают. Они могли спуститься по воде или посуху вниз по Волхову к Ладоге, где к ним примкнул отряд ладожан [Караев, Потресов 1970, с. 82–83; Кучкин 1996, с. 14]. Такой вариант предусматривал упреждение шведского набега на Ладогу и защиту этой крепости на рубеже Новгородской земли. Существует мнение, что, дойдя из Ладоги до устья Тосны, войска с местными ижорскими проводниками сначала поднялись вверх по течению реки на 6 км до места наибольшего сближения с бассейном Ижоры, а затем через водораздел вышли на реку Большая Ижорка и по этому притоку прошли до реки Ижоры, устроив по пути привал [Караев, Потресов 1970, с. 116–117; Шаскольский 1995, с. 21].
По мнению А.Н. Кирпичникова, русские войска двигались по более короткому маршруту, протяженностью около 150 км: сначала по Водской дороге на Тесово (верхнее Полужье), а затем к реке Неве. Форсированным маршем они могли преодолеть его за 2 дня [Кирпичников 1995, с. 28; 1996, с. 31]. Путь от Новгорода напрямую к устью Ижоры был действительно значительно короче, чем через Ладогу. Однако при таком направлении движения, в случае дальнейшего плавания шведского флота к Ладоге, войска Александра Невского оказались бы в стороне от основного района боевых действий. Упомянутая Водская (Ивангородская. – П. С.) дорога проходила через Тесово на северо-запад, в обход Южного Приневья и бассейна Ижоры. Поворот от нее на север к устью Невы и Ижоре мог существовать через Зарецкий погост, находившийся уже в восточной части Ижорского плато, на удалении около 130 км от Новгорода. Сведения о других путях, связывавших Иванго-родскую дорогу с Приневьем, отсутствуют.
Вероятнее всего, новгородские войска двигались к месту битвы по дороге, которая проходила примерно в 40–50 км к западу от Волхова через верховья реки Назии в юго-западное Приладожье. Далее она выходила в верхнее течение Невы, куда шведы могли дойти на своих судах от устья Ижоры за двое суток. Такой маршрут давал Александру возможность для маневра и изменения направления движения в случае продолжения наступления неприятеля на Ладогу. В XVI столетии упомянутая дорога под названием Ореховецкая становится ямским трактом, и ее маршрут подробно описан [Голубцов 1950, с. 295; Селин 2001, с. 90–91]. Тракт проходил от Новгорода через Лусский ям, расположенный в 25 верстах от города[9], где он расходился с Ивангродской дорогой, не доходя до Тесова 25 верст, и поворачивал на север. Далее через Шапецкий ям (современный пос. Шапки в бассейне реки Мги) и Петровский погост дорога вела к Орешку, расстояние до которого от Новгорода составляло около 165 верст, и далее к Кореле.
Такая же дистанция была от Новгорода до Ладоги, но истоки Невы удалены от Ладоги еще на 70 верст [Голубцов 1950, с. 295–296; Селин 2008, с. 297–302]. Возможно, в это время уже существовала прямая дорога от Шапецкого яма, находившегося в 85 верстах от Новгорода на северо-запад, зафиксированная на шведских картах XVII в. Она шла через Ярвосольский погост (район Лезье. – П. С.) и выходила к устью реки Тосны (около 30 км). Далее по южному берегу Невы до ее устья было около 40 км, а до устья Ижоры – всего около 10 км.
Рис. 22. Различные версии движения русских войск к устью реки Ижоры: 1 – по Г.Н. Караеву; 2 – Ивангородская дорога; 3 – Ореховецкая и Корельская дорога; 4 – реконструируемая средневековая дорога по южному Приневью; 5 – вероятный маршрут движения русских войск
Но войскам Александра Невского не было необходимости двигаться к устью реки Тосны. В среднем течении Назии путь от Новгорода к истоку Невы (позднее – Новгородско-Ореховецкий) пересекался дорогой, проходившей по краю глинта (Балтийско-Ладожского уступа) из Нижнего Поволховья к Ижорскому плато [Петренко 1982, с. 71–75]. Восточная часть этой дороги, ставшая в XVI в. участком ямского тракта от Ладоги до Орешка, наверняка существовала и ранее. Далее на запад она реконструируется по картам XVII в. и средневековым археологическим находкам. Здесь путь пересекал южные притоки Невы на их порожистых участках. Старая лесная дорога, не связывающая между собой крупных населенных пунктов, сохраняется до нашего времени в лесном массиве междуречья Мги и Тосны, где она проходит по песчаным возвышенностям и выходит к последней из названных рек в районе пос. Никольское. Возможно, это сохранившийся отрезок древнего пути, существовавшего здесь со средневекового времени. По нему на соединение с Александром могли прийти ладожане и, возможно, ижора, на землях которой и происходили эти события. Реку Ижору дорога пересекала в ее мелководной части, у порогов, в 15 км от впадения ее в Неву (пос. Войскорово – Ям-Ижора), где имелись броды. Отсюда русские войска в сопровождении местных проводников могли в течение 3–4 часов незаметно для неприятеля лесными тропами вдоль реки Ижоры выдвинуться к ее устью. Александр наверняка знал от местных жителей о расположении шведов, поэтому его отряды могли наступать по обоим берегам реки одновременно, чтобы блокировать неприятельские силы с двух сторон и прижать их к Неве (рис. 22).
Что из себя представляли земли в нижнем течении Ижоры в середине XIII в., из письменных документов неизвестно. Отсутствуют и археологические данные о существовании здесь поселений того времени. Наиболее ранние средневековые находки, свидетельствующие о постоянной оседлости на побережье Невы, известные сейчас, могут быть датированы XIV в. Фрагменты средневековой красноглиняной керамики – стенки сосудов, обнаруженные в погребенной почве при раскопках у храма в Усть-Ижоре, – датируются широко: средневековым временем. Ближайшие к этому месту находки – остатки ижорских захоронений XII–XIII вв. с женскими украшениями и оружием – обнаружили в среднем течении Ижоры, как раз в Войскорове, в 15 км от Невы (Ижорский погост XV в.), где, вероятно, и находился один из современных Невской битве центров ижорского расселения в Приневье. Основная концентрация ижорских памятников той поры выявлена также по трассе упомянутой дороги в междуречье Мги и Тосны – на камовых возвышенностях, в западных окрестностях Шапок [Сорокин 2008]. Здесь также обнаружены захоронения XII–XIII вв. со значительным количеством предметов вооружения, включая мечи, наконечники копий, сулиц и стрел, боевые топоры (рис. 23).
Рис. 23. Оружие ижорского воина в погребении. Фото автора
Нам неизвестны реальные сроки пребывания шведов в устье Ижоры. Можно предположить, что они появились здесь спустя 2–3 дня после того, как их заметила в Финском заливе морская стража Пелгусия. Расстояние от Новгорода до устья Ижоры по кратчайшему пути составляло около 130–140 км. Новгородским войскам, в состав которых, помимо конницы, вероятно, входила и пехота, требовалось несколько дней на сборы и не менее 3–4 дней на дорогу и встречу с ладожанами. Таким образом, к моменту прихода войск Александра шведы уже могли стоять здесь несколько суток.
План действий Александра, вероятно, основывался на оперативной ситуации, сложившейся к моменту прихода русских войск на Ижору. В.Т. Пашуто полагал, что большая часть шведских воинов оставалась на судах, так как здесь была временная остановка по пути на Ладогу, на берегу находились только знатные рыцари во главе с Биргером [Пашуто 1951, с. 86–87]. Открытые скандинавские суда того времени не имели палуб, а были прикрыты временными навесами-тентами. Они могли использоваться для ночлега, однако были не очень приспособлены для этого, поэтому при отсутствии особой необходимости ночевали на берегу. Следует учитывать также, что кратковременная остановка вряд ли требовала устройства укрепленного лагеря. Судя по всему, шведы не имели надежного боевого охранения и не были готовы к бою, что позволило русским войскам использовать фактор внезапности.
«И была сеча великая»
Битва началась в «шестом часу дни», то есть в 11 часов утра, видимо, с того, что русская конная дружина неожиданно обрушилась на шведский лагерь (рис. 24, 25,28 (см. с. III вклейки)). Князь Александр сразился с Биргером и тяжело ранил его копьем «наложи (ему) печать на лице острым своим копьем». Одновременно пеший отряд налетел на стоявшие у берега со спущенными сходнями шнеки, отрезав их от лагеря. Шведы, оказавшись в замешательстве, отступали к судам, стоявшим у мыса. Конная рать, увлекшись преследованием, напала на корабли. Конники врывались на опущенные с кораблей сходни [Пашуто 1951, с. 87].
Рис. 24. План-реконструкция хода Невской битвы по В.Т. Пашуто
Рис. 26. План-реконструкции хода Невской битвы по изданию «Сто великих битв»
