Читаем без скачивания Требуются отдыхающие - Ирина Мясникова

«Вас много, а я одна!» – думает операционистка, оглядывая очередь пенсионеров к своему окошку.

«На фига нам этот Пупкин со своими грошами?» – думают банковские менеджеры среднего звена.

Менеджеры высшего звена вообще ни о чем таком не думают, летая на банковских самолетах туда-сюда. Им главное быть под рукой у самого большого начальства, потому как из этой руки, как из рога изобилия, в банк попадают по-настоящему серьезные деньги.

Так что идите, учитесь, получайте степени этого бизнес-образования и руководите своими ресторанами, парикмахерскими, цветочными ларьками и сапожными мастерскими. Ну, или гостиницами, в конце концов.

На заводе медицинского оборудования знания Федорова применялись частично, исключительно в рамках организации производства. В процессе же продвижения выпускаемого заводом товара и включения его в государственный заказ использовались уже совсем другие рычаги и инструменты. Федоров от этого слегка тосковал, но не настолько, чтобы кинуться во все тяжкие, искать себе новую работу.

Альбатрос

Совет директоров «Альбатроса» в последнем своем составе имел семерых участников, между которыми распределялся уставной капитал отеля. Основной акционер Петр Сергеев владел аж тридцатью пятью процентами акций, далее шел Семен Каменецкий, доля которого составляла ни много ни мало, а двадцать пять процентов. Лилия Андреевна Разумовская, которая в свое время рулила кадрами в военно-морском ведомстве, владевшем «Альбатросом» в советское время, имела в собственности десять процентов, также десять процентов акций «Альбатроса» принадлежали актрисе Таисии Каменевой. Эти десять процентов ей подарил один из ее больших почитателей в то время, когда Таисия была еще относительно молода и также относительно популярна. Этот же почитатель пристроил впоследствии Таисию в депутаты, Таисия переехала в Москву и на советы директоров не являлась. Она довольствовалась получением протоколов заседаний этих самых советов и дивидендов, которые ей полагались по акциям. Причем дивиденды Таисию интересовали больше. По семь с половиной процентов доли уставного капитала принадлежали братьям Федосеевым. Каким образом братья попали в собственники «Альбатроса» никому из членов совета директоров было не известно. Зато им было хорошо понятно, что братья Федосеевы никогда единым фронтом со своими процентами выступать не будут. Братья обладали характерной внешностью типа «двое из ларца – одинаковы с лица», однако в отличие от персонажей всем известного мультфильма ругались постоянно. Присутствие на совете директоров обоих Федосеевых одновременно всегда грозило закончиться мордобитием. Оставшиеся пять процентов принадлежали тихому и милейшему старичку Севастьянову. Севастьянов давал всем желающим наличные деньги в долг под проценты, а в случае невозможности своевременного возврата забирал имуществом. Причем забирал жестко и решительно, почище какой-нибудь службы судебных приставов. Так у него и оказались эти пять процентов. Посетив как-то совет директоров Альбатроса, Севастьянов увлекся, и все время пытался предоставить «Альбатросу» наличный кредит. Видимо, решил таким образом увеличить свою долю в уставном капитале.

Ясное дело, что все решения принимали Сергеев с Каменецким, называя промеж собой всех остальных членов совета директоров обидным словом – миноритарии. Однако они никогда не скидывали со счетов тот факт, что каждый из них может обойти другого, вступив в альянс с остальными акционерами. Формирование такого альянса дело кропотливое тяжелое и неблагодарное, но чем черт не шутит. Поэтому остальные акционеры всегда приглашались на совет, их мнение обязательно учитывалось, а Сергеев с Каменецким старались между собой придти к компромиссу. Конечно, председателем совета директоров, как самый крупный акционер, был Петр Сергеев.

В этот раз совет был созван в связи с тем, что Сергеев задумал полномасштабную реконструкцию Альбатроса, и в этот такой важный момент директор Альбатроса вдруг взял да и уволился. Ему, видите ли, предложили руководство иностранным отелем в центре города. Совет собрался без уже привычно отсутствующей Таисии и старшего Федосеева.

Сергеев бушевал и топал ногами.

– Я этому козлу покажу иностранный отель, я ему устрою черную метку. То-то, сволочь, английский учил! Паскуда!

Интеллигентная Лилия Андреевна сделала брови домиком и заметила:

– А чего вы собственно, Петенька, разоряетесь! Это результат вашей необдуманной кадровой политики. У вас же совершенно отсутствуют мотивационные программы.

– Не у вас, а у нас, Лилия Андреевна! Вы нам тут еще профсоюз организуйте! Вы про денежки как-то, матушка, забываете. На эти самые мотивационные программы. А денежки эти, между прочим, из нашей с вами прибыли идут! – Сергеев с размаху шлепнулся в свое кожаное кресло во главе стола и провел рукой по волосам. Волосы у Петра, несмотря на его солидный возраст, были густыми с полным отсутствием какой-либо седины. Волосы эти, пожалуй, являлись единственным украшением неказистой внешности их владельца. Эти красивые волосы Петр гордо носил на себе совершенно неподобающим для начальника образом, а именно, длинными, до середины лопаток. Фигуру Петр Сергеев имел худощавую, практически юношескую, если не сказать тщедушную. Лицо его украшал большой нос, близко к переносице которого, располагались небольшие коричневые глаза. Рот у Петра был большой, губы тонкие, а щеки впалые. Короче, Петр Сергеев был далеко не красавец и терпеть не мог, когда его называли по отчеству. Одевался он в джинсы и свитера, любил дорогую обувь и дорогие автомобили.

Лилия Андреевна всегда смотрела на Сергеева с явным осуждением. В ее представлении настоящий начальник наверняка должен был бы одеваться в костюм с галстуком, не выражаться и вести себя скромнее. Так, во всяком случае, выглядели начальники, с которыми ей приходилось иметь дело в молодости.

Вот Семен Семенович Каменецкий уж точно выглядел, как настоящий начальник. Вальяжный, лысоватый, всегда в дорогом безукоризненном костюме. Поговаривали, что Каменецкий служит где-то то ли в «Газпроме», то ли в «Лукойле», и «Альбатрос» для него является чем-то вроде хобби. Такая вот любимая игрушка.

– Да, ладно, Петя, не кипятись! – Каменецкий попытался успокоить Сергеева. – С людьми надо расставаться хорошо, без скандала и отрыжки. Петербург город маленький, никогда не знаешь, где тот или иной человек может проклюнуться и устроить тебе сильнейшую отдачу по голове.

– Плевал я на его отдачу! Я его сразу урою по самую макушку, чтобы у него никакой возможности для отдачи не было.

– Петя, ты не прав! Времена другие сейчас. Мы человеку руку пожмем, поблагодарим за работу и пожелаем удачи. Он не твоя собственность и не подписывался работать на тебя всю оставшуюся жизнь. А вместо него Толика Андреева поставим. Он же заместитель директора по отелю, парень толковый и для него это будет шанс повысить свою квалификацию.

– Щас! – Сергеев опять вскочил на ноги и забегал вокруг стола. – Мы не можем себе позволить экспериментировать и выращивать кадры. Что?! -

Он выразительно посмотрел на Лилию Андреевну. – Нет! Времени у нас нет на эти глупости. Нам нужен хороший готовый специалист. Руководитель со стажем и надежный, – продолжил он, теперь уже обращаясь непосредственно к Разумовской.

– Мальчики, мне казалось, мы собрались по поводу реконструкции, – подал свой голос старик Севастьянов. – Я бы мог предложить хорошие условия кредитования.

– Ну, если ваши условия будут выгоднее, чем условия, которые нам предлагает банк, то мы, безусловно, обратимся к вам, – лицо Петра при этих словах стало прямо-таки медовым. Конечно, настолько, насколько это вообще применимо к такому неказистому лицу.

– Хорошо, – согласился Севастьянов, доставая из портфеля документ и протягивая его не Петру, а Каменецкому. – Вот изучите, пожалуйста, но обратите внимание, что я предлагаю вам деньги наличные!

Видимо, в глазах Севастьянова Каменецкий тоже больше походил на начальника, чем Сергеев.

– Кстати, – продолжил Севастьянов. – Обращаю ваше внимание, что у нас абсолютно отсутствует какое-либо финансовое планирование, нет грамотного финансиста, а главный бухгалтер чрезвычайно слаба. В этих условиях категорически нельзя брать какие-либо кредиты. Даже у меня!

Главный бухгалтер была креатурой Лилии Андреевны, и при этих словах Севастьянова Разумовская сразу же встрепенулась.

– Позвольте! Главный бухгалтер человек надежный, а это в бухгалтере самое главное, – строго заметила она.

– Не спорю, но если у главного бухгалтера опыт и знания времен войны с Наполеоном, то такая надежность никому не нужна. От такого бухгалтера один вред, – совершенно справедливо отрезал Севастьянов.

– Ну, знаете ли! – Лилия Андреевна поджала губы.