— Да, я все знаю! Сколько ты мне будешь напоминать? Я тебя не для того посвятил в дело, чтобы ты мне нотации читал! Сделай, как я прошу, и все будет в шоколаде. Все! До связи! — мужчина резко повернулся и встретился взглядом с удивленной Сашей: — А стучать вас никто не учил?
— Я стучала, мне никто не ответил, — спокойно проговорила девушка. От нее не укрылось, как мужчина слегка сдвинул брови, он не хотел этого выказывать, но определенно был раздосадован тем фактом, что она слышала часть его разговора. — Позвольте представиться. Меня зовут Александра. Частное сыскное агентство «Эпицентр».
— Что ж, очень приятно, — на лице креативного директора сразу появилась улыбка, и он пригласил ее сесть.
— Я думаю, Юрий Борисович уже рассказал вам о нашем задании.
— Да. Я в курсе. И готов помочь вам, чем смогу. Это и в моих интересах тоже, так ведь? — дружелюбно подмигнул собеседник.
— Смотря что вы имеете в виду…
— Я хочу просто сказать, что я предан этой компании, я тут уже более семи лет и благополучие «Мегапроджекта» — это и мое благополучие. И давайте оставим эти банальные правила приличия и сразу перейдем на «ты».
— Не возражаю. Мы с напарником уже успели пообщаться с финдиректором и главным системщиком.
— О! Уверен, они многое успели тебе выложить, — Кирилл Алексеевич снова лучезарно улыбался, но в его улыбке чувствовалось легкое презрение.
— Вы… ой, извини, ты намекаешь, что они любят посплетничать?
— В этой компании сплетни распространяет каждый второй, — раздраженно проронил мужчина.
— Понятно. Но оставим пока личные отношения. Я хочу понять, каким образом вы готовитесь к тендеру, и кто имеет доступ к самой важной информации.
— Всеми данными о тендерах занимается лично Лариса Анатольевна. Шеф давно доверяет ее деловой интуиции. Она всегда в курсе всех важных событий и знает, что собственно нам нужно. У нее огромное количество знакомых в тендерных комиссиях и госкомитетах. Вместе с Борисовичем они решают, какой тендер выгоден компании. Но последнее слово, конечно, за шефом. Случалось, что он отвергал предложения Ларисы и оказывался прав. Хотя такое бывает очень редко. После подачи заявки на участие в тендере мы начинаем к нему готовиться. Я получаю список требований и пожеланий по будущему заданию и посвящаю в дело пятый отдел. Это отдел креативщиков, дизайнеров и рекламщиков. Мы собираем общее заседание, где кроме меня и пятого отдела обязательно присутствуют Верочка и Игорь как главные дизайнер и бренд-менеджер. Я передаю им информацию, которая является необходимой для работы.
— То есть не все, что узнаешь от начальства? — склонила голову Саша и прищурилась.
— Да. Есть моменты, которые должен знать только я и руководство.
— Тебе безоговорочно доверяют?
— Мне доверяют. Я сомневаюсь, что мне говорят все, что знают, но меня посвящают в детали, важные для получения тендера. А остальное меня не должно беспокоить.
— Но беспокоит, не правда ли? — бросила на него ехидный взгляд девушка. Она любила ставить каверзные и неудобные вопросы. И зачастую именно эти вопросы помогали ей выяснить правду.
— С чего ты взяла? — мягко спросил собеседник. Александра уже поняла, что он применяет к ней все свое очарование и обаяние. Для чего? Чтобы отвести подозрения? Заставить ее забыть о чем-то спросить? Сбить с толку? Пока ответа она не знала.
— Считай, что мне это подсказывает моя профессиональная интуиция, — улыбнулась в ответ сыщица. — Итак, что происходит дальше?
— Дальше мы разрабатываем полную концепцию, и Ирина несет смету работ на подписание Мирославу. Разработка концепции — вопрос трудоемкий. Иногда мы приглашаем специалистов из других сфер, смотря чего касается тендер. И после утверждения начальством концепция становится окончательным тендерным предложением. Часто бывает, что начальство направляет концепцию на доработку. Случаются у нас и разногласия, но лишь в споре рождается истина, как известно.
— Я хотела бы уяснить для себя, кто и к какой части информации имеет доступ во время подготовки к тендеру.
— Хороший вопрос, — Кирилл Алексеевич положил голову на край спинки кресла и посмотрел в окно, а потом продолжил: — Ограничить доступ ко всей информации мы не можем. Давай посмотрим на тендерное предложение как на пазл. Оно состоит из многих наработок. Каждый участник приносит свои уникальные идеи. Мы выбираем самые подходящие и складываем из этого цельную картину. Но конечный вариант со всеми аудио, видео и другими материалами хранится у шефа.
— А если кто-то, скажем, из пятого отдела, решит продать то, что он знает, без остальных материалов? — поинтересовалась Александра.
— Он знает, что это невыгодно. Пойми, за все платятся большие деньги, и никто не будет рисковать и покупать частичку пазла, если нужен весь. Так яснее?
— Более чем. То есть продавать конкурентам тендерное предложение по частям бессмысленно. Остается только продать все полностью вместе с материалами.
— Точно!
— Но тогда что же получается? Слить эти материалы может только Юрий Борисович?
— Не уверен. Оригинал предложения содержится в сейфе шефа, но копия, на всякий случай, по давно заведенным правилам, хранится у меня.
— Ясно. А как же Лариса Анатольевна?
— Этого я не знаю. Во всяком случае, никто никогда при мне не упоминал, что еще одна копия должна быть у нее. Я не в курсе.
— Допустим, но ведь сейф взломать не такая уж и сложная задача. Тем более, учитывая современные технологии, — продолжила свою мысль девушка.
— Согласен. Мы свои сейфы уже с Юрием Борисовичем проверяли. Конечно, сейчас взломщики работают без пылинки, но мы осмотрели дверцы и никаких даже малейших царапин не заметили.
— Возможно, кто-то узнал шифр, — подалась вперед Александра.
— Мой — исключено. Я его держу только в голове, и он достаточно сложный, чтобы его можно было вычислить методом исключения или логики.
— Ладно, твою точку зрения я выяснила. Вернемся к отношениям в офисе.
Кирилл посмотрел Саше в глаза и вздохнул. В его взгляде девушка успела прочитать хорошо скрываемую грусть.
— Симпатии и антипатии? Чем живет офис?
— Я не сплетник. Могу сказать лишь одно: я только «за» позитивную атмосферу на работе, но многие воспринимают этот позитивизм по-своему.
— Например, как влюбленность в Алексию? — бросила пробный камень сыщица.
— Не стану скрывать: Алексия — это яблоко раздора в нашей компании. Она разбила много сердец. И мое тоже.
— Даже так? И что сейчас между вами?
