— Можно подумать, у меня был какой-то выбор! Бенелли усмехнулся, понимая, что упреки Молли не лишены основания. Но она могла и отказаться от благотворительного пожертвования. Хотя подобный жест его бы не остановил. Он продолжал бы добиваться согласия Молли Хиггенз до полной победы. Одно дело — когда в лужу садишься сам. Но совсем другое, когда при этом еще и ущемляется гордость брата и подвергается серьезному риску его бизнес.
Вскоре они прошли необходимые проверки, оформление багажа и тому подобное. Потом отправились на посадку в небольшой серебристый самолет, где у трапа их ждала улыбчивая молоденькая стюардесса. Девушка почти не обратила внимания на Молли, восхищенно приветствуя Луиджи Бенелли. Это было уже чересчур. А Луиджи, казалось, не заметил засверкавшего огонька в глазах бортпроводницы, все свое внимание обратив на Молли. Он помог ей подняться по трапу в салон самолета и не садился до тех пор, пока она не устроилась в уютном кресле у окна, подальше от остальных пассажиров.
Молли стала молчаливо смотреть в окно, наблюдая за тем, как самолет выруливал на взлетную полосу, набирал высоту и взмывал в небо. Сквозь толстое стекло отлично была видна панорама города, побережье, вдоль которого их самолет набирал высоту, но неожиданно все скрыли белоснежные клубящиеся облака. Молли слышала стрекотание камеры в другом конце салона, слышала монотонные пояснения ведущего, записывающего свои комментарии на диктофон. Но постепенно глаза девушки сомкнулись, и она не заметила, как погрузилась в глубокий спокойный сон.
— Скоро посадка, — долетел откуда-то издалека мужской голос.
Молли очнулась от легкого прикосновения пальцев к своим волосам. Она поняла, что ее голова лежит на теплом мужском плече. От Луиджи исходил дурманящий пряный аромат, и нетрудно было сообразить, почему ей снились такие удивительные сны. Она неохотно подняла голову и посмотрела на своего спутника, который сразу же с наслаждением потянулся и задвигал онемевшей рукой.
— Извини. Я не хотела затруднять тебя.
Бенелли не удержался от улыбки.
— Ты так сладко посапывала, что я боялся даже вздыхать.
— Извини. Тебе надо было меня разбудить.
— Не волнуйся. Я тоже спал, — соврал он. — Мы оба очень разочаровали своих сопровождающих. Им-то пришлось большую часть полета работать, снимая двух спящих пассажиров.
Молли отвернулась к окну, а Луиджи посмотрел на ее волосы. Чем эта девушка могла так околдовать его? Когда ее голова склонилась к его плечу, он уловил необычайно нежный аромат волос. Они пахли луговыми травами, да так, что у него закружилась голова, а кровь забурлила в теле. Он представил, как стал бы гладить эти шелковистые волосы, пока Молли спала б у него на груди. Эх, зачем он себя накручивает? Лучше не погружаться в иллюзии.
Стюардесса объявила посадку, и через полчаса все уже стояли в аэропорту столицы Маврикия, Порт-Луи. Луиджи первым увидел встречающего их человека с табличкой «Бенелли». Это был немолодой мужчина, очень вежливый и предупредительный. После обмена приветствиями, он проводил своих гостей к автостоянке, где были припаркованы две машины отеля «Меркурий», куда Луиджи и Молли должны были отправиться. Белый кабриолет, в котором расположились участники романтического свидания, ехал первым. Дорога к отелю шла вдоль побережья Индийского океана. Молли попросила остановить машину, и они с Луиджи пошли по направлению к пирсу. Над их головами кружили и кричали чайки, а с океана дул прохладный утренний ветер. Волны с шумом налетали на каменный мол. Молли остановилась и стала всматриваться в горизонт. Команда телевизионщиков плелась за ними, но они держались на расстоянии, поэтому не было необходимости беспокоиться за каждое сказанное слово.
— Ты не замерзла? — спросил Луиджи.
— Нет. Послушай, тебе не обязательно было следовать за мной, - пробормотала девушка. Бенелли подошел ближе и встал рядом.
— Почему же? А потом я нормально одет.
— А чем тебя не устраивает мой вид? — спросила Молли с вызовом.
— Все отлично. Ты превосходно выглядишь. - В голосе Луиджи послышалась хрипотца, но он понадеялся, что Молли спишет это на ветер и шум прибоя.
От прохладного морского бриза соски на груди девушки затвердели и теперь отчетливо проступали сквозь тонкую ткань белой футболки. Голубые узкие брюки плотно облегали бедра. Белые мокасины удачно завершали образ.
В Молли не было ничего сногсшибательного, но Луиджи угадывал в ней скрытую утонченность, которой никогда раньше не замечал в женщинах.
— Да, я все хотел спросить, — начал Бенелли, усилием воли отгоняя искушающие соблазнительные образы, — ты мне так и не объяснила причины своего отказа. Что ужасного в том, что два взрослых человека решили отправиться на свидание?
— Я же говорила тебе, что это не...
— ...Свидание, — закончил за нее Луиджи. — Не важно, как наша встреча называется. Но ты взяла и просто сказала «нет».
Молли потерла друг о дружку ладони, словно согревая руки.
— Видишь ли, моя жизнь течет в привычном русле, и для счастья мне не нужны конкурсы и фантастические встречи.
Интересно! Луиджи решил, что Молли не до конца откровенна с самой собой. Или же с ним. Большинство людей обычно всегда желало чего-то большего...
— А ты счастлива?
Девушка окинула его гневным взглядом и уткнула сжатые кулачки в бока.
— А это уж не твое дело.
— Тсс! — Он приложил палец к ее губам и едва заметно кивнул в сторону камеры. — Для программы Роберто наша ссора не самая лучшая реклама.
Молли прищурилась и усмехнулась.
— А будет ли хорошей рекламой, если я укушу тебя за палец?
Луиджи расхохотался. Она была такой же остроумной и находчивой, как и его сестра. И он хотел бы воспринимать Молли именно таким образом — как свою сестру. И ничего сексуального, или искушающего... Просто милая девушка, не волнующая его плоть.
Черт! Пожалуй, он сам виноват в своем состоянии. Слишком давно у него никого не было. В последнее время он только работал или скучал на светских раутах. В определенном возрасте мужчинам надоедает заигрывать с женщинами и даже надеяться, что среди них появится та, которая сможет стать идеальной женой. А он, ко всему прочему, был еще и миллионером. Окружающие его женщины не осознавали, что для Луиджи деньги важны не сами по себе, а, скорее, как средство для достижения определенной цели.
Имея деньги, можно соответствующим образом заботиться о своей семье и защищать ее. Без них ты бессилен.
Он еще помнил то чувство душевной пустоты, когда в двадцать лет был почти на вершине, но в одну секунду привычный мир рухнул. Помнил боль от внезапной потери отца, от страха за будущее осиротевшей семьи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
