Секретарша ответила, что он все еще в суде.
— Он забежит забрать оставленные ему послания, как только выйдет из зала заседаний, — добавила она.
— Передайте ему, что я хотела бы повидать его сегодня вечером, Алиса. Может, после обеда, если он не возражает. У меня для него восхитительная новость.
Средних лет и весьма компетентная, Алиса была предана Эдварду. По непостижимой для Конни причине Алиса страшно ее не любила. И сейчас, как всегда, ее голос звучал так, словно разговор с Конни был для нее не более приятным, чем сосание лимона.
— Благодарю вас за звонок, мисс Майерс. Я прослежу за тем, чтобы мистер Кампари получил ваше послание. Однако он чрезвычайно устал, а тут еще дело этого Невила Хесса…
— Я не отниму у него много времени, — пообещала Конни, удивляясь, как это Алиса ухитряется вызвать у нее такое ощущение вины, когда на самом деле ей не в чем себя упрекнуть. — Моя новость чрезвычайно обрадует Эдварда, я уверена.
— Я передам ему ваше послание, — сухо повторила Алиса, и Конни почти явственно увидела, как у секретарши неодобрительно раздуваются ноздри. Ну ладно, подумала она, кладя трубку. Нельзя ожидать, что все в целом свете любят тебя. Сегодня ночью, когда она встретится с Эдди, она спросит его, что такого она сделала этой женщине.
3
Конни унюхала запах варящегося кофе, как только Эдвард открыл дверь своего люкса на верхнем этаже.
— М-м-м… ты удивительный мужик, — сказала она, прикасаясь своей щекой к его в привычном приветствии. — Как ты догадался, что я сегодня без десерта и кофе?
Он ухмыльнулся.
— А ты всегда поутру отказываешься от десерта и кофе, когда знаешь, что будешь у меня.
Она зевнула и с удовольствием потянулась, сидя на его роскошном кожаном диване, потом подложила под спину подушки, устраиваясь поудобнее.
— Тебе не следовало бы держать в холодильнике бельгийский шоколад — тогда бы я не была такой жалкой попрошайкой.
— А как иначе я могу заманить тебя сюда?
Она расхохоталась.
— Черт, ты раскрыл мою тайну! Я тебя люблю только за бельгийские трюфели.
Нед изобразил глубокую печаль и исчез в небольшой, но оборудованной по последнему слову техники кухне.
— Алиса сказала, у тебя для меня важная новость? — крикнул он оттуда.
— Самая лучшая. Я нашла тебе жену. Или я должна сказать "потенциальную жену"? — Она фыркнула. — Я не настаиваю на том, чтобы ты сделал предложение первой же подобранной мною кандидатке, хотя она и обалденная.
На кухне перестала греметь посуда. На пару секунд установилась тишина, потом в двери появился Эдвард с двумя кружками кофе в одной руке и золотистой коробкой шоколадных конфет в другой. Все это он поставил на низкий столик перед диваном и сел рядышком с Конни.
— Ты что-то не очень обрадован моей новостью. Я-то думала, ты будешь изумлен и поражен моей расторопностью. Не прошло и суток, а я уже подыскала первоклассную кандидатку.
— Я-таки поражен. Даже потрясен. — Нед вдруг сделался суетливым. Он встал с дивана, подошел к стереопроигрывателю и стал копаться в пластинках. — Я надеялся обсудить дополнительно мои требования, прежде чем ты организуешь первое свидание.
— Эдди, в пятницу мы полночи обсуждали, какой должна быть твоя идеальная жена. Я, кажется, имею полное представление о том, чего ты хочешь. Поверь мне, Роберта идеальна. Я принесла тебе копию ее жизнеописания. — Конни передала ему бумаги и сосредоточилась на выборе шоколадки. — Роберта первоклассная повариха, — подчеркнула она. — Стажировалась в Париже. Двадцати девяти лет, любит детей, любит играть в теннис и к тому же очаровашка.
Эдвард поднял глаза:
— Блондинка? Брюнетка?
— Темная брюнетка, с улыбкой феи, от которой расплавится твое сердце.
— Звучит интригующе. Когда я могу встретиться с ней?
— Как только у тебя будет свободное время. Она с удовольствием разделила бы с тобой трапезу в ресторане "Мезон Бланш".
— В том, что рядом с Белым домом?
— Да. Естественно, она желает, чтобы первая встреча состоялась в общественном месте.
— Разумеется, иного я и не ожидал. Может, назначишь обед на пятницу? К тому времени я уже освобожусь. Дело Невила Хесса передадут на рассмотрение присяжных уже завтра. Не думаю, что у них уйдет больше нескольких часов на принятие решения.
Конни с тревогой взглянула на него.
— Ты разыскал своих свидетелей?
— Только одного. Бывший наркоман, проходит курс реабилитации, поэтому присяжные могут и не поверить ему. Но по крайней мере он занял свидетельское место и поклялся, что Невил обедал в кафе, а не находился в винной лавке, где произошла перестрелка. Окружной прокурор насел на него, но он стоял на своем, как и Невил: они убежали, потому что боялись стать жертвами перестрелки, а не потому, что сами стреляли.
— Этого должно быть достаточно для обоснованного сомнения, разве нет?
— Надеюсь. — Нед наконец выбрал пластинку по своему вкусу и поставил ее на проигрыватель. Нежная полнозвучная мелодия прелюдии Дебюсси наполнила гостиную. Конни слушала в полной тишине, пока не затих последний аккорд, и избыток ее чувств от прекрасной музыки был окрашен меланхолией.
Эдвард не присоединился к ней на диване, а сел в кресло у не горящего камина и с отчуждением, почти суровым видом потягивал кофе.
— Что тебя тревожит, Конни? — тихо спросил он.
Смущенная своими мыслями, она почувствовала, что краснеет, но ответила правдиво, ибо честность всегда была стержнем ее отношений с Эдвардом.
— Это прозвучит эгоистично, — признала она. — Но я начала испытывать ревность к твоей будущей жене. Я получаю такое удовольствие от общения с тобой, Нед. В моей жизни образуется провал, когда ты женишься.
Если она ожидала, что он подбодрит ее, скажет, что ничего не изменится, то он ее разочаровал.
— Да, — согласился он. — Дела будут обстоять иначе, когда я женюсь. — Потом вежливо добавил: — Конечно же, мы можем остаться друзьями.
— Но не такими, как сейчас, — с горячностью возразила Конни. — Твоей жене не очень-то захочется мириться с тем, что я заглядываю к тебе попить кофейку и выслушать слова сочувствия после трудного дня на работе.
— Пожалуй, это будет слишком, — согласился Эдвард. — Я буду скучать по всем чудесным моментам, которые у нас были, Конни, но я достиг той стадии в жизни, когда мне стало понятно, что какой бы успешной ни была моя карьера и каким бы широким ни был круг знакомств, я не перестану чувствовать себя одиноким. Я наконец готов взять на себя обязательства по отношению к некой женщине, несмотря на все то, от чего мне придется отказаться. — Он криво улыбнулся. — Конечно, у меня такое ощущение, как будто сейчас прыгну с высокого утеса без парашюта, но, тем не менее, я готов к прыжку. Устаешь постоянно ходить на цыпочках вокруг своих самых глубоких чувств из опасения посягнуть на чужое пространство. Мне нужна женщина, искренне готовая породниться со мной. Я устал от тайн, Конни. По прошествии некоторого времени они отравляют любые отношения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
