- Любое число, умноженное на ноль, становится нулем, - козырнула я знанием математики.
Примерно на этом, кстати, они у меня и заканчивались. Как истинный гуманитарий, с алгеброй и геометрией я не слишком дружила. И сдав (а точнее - благополучно списав у Сашки-медалиста) выпускные экзамены, тут же столь же благополучно выбросила сии премудрости из головы.
- Именно, именно, - закивала Лилия. - Приятно поговорить с образованным человеком. Нечасто встретишь таких в наше нелегкое время. Так что, будем оформлять заказ?
- Но у меня нет денег, - растерялась я.
- Ну что вы, какие счеты между своими, - пропела русалка. - Первый заказ - за ответную услугу. А уж потом, если понравится, то и покупочку сделаете.
Мысль об услуге настораживала. В поисках совета я обернулась к подругам и те синхронно кивнули - соглашайся, мол. А у русалки в руках невесть откуда уже появилась толстая тетрадь в клетку.
- Итак, - произнесла она деловым тоном, - начнем. Шампунь - одна штука...
В терем я вернулась с огромным пакетом. От экстремально-рыжей краски мне удалось отвертеться, но зато всем прочим я затарилась сполна.
- А что могут русалки потребовать взамен своих товаров? - подозрительно спросила я подруг, расставляя новые приобретения на полочке.
Васька пожала плечами.
- Да разное, но ничего сложного пока ни у кого не просили. Я им бутылку сливовицы принесла и шкуру Царевны-Лягушки у Милослава из каптерки стащила. Он ее в музей сдать хотел.
Связываться с завхозом мне лишний раз не хотелось и я искренне понадеялась, что мне поручат что-нибудь иное.
- А что это у вас за музей? - заинтересовалась я. - Скатерть-самобранка там хранится, шкурку вон Милослав хотел сдать.
Соседки захихикали.
- Вообще-то официально он именуется Царский Музей Волшебных Артефактов, - пояснила Васюша. - А на деле туда как правило тащат всякую рухлядь. Яга ступу треснутую пожертвовала, Иван Бессмертный - меч-кладенец заржавевший. Божится, якобы от батюшки покойного остался, да только всех сомнения берут - чтобы Кощей этаким консервным ножом махал? Самобранка туда случайно попала, ты эту историю уже знаешь. Царь решил, что у нее срок эксплуатации вышел и она испортилась, осерчал да и сослал в музей. Полагаю, уже обратно вернул.
- Ага, понятно. Битая посуда, ржавые ножи, ветхие скатерти, шкурка вот еще лягушачья. Прямо домик маньяка, а не музей.
- Ну иногда там и интересные вещи встретить можно, - вступилась за музей Васька. - Сходим как-нибудь на экскурсию - сама увидишь.
Рассматривать всякий хлам у меня особого желания не имелось, так что разговор этот я поддерживать перестала и тема музея вскоре заглохла.
Зато мы принялись обсуждать завтрашнее расписание.
- Завтра день легкий, - радостно говорила Васюша. - Ни Соловья, ни Яги. Только Горыныч и Крошечка-Хаврошечка, она домоводство преподает. Зануда, правда, но не вредная.
- Слушай, Васюш, а тебе кого в питомцы определили? У Васьки - рыбка, у меня - мышка, а у тебя кто?
- А она моя коллега, - заржала Васька. - У нее Чудо-Юдо-Рыба-Кит в подопечных.
- Врешь! - не поверила я. - Кит большой, он в наш зооуголок не поместится.
- У страха глаза велики, - нараспев произнесла Васюша. - И вовсе мой Кит не большой. Он такой... среднего размера.
- Среднего размера кит? Ничего себе, я хочу это увидеть.
- Увидишь. Только не бойся, хорошо? Он не опасный, от Емелькиной щуки и то вреда больше, вечно ее тянет с реальностью материй экспериментировать, а выходит такое, что хоть стой, хоть падай. А мой Китик только всяких дурачков пугает.
- Ну я-то вполне разумна, - заметила я. - Стало быть, испугаться не должна.
В зверинец мы отправились после завтрака. Причем в дверях столкнулись с Елисеем, и Васька тут же оказалась потерянной для общества. Парочка воркующих голубков оправилась чистить аквариум, а я уже собиралась проследовать за Васюшей к ее Китику, как оказалась перехвачена Горынычем.
- Стоять! Куда это ты намылилась? Подсобка в противоположном направлении. До чего безответственная молодежь пошла, диву даюсь! У нее зверь с голоду вот-вот загнется, а она прохлаждается. А ну бегом за кормом!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Не то мне почудилось, не то Горыныч на последней фразе действительно дыхнул на меня огнем, но в подсобку я полетела быстрее, чем на спринтерской дистанции у Соловья. И рысью прискакала обратно, всем своим видом демонстрируя усердие.
На умирающую от голода Норушка походила мало. Напротив, серая шерстка на ее объемных боках лоснилась, усы гордо топорщились, а нос забавно дергался. Увидав меня, наглая мышь тут же повернулась ко мне хвостом.
- Ну не сердись, - залебезила я, насыпая корм в мисочку. - Я тебе вкусненького принесла. А сейчас еще за водичкой схожу.
Противный грызун медленно повернулся, поплелся к кормушке и принялся нехотя грызть зерна с таким видом, словно оказывал мне огромное одолжение. И еще время от времени посматривал с ехидцей, словно желая убедиться, что я все поняла, осознала и прониклась.
А я налила наглой мыши воды в поилку и тихонечко, бочком отправилась разыскивать Васюшу. Мимо Васьки и ее Елисея я проскользнула незамеченной. Да что я, Золотая Рыбка давно уж безуспешно била хвостом по аквариуму и выпрыгивала из воды в тщетной надежде привлечь к себе внимание влюбленных. Понадеявшись, что им не влетит от Горыныча, я шмыгнула в кусты и наткнулась на Кузьму. Тот ворковал еще похлеще Елисея, вот только не с девушкой, а с огромной змеюкой.
- Ой, мамочки! - взвизгнула я.
Похоже, это была моя карма: визжать в зверинце. Вчера меня напугала Норушка, сегодня - Кузькин питомец. Новый приятель обернулся на мой голос и тут же расплылся в улыбке.
- Привет, Лиска. Иди сюда, поболтаешь с нами, я тебя вот с Великим Полозом познакомлю.
- Нет-нет, - тут же отказалась я от столь великой чести. - Я Васюшу ищу.
- А, - мигом помрачнел Кузьма. - Она со своим Юдищем возится. Это тебе туда, к крайнему водоему.
И он махнул рукой, указывая направление.
Я прибавила шаг. Если и дальше буду замирать у каждого куста, то Горыныч уж точно заметит мое отсутствие и выдаст мне по первое число. Наконец я услышала голос Васюши. Потянуло водяной свежестью, раздался плеск.
- Васюш!
- А? Лиска, ты?
Подруга высунулась из-за бамбукового заборчика и поманила меня рукой.
- С Китиком знакомиться пришла?
- Угу.
Я проскользнула в калитку и оказалась на берегу небольшого прудика, на поверхности которого радовали глаз кувшинки. При виде этих водных растений я припомнила чудный цвет волос Лорика и невольно улыбнулась.
- Ну и где твой питомец?
- В воду спрятался, засмущался, наверное. Ничего, сейчас мы его позовем. Китик!
И Васюша бросила в пруд какое-то лакомство из пестрой коробки. Щелк! Будто сами по себе из воды показались острые зубы и схватили угощение.
- Ну Китик! Так нечестно! Выплывай давай!
Очередной кусочек Китикового завтрака полетел в воду. На сей раз Чудо-Юдо таки решило не выламываться и высунулось из воды.
- Ой!
На "мамочки" меня на сей раз не хватило.
Китик ответил мне радостным оскалом. Я даже не поняла, как такое количество огромных острых зубов помещается у него во рту. Сам он был размером со свинью бабы Нюры, что жила через дорогу от нас в Козополье. Весьма раскормленную, надо заметить, свинью. Звали ее отчего-то Машкой, а мне было ее жалко: участь Машке предстояла незавидная. Так вот, размеры Китика примерно совпадали с Машкиными (которая свинья, а не Искусница), шкура у него была буро-зеленого цвета, усеянная опять-таки острыми на вид шипами, а длинный трогательно розовый хвост, который никак не мог принадлежать рыбе, заканчивался толстой иглой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я помахала Китику рукой, а сама шепотом, чтобы он не услышал, спросила у Васюши:
- Слушай, а чего он такой? Болеет, что ли?
- Не-а, - ответила подруга. - Это царские селекционеры чего-то спьяну намудрили. Они тогда к нам приезжали лекции читать, а Милослав им стол накрыл да сливовицей угостил. Они - люди ученые, столичные, к благородным напиткам всяким-разным привыкшие, а вот к сливовице - нет. Проводили практическое занятие, вот и получилось. Они еще Курочку-Рябу с Жар-Птицей тогда скрестили.
