- А нам какое дело?
- Было бы неприлично, если бы нас застали здесь одних. - Был ли в его глазах намек на панику?
- А что они будут делать? - спросила она. - Заставят нас пожениться?
На это у него не нашлось ответа. На самом деле, его губы слегка шевелились, но Кэтрин знала, когда она брала верх. - Ну же, Дункан. Ты же говорил, что поцелуи требуют усердной практики.
- Я так и сделал. Однако ...
- Однако что? - Честно. Его внезапное нежелание уже начинало раздражать ее. Неужели она сделала что-то не так, целуя его? Неужели она была слишком смелой? Неужели она заставила его больше не хотеть ее? Неужели она все испортила?
- Кэт, ты не понимаешь ...
- Тогда объясни мне.- она скрестила руки на груди, морщась, когда это было слишком чувствительно, и сердито посмотрела на него. Ее тело все еще гудело, болело, жаждало новых прикосновений.
- Когда мужчина целует женщину ...
- Ну и что?
- Возникают определенные, гм, вещи.
- Например?
Господи. Неужели это румянец на его щеках? - Я ... гм ... - он посмотрел вниз. - Его, гм, страсть.
Она изумленно уставилась на него. - Ты имеешь в виду его член?
Он отшатнулся и уставился на нее.
- Неужели ты думал, что я не знаю о таких вещах? - Славная слава. Она выросла на шотландской ферме.
- Ты невинна. - Его лицо сморщилось. - Ты невинна, не так ли?
Она шлепнула его по плечу. - Ну конечно же. Но я знаю, как все устроено. Чего я не понимаю, так это почему ты хочешь прекратить целоваться. - Она сделала глубокий вдох. - Я ... сделала что-то не так?
С минуту он молчал, хотя губы его шевелились. - Это неправильно? - в конце концов он зашипел.
Она отвернулась, не в силах вынести унижения. Вряд ли она виновата, что не умеет целоваться.—
Тяжелая рука легла ей на плечо и повернула к себе лицом. Ее взгляд встретился со взглядом Дункана, и она вздрогнула, увидев в нем ярость.
- Ты не сделала ничего плохого, - прорычал он, и что-то в его мрачном выражении лица заставило ее взволноваться, как летний шторм.
- Ничего?
- Нет, моя маленькая кошечка. Ничего.-И тогда он поцеловал ее, крепко и быстро.
- Тогда почему ты хотел остановиться?
Его глаза сузились, ноздри раздулись. - Почему я хотел остановиться? Потому что я боялся, что не смогу себя контролировать, Кэт. Ты сводишь меня с ума от похоти. Ты заставляешь меня чувствовать себя обезумевшим зверем. И я не хочу тебя пугать.
Она едва сдержала смех—смех облегчения и веселья.
-Напугать меня? -Он пугал ее только тогда, когда она думала, что он может ее не хотеть.
- И ради бога, я не хочу в первый раз брать тебя на полу оранжереи.
Перспектива была не совсем неприятной. В конце концов, они могли видеть луну.
- Там есть диван, - сказала она, махнув рукой в дальний конец комнаты. Она улыбнулась ему и подошла ближе, довольная тем, что он не отступил. Она обняла его за шею, приподнялась на цыпочки и поцеловала в подбородок.
- Еще один поцелуй?- раздраженно спросила она.
- Мы оба знаем, что это будет не один поцелуй, - прорычал он.
И она ответила ему широкой улыбкой. Это превратилось в смех, когда он подхватил ее на руки и бросился к дивану.
- Ты непослушная девчонка, раз так дразнишь меня, - пробормотал он. - Ты же знаешь, что я не могу сопротивляться.
Отлично. Действительно, превосходно. Она чувствовала то же самое-дикость, потерянность и желание. Ей не терпелось узнать, что же будет дальше.
Он усадил ее на диван, но, к ее удивлению, сам не сел рядом. Скорее он опустился перед ней на колени.
- Помнишь, как ты просил меня опуститься на одно колено? - спросил он.
Несколько озадаченная, она кивнула.
- Ну вот, сейчас я встану на одно колено. - его взгляд был пристальным, жестким, пленительным. На его щеке напрягся мускул. - Ты готова к своему поцелую?
- Да, Дункан.
- Во-первых, это.- Он взял ее за запястья и прижал ладони к груди.
Она с любопытством посмотрела на него.
- Пока я буду целовать тебя, ты должна ласкать себя. Здесь.
Он провел большим пальцем по ее соску, и шокирующее наслаждение пронзило ее, и она ахнула.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Ну да. Вот так, мой маленький кот.”
- Я не могу. - стыд и смущение, а также ... что-то еще питали горячий прилив, поднимающийся по ее щекам.
- Ну да. Ты можешь. - Он подмигнул ей. - Ты не можешь ожидать, что я сделаю все это в одиночку.
- Что делать? - Боже правый! Что он собирается...
Она ахнула, когда он провел ладонями по ее юбкам и обхватил лодыжки.
- Дункан?
- Тише, дорогая. Просто расслабься.
—Что ты...?
- Тише.- Его руки скользнули вверх по ее ногам, увлекая за собой юбки. Его кожа была теплой над ее, вызывая самые восхитительные вихри удовольствия, когда его ласки нарастали. Она попыталась успокоиться. Она попыталась вспомнить, что нужно трогать себя, как он велел, но по мере того, как ее огония нарастала, она теряла всякую способность мыслить и переходила непосредственно к инстинктам.
Ее тело, пальцы, грудь, казалось, знали, чего хотят.
Она смотрела на него из-под полуопущенных век, ее дыхание вырывалось из груди, когда он наклонился, чтобы поцеловать одно бедро, а затем другое. И все же он поднялся еще выше.
- Дункан— - ее горло сжалось от этого слова.
- Кэт, - сказал он со вздохом, приподнимая ее юбки, которые обнажили ее полностью. - Ах, моя маленькая кошечка. - он нежно прикоснулся к ней, проводя линию блаженства вдоль ее щели, наполняя ее невообразимым удовольствием. Конечно же, ничто не могло быть так восхитительно. Конечно же, это был рай.
Но нет. Ему было чем поделиться с ней. Он кружил вокруг ее твердого комочка, играл с ним, мучил его, заставляя ее извиваться, дергаться и умолять.
Он взглянул на нее, его лицо было напряженным и нуждающимся.
- Ты готова к своему поцелую?
Она не могла удержаться, чтобы не дернуться. Она понятия не имела, что у него на уме, но знала, что ей это понравится. Все, что он делал до сих пор, было совершенно восхитительно.
- Ну да. Да. Пожалуйста! - и затем, она издала сдавленный стон. Потому что Дункан опустил голову и взял ее в рот.
Мир взорвался, расширился, разлетелся вдребезги.
Кэтрин закружилась в водовороте эмоций, ослепленная блаженством и не в силах сопротивляться.
А Дункан, чудесный Дункан, продолжал лизать, ласкать и покусывать ее нежную плоть, поднимая ее все выше и выше.
На каждом плато она клялась, что лучше уже не будет ... но это было так.
Когда она уже была уверена, что умрет, когда она была уверена, что не сможет больше получать такое удовольствие и останется в своем смертном кольце, он откинулся назад и со вздохом положил голову ей на бедро.
Кэтрин заставила себя принять сидячее положение—так как во время этой атаки она слегка ссутулилась—и нахмурилась, глядя на него.
- Почему ты остановился? - спросила она.
Он одарил ее улыбкой, хотя на его лице был намек на боль.
- Я не остановлюсь, моя дорогая. Я думаю, что ты готова к следующему шагу.
Она изумленно уставилась на него, и восторг захлестнул ее. О-о-о! Она уже открыла рот, чтобы приказать ему продолжать, когда с другой стороны оранжереи донесся какой-то звук.
Она всмотрелась сквозь пальмовые листья и замерла, когда двери открылись и вошли леди Эсмеральда, Элизабет и Питер.
- Черт возьми! - Она о ее устила юбку и потянула Дункана за рукав. - Они уже идут.
- Что? - Его ответ был почти таким же паническим, как и ее. - Кто идет?
- Вставай с пола. Садись рядом со мной. Но не слишком близко.
Он так и сделал, но очень медленно. Она взглянула на его пах и поморщилась. Бедняжка.
- Мне так жаль, - прошептала она.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он выдавил из себя улыбку. - Не то, к чему я привык, - сказал он с болью в голосе. Но у нее не было времени спросить его, что он имеет в виду, так как Питер обогнул пальму.
- Возвращайтесь в гостиную. - рявкнула леди Эсмеральда. Это было не праздное предложение, а приказ.
